Каспар Фрай (авторский сборник) - Орлов Алекс - Страница 115

– Если оружие спрячете, не привяжутся. Ты, Фундинул, убери топор в чехол и забрось его за спину, как будто у тебя там лопата, а тебе, Углук, давно пора было ножны купить. С таким тесаком от тебя люди будут шарахаться.

– Они и шарахаются, – ухмыльнулся Фундинул.

– Веревка у вас найдется? – спросил Каспар.

– Веревка у меня с собой, – сказал Углук, указывая на свой тощий мешок с пожитками. – А чего с ней делать?

– Замотай ею клинок, чтобы не было похоже, что ты на битву собрался.

– Хорошая мысль, ваша милость! – обрадовался Углук.

– А если кто привяжется, скажите, что вы гости Каспара Фрая, а поручительство за вас уже лежит у старшины Виршмунда.

– Но ведь оно еще не лежит.

– Не беспокойся, Фундинул, я сейчас же ему занесу.

49

Отправив гнома и орка в баню, Каспар перешел улицу и, вызвав старшину Виршмунда, вручил ему кошелек с двадцатью серебряными рилли.

– О-о! – протянул довольный старшина. – Ты, Фрай, становишься настоящим зажиточным горожанином, а не тем бродягой, каким выглядел, когда переехал на эту улицу. Я тогда думал, что ты в этом доме не задержишься, а сейчас вижу, что ошибался… Ну, – Виршмунд откашлялся и сунул кошелек за пояс, – твоих друзей теперь никто не тронет, вот только непонятно мне, что за нужда тебе с такими уродами водиться? Орки – воры и убийцы. Ты на рожу его посмотри, это ж харя каторжная. А гномы! Всегда возле золота и серебра пристраиваются – брошки колоть, пуговицы штамповать. Моя бы воля – всех бы из города повыгонял.

– А кто нам тогда сапоги шить будет, доброе оружие ковать, те же пуговицы, пряжки на башмаки – всего и не пересчитаешь.

– Так-то оно так, но очень уж много их тут развелось.

Каспар вернулся к себе и во дворе дождался Углука и Фундинула, которые оказались не только чисто вымыты, но и принаряжены. Фундинул купил ношеный гномий костюм подмастерья, а Углук – грубые крестьянские штаны. Обувь на нем осталась та же – крепкие солдатские башмаки, которым не было сносу.

– Ваша милость, – сказал Фундинул, – орк опять мылся прямо в этой железной шапке.

– А тебе чего, недомерок? В чем хочу, в том и моюсь. Зато я башмаки снимал, и штаны, и жилетку.

– Ладно уж, идемте я познакомлю вас со своей семьей, заодно и пообедаем.

– Пообедать – это хорошо! – обрадовался орк, хотя по дороге к дому Каспара съел полтора десятка черствых пирогов с кашей.

Генриетта так и ахнула, когда Каспар привел друзей в дом. Гномов в Ливене она видела предостаточно, но высоченный орк с глупой улыбкой ее немного напугал.

– Познакомься, дорогая, это мои боевые друзья – Фундинул и Углук.

– Добрый день, имдресс Фрай! Рад видеть вас в добром здравии! – пропел Углук, расплываясь в улыбке.

– Что он сказал? – спросила Генриетта, испуганно отодвигаясь от орка.

– Он сказал «госпожа Фрай».

– А-а… и вам добрый день, – ответила Генриетта, коротко поклонившись.

– Мои друзья с дороги, и их нужно покормить, – сказал Каспар.

– Да, было бы неплохо, – согласился Фундинул и погладил себя по животу. – А еще, ваша милость, не мешало бы взглянуть на вашего наследника.

– Да, мы по дороге все гадали, какой он будет масти – белой или черной, – добавил Углук.

– Ну идемте, – сказал Каспар и повел их в детскую. Когда Углук заглянул в комнату, ничего не подозревавшая нянька закричала дурным голосом.

– Каролина, не кричи! Это наши гости! – пояснил Каспар, протискиваясь мимо Углука. – Они пришли посмотреть на Хуберта.

Слова Каспара ничуть не успокоили Каролину, поскольку из-за ног орка появилась улыбающаяся физиономия Фундинула, который сказал:

– Здрасьте вам!

– Проходите, – пригласил отец младенца, и гном первым подошел к кроватке. За ним, очень осторожно, приблизился орк.

– Ну вот, гном, я же говорил, что он белой масти! – сказал Углук.

