Каспар Фрай (авторский сборник) - Орлов Алекс - Страница 94

Не заставляя себя упрашивать, гвардейцы тотчас вскочили и понеслись в кусты ловить мардиганцев. Впрочем, привыкшие к атакам боевые копи никуда не убежали и стояли неподалеку. Вскоре Углуку преподнесли ту самую бутылку вина, а также привели пятерых мардиганцев.

– Ладно, езжайте себе, – махнул рукой орк. и освобожденные пленные, вскочив в седла, поскакали сквозь чащу, позабыв про раненого товарища.

Углук придирчиво осмотрел бутылку, но пить из нее не стал и сунул за пояс, затем стал деловито обшаривать трупы.

Разжившись серебром и золотым дукатом, он подмигнул наблюдавшему за ним гному, затем собрал весь жевательный табак. Сам Углук его не использовал, но табак годился для продажи.

– Нехорошо это – мертвых грабить, – сказал Фундинул, закончив перевязку своих ран.

– Нехорошо, если все это в лесу пропадет или бродягам достанется, – возразил орк, равнодушно перешагивая через умирающего гвардейца. – Жаль, среди них никого покрупнее нет, мундирчики больно хорошие чистая шерсть.

Трофейное оружие орка тоже не прельщало, двуручный меч был для него привычнее.

Между тем мучения раненого гвардейца прекратились, он захрипел и вытянулся.

– Ишь ты, помер, – прокомментировал Углук. – Ладно, пойдем отсюда, не люблю я среди мертвецов находиться. Хватай мардиганцев, и пошли.

– Мардиганцев ты сам хватай, а я пойду Шустрика поищу. Это мула моего так зовут.

– А-а, ну давай ищи, только он, наверное, уже возле Ливена отдыхает. Стоит и гадит под каким-нибудь деревом.

Орк сунул под мышку меч и стал связывать поводья трофейных коней, которых можно было с выгодой продать в первом же придорожном селении.

– Мой Шустрик под деревьями не гадит, – возразил гном и пошел на поиски своего скакуна. – Шустрик! Шустрик! – кричал он и вскоре нашел мула, тот стоял под раскидистым деревом и гадил.

Когда Шустрик и Фундинул появились перед орком, он громко захохотал и похлопал своей лапищей по морде мула, отчего тот шарахнулся в сторону, едва не вырвав поводья из рук Фундинула.

– Ну-ну, ушастая собака, не такой уж я страшный! – сказал орк. – Идите за мной, приятели, я приведу вас на место своей стоянки.

С этими словами орк углубился в чащу, волоча за собой пятерых лошадей.

Ярдов через двести они вышли на небольшую полянку, где стоял привязанный к дереву еще один мардиганец.

– О! – поразился гном. – А это откуда?

– Оттуда, – загадочно улыбнулся орк и принялся привязывать трофейных лошадей. Не найдя достаточного количества крепких веток, он спутал поводья между собой.

– Ты думаешь, только у гномов имущество есть? Не-э-эт, у меня тоже.

– Это не похоже на твое имущество, – сказал Фундинул, тыча пальцем в клеймо на крупе мардиганца.

– Ну, правильно, – согласился орк: – Боевой трофей. Одно седло дукатов на триста потянет.

– Потянет… – вынужден был согласиться Фундинул. Седло и вправду было очень дорогое. Одна чеканка по серебру чего стоила, в этом гном разбирался лучше других.

– Слушай, а может, у тебя чего пожрать завалялось? – спросил Углук, заметив болтавшиеся на седле мула мешки.

– Тебе повезло, зеленое чудовище, – усмехнулся гном. – Кое-чем я тебя угощу.

Он достал из котомки хлеб и круг козьего сыра, при виде которого у орка громко заурчало в животе.

– Вот спасибо, друг ты мой боевой! – воскликнул он и, выхватив харчи из рук гнома, принялся их торопливо поедать, громко сопя и чавкая. Не прошло и минуты, как весь продуктовый запас оказался в брюхе орка. Впрочем, Фундинул не возражал, после боя ему совсем не хотелось есть, к тому же, как ни крути, этот зеленый варвар спас его.

– Так где ты коня украл? – напомнил Фундинул, упряжь и клеймо на мардиганце показались ему знакомыми.

– Я его у разбойников отбил. У графа де Гиссара.

– Вот тебе раз! Где же ты видел этого де Гиссара?

– В Коттоне, где же еще? – Орк пожал плечами и стал облизывать пальцы.

– В Коттоне? А ты там жил, что ли?