– Это ничего не значит. У людей масть может поменяться. Надо же, какой он маленький, меньше, чем гном! – умилился Фундинул.

– Подрастет, будет больше, – сказал орк. – Как его зовут, ваша милость?

– Хуберт.

– Хуберт, агу! – тотчас позвал гном.

– Это ты по-гномьи, что ли, говоришь? – тут же осведомился Углук.

– Чего «по-гномьи»? – не понял Фундинул.

– Ну вот это – «агу».

– Ничего не по-гномьи. Это все так маленьким детям говорят – «агу».

– Что-то я не помню, чтобы мне в детстве так говорили.

– Разумеется, – сказал гном, не отводя взгляда от Хуберта. – Тебе говорили не «агу», а «иди малыш, скушай еще один котел каши»!

Углук, проглотив обиду, заметил:

– Ишь, как он за тобой следит… Улыбается…

– Понятное дело – я ему нравлюсь.

– Это потому, что он принял тебя за собаку.

– О чем ты говоришь, дурак зеленый! Такие маленькие дети не знают, что такое собака.

– А вот и знают! А вот и знают! – начал дразниться Углук и, обращаясь к Хуберту, пропел: – Не бойся, малыш, если она залает – мы ее удавим!

– Ну, знаете что – хватит! – остановил их Каспар. – Я думал, вы изменились, поумнели, а вы опять склочничаете, как раньше.

– Это орк виноват, ваша милость. Гномы – существа мирные.

– Ничего себе мирные! Да вас…

– Обед готов! – перебил Углука звонкий голос Генриетты.

– Обед? – На лице орка появилась блаженная улыбка. – Обед – это хорошо.

И в сопровождении Каспара они прошли в столовую.

На обеденном столе чего только не было. Похлебка бобовая со свининой, говяжий слоп, оладушки картофельные со сливочным маслом, карп, тушенный в молоке, яйца, фаршированные зеленью, и пирожки с куриной печенкой – целая гора. Каспар даже головой покачал от удивления. Он не представлял, как это Генриетте удается готовить не только вкусно, но и так быстро.

– А пудинг-то! А пудинг! – воскликнул Углук, начиная трапезу с десерта. – Такой пудинг готовила моя бабушка Ординела!

– Ну конечно. А дедушка пек точно такие пирожки, – проворчал Фундинул, пододвигая тарелку с бобовой похлебкой.

Каспар, которому поначалу не хотелось есть, тоже решил подзакусить, глядя, с каким аппетитом гости поедают угощение. Фундинул почти не отставал от Углука, который отдавал должное каждому блюду.

Наконец гонка закончилась. Углук сыто рыгнул "и, отодвинувшись от стола, ослабил пояс.

– Ну, имдресс Фрай, вы просто волшебница! Так Углука еще никто не кормил с тех пор, как он ушел из дома!

– На здоровье, – ответила Генриетта, которая была покорена аппетитом Углука.

50

После обеда гостям подали пшенное пиво с медом.

Напиток был холодный, прямо из подвала, где даже летом не таял лед.

По знаку Каспара Генриетта удалилась, и он, откашлявшись, спросил:

– Вы зачем в Ливен пришли? Полагаю, не для того, чтобы на Хуберта посмотреть?

– Нам больше податься некуда, ваша милость, – со вздохом произнес Фундинул. – Мастерскую мою разорили, а того серебра, что я спрятал под фундамент, на новую мастерскую уже не хватит. Вот я и решил податься в Ливен, чтобы у вас совета спросить – как жить дальше.

– Да откуда же я знаю, как тебе жить, Фундинул?

– Вы знаете, ваша милость, вы точно знаете.

– Я вам могу только работу предложить…-развел руками Каспар.

– Так это оно и есть – добрый совет, – подняв к потолку испачканный жиром палец, произнес Углук. Он доедал остатки обеда, сложенные Генриеттой на одно блюдо. – Если есть работа, значит, есть цель, а без цели я быстро дряхлею. Вот хотел жениться, а потом передумал: дай, думаю, еще погуляю, а детишек настрогать всегда успею.

– Значит, вы готовы ехать со мной?

– А куда? – спросил Фундинул. – Снова на юг?

– Нет, на этот раз – на север. В гости к вашему старому знакомому, графу де Гиссару.

– Это как же? Прямо на войну, что ли?

– Нет, в наши обязанности входит разведка. Будем идти следом за армией де Гиссара, выяснять, что он задумал, и сообщать об этом войскам герцога.