– Можно и так сказать. По адресу главная площадь, городская тюрьма.

– Ты и в тюрьме побывал?

– Что значит побывал? Я отсидел там долгих три недели, а жратвы мне давали столько, что и муху не прокормить.

– А за что же тебе тюрьму присудили?

– За долги. – Орк вывернул котомку, где лежал хлеб, и подобрал все до последней крошки. – Слушай, гном, а у тебя больше ничего не завалялось?

– Нет, не завалялось. Только вода осталась.

– Жаль, а то я тут на одних орехах держался. А коник мой на траве, а ему бы овсу надо, он ведь вон какой большой.

– Мой Шустрик с ним поделится. У нас две меры овса.

– Вот это дело, – обрадовался орк. – А вы, – обратился он к новеньким трофеям, – пока посидите на травке и листочках, поскольку еще недавно графский овес жрали.

– Ну так что там про коня, варвар? – нетерпеливо спросил Фундинул.

– Не называй меня варваром, гном, я ведь спас тебе жизнь.

– А ты что же, издалека увидел доброго друга и решил спасти ему жизнь? – ехидно спросил гном.

– Ну… – Орк вздохнул. – На самом деле, конечно, не так все было. Тебя я не видел, а в драку полез, чтоб какой-то жратвы отвоевать. Слышу, кого-то бьют, я и пошел на звон клинков. Думал, одного-другого повалю, а потом соберу трофеи.

– Ладно, будем считать, что ты меня спас, воюя за жратву. Давай котомку, я в нее для твоего мардиганца овса отсыплю. Как ты его назвал?

– Сапфиром. Правда, он – кобыла, но уж больно слово красивое.

Поделив овес, орк и гном покормили своих скакунов. Углук вдруг улыбнулся и сказал:

– Эх, гном, хорошо, что я спас тебе жизнь.

– Спасибо, а теперь расскажи, за какие долги тебя в тюрьму посадили?

– Я в кабаке расплатиться не смог.

– Вот, так я и знал! Прогулял, значит, все деньги?

– А вот и не прогулял! То есть прогулял., конечно, только не все. А в кабаке такое дело приключилось – сели в кости играть да выпили вина, а мне эти жулики чего-то в бокал подсыпали, я и упал. Когда очнулся, кабатчик уже с двумя стражниками стоит и говорит – извольте расплатиться. Я – по карманам, а там только крошки от сухарей.

– И много украли?

– Дукатов триста… – Углук вздохнул. – Если я этих жуликов еще встречу… Они и кабатчика в расход ввели.

– Да какой же расход, кабатчик-то с ними в доле был! – воскликнул Фундинул.

– Это почему же?

– Да потому, что ты еще не проснулся, а он уже знал, что у тебя в карманах пусто, – стражников привел. Тебя в тюрьму упрятали, а жулики тем временем подальше убрались.

– Эй, а ведь и правда! – Орк хлопнул себя по лбу, да так сильно, что кони вздрогнули. – А я, дурак, кабатчику клялся, что, как выйду из тюрьмы, так сразу денег найду, чтобы, значит, расплатиться! Ой, дурак! Ну, вернусь в Коттон, я и его прихлопну! Как крысу!

– Ладно, хватит про них, небось им теперь там не сладко. Как ты с де Гиссаром встретился?

– С де Гиссаром? А очень просто. Сижу я в сырой яме, слышу шум да крики. А потом стали, значит, ямы открывать – одну, другую, третью. Так и до моей дошли. Свесились две какие-то морды, ты кто, говорят, я говорю – честный орк, Углуком зовут. Они засмеялись и требуют – выходи давай. Я думал – все, прощение мне вышло, а оказалось, город разбойники захватили, а меня ведут на беседу с этим де Гиссаром.

– Да ты что? И какой он, этот главный разбойник? Наверное, сабля при нем вся в крови, правильно?

– Неправильно. Охрана при нем да – глаза у уйгунов, как у волков, – крови требуют.

– А что потом?

– Потом де Гиссар стал меня расспрашивать, кто я да откуда.

– А ты чего?

– А я… – Углук снова сдвинул шлем и поскреб затылок заскорузлыми ногтями. – А я, Фундинул, честно говоря, много лишнего ему рассказал. Только потом понял, как хитро он из меня все вытянул, и про его милость господина Фрая, и про Бертрана, и про тебя много чего рассказал.

– Про меня? – удивился гном.

– Да, про тебя он особенно интересовался и про топор твой тоже. Ты, видать, дал им его отведать?