Каспар Фрай (авторский сборник) - Орлов Алекс - Страница 111

– Бросай деньги на землю!

– Да зачем же бросать – здесь грязно, а на кошельке слабая тесемка! Порвется – серебро разлетится по всей дороге.

– Ладно… – немного подумав, согласился грабитель, который, судя по всему, был главарем шайки. – Только ты, синий, брось арбалет на землю, – сказал он, обращаясь к курьеру.

– Пусть лучше он положит его в чехол, ваше сиятельство! – снова вмешался Каспар. – Такой арбалет больших денег стоит, вам за него в любом городе десять дукатов дадут.

– Ну так уж и десять, – не поверил бородатый и поудобнее перехватил свой ржавый меч, которому было, наверное, лет сто. Однако курьеру убрать арбалет в чехол позволил.

– Я вижу арбалетчика… – шепнул тот Каспару.

– Где?

– Справа от меня.

– Я не вижу, – скашивая глаза, сказал Каспар.

– О чем вы там шепчетесь?

– Мой друг очень напуган, ваше сиятельство! – пояснил Каспар.

– А ты сам – разве не боишься?

– Боюсь, конечно, только я уверен, что вы благородные разбойники, а не какие-нибудь бродяги. Кстати, у нас с вами один размер, мой камзол будет вам как раз впору.

– Вот уж нет! Мне он подойдет больше! – послышалось из-за кустов.

– Заткнись, Мартин! Ты же в засаде! – заорал предводитель.

– Лучника видишь? – тихо спросил Каспар.

– Вижу, – ответил курьер.

– Он твой, как только я сниму арбалетчика…

– Понял.

Наведя порядок в своем войске, предводитель пришпорил пузатого коня неизвестной породы и поехал навстречу жертвам.

Каспар и его спутник едва удерживали лошадей, которым передавалось волнение всадников.

Разбойник остановился, не доехав несколько шагов, и приказал:

– Бросай мне деньги! И ты, синий, тоже доставай кошелек! Небось на вино и девок герцог тебе щедро подносит!

– Держите, ваше сиятельство, – сказал Каспар и подбросил кошель повыше, чтобы отвлечь внимание всей шайки.

Не успел кошелек оказаться в руках разбойника, как с хлестким щелчком стрела, выпущенная Каспаром, продырявила кирасу прятавшегося в зарослях арбалетчика. Спутник Каспара лихо выхватил арбалет и прямо от бедра поразил лучника.

В этот момент Каспар заметил в засаде еще одного бойца, но предупредить курьера времени уже не было. Каспар толкнул его ногой в бедро, отчего тот откинулся назад, и посланная в него стрела лишь сорвала галун.

Каспар, не мешкая, дал своему коню шпоры и, выхватив из-за голенища запасную стрелу, в одно мгновение вложил ее в лук и резко дернул тетиву. Ломая кусты, лучник покатился вниз, а очнувшийся предводитель громко закричал и, размахивая ржавым мечом, погнал своего коня в атаку, однако был сбит ударом кулака в маску.

Второй разбойник – тот, что стоял на дороге, попытался удрать, однако курьер выхватил арбалет из другого чехла и сбил беглеца точным выстрелом.

Остатки шайки сдались. Каспар связал троих уцелевших разбойников с двумя ранеными их же поясами и приказал идти, да поживее. В замке герцога эти люди были обречены, однако Каспар не видел причины делать им снисхождение. Он не зарубил их только потому, что убивать безоружных было не в его правилах.

На склоне остались лежать двое убитых. Это были жертвы Каспара, кирасы которых не выдержали ударов его особых стрел.

46

Из-за того, что раненые разбойники обессилели и едва плелись по горному серпантину, Каспар с курьером задержались в дороге и прибыли в замок только к обеду.

Сдав пленных стражникам и вкратце описав их подвиги, Каспар поручил коня слугам и огляделся.

С тех пор как он был здесь последний раз, многое изменилось. Прямо на мощенном булыжником дворе квартировали две роты наемников, они жили в нескольких больших шатрах, а их кони производили столько навоза, что конюхам приходилось трудиться весь день, вывозя его за пределы замка.

Наемники ходили в темно-синих мундирах наподобие того, что был на курьере, правда, без серебряных галунов. Казенная одежда сидела на них немного мешковато – наемники не умели носить форму с таким блеском, как гвардейцы герцога, зато не уступали им в бою. Многие из этих солдат не знали мирной жизни, переходя с одной войны на другую. Такие сразу бросались в глаза – дочерна загоревшие, с цепкими глазами. Эти люди никогда не расставались с оружием.

На заваленном навозом дворе то и дело появлялись надутые от важности лакеи. Им приходилось идти на цыпочках, чтобы не запачкать башмаки с серебряными пряжками. На крепостных стенах развевались штандарты герцогов Ангулемских и королевской династии Рембургов, как будто между герцогом и королем не было никаких недоразумений.

Конюшие в зеленых мундирах носились туда-сюда с уздечками и лопнувшими подпругами, поварята с красными физиономиями тащили чаны с кипятком, а писари в лиловых камзолах сверяли с кладовщиками учетные бумаги.

К Каспару подошел знакомый ему гвардейский капитан:

– Следуйте за мной, ваша милость, я провожу вас к его светлости.

На лестнице Каспару встретился граф Ротеньер, руководивший канцелярией герцога. Прежде веселый балагур, обожавший рассказывать об отношениях со своими крепостными девицами, теперь он выглядел строгим и собранным.

– А, Фрай! Приветствую тебя, – сказал он, хлопая Каспара по плечу.

– Здравствуйте, ваше сиятельство.

Они разошлись, граф побежал вниз, придерживая четырехфутовый меч, а Каспар вспомнил, что прежде тот носил узкий катран с облегченным клинком, производивший большее впечатление на дам, но, как видно, походная жизнь изменила привычки графа.

Поднявшись по главной лестнице, Каспар вслед за капитаном свернул в южное крыло. Казалось, коридоры здесь никогда не кончатся, но совершенно неожиданно капитан остановился и, толкнув тяжелую резную дверь, сказал:

– Прошу, ваша милость, его светлость ждет вас. Каспар снял шляпу и вошел.

Герцог выглядел похудевшим, на его лице залегли тени, однако глаза светились веселостью.

– Приветствую тебя, Фрай! – сказал он и, шагнув навстречу, крепко пожал Каспару руку.

– Здравствуйте, ваша светлость. Приятно видеть вас в хорошем расположении духа.

– Да уж, в хорошем. У меня полно отвратительных известий.

Он вздохнул и оперся о бюро, на котором просматривал какие-то бумаги. Каспар заметил, что герцог укоротил волосы и теперь обходился без черного шнурка, которым их раньше связывал.

– Заметил, да? – перехватив взгляд Каспара, усмехнулся Ангулемский. – В походе, знаешь ли, нет времени заниматься волосами. Я и бороду подлиннее отрастил.

– Вашей светлости идет.

– А как ты поживаешь, Фрай? Как сын – растет?

– Благодарю, ваша светлость, у меня все благополучно.

– Что говорят в городе?

– В городе, ваша светлость, говорят всякое.

– Что говорят о войне – будет или нет? – Говорят, что будет.

– А ты сам как думаешь?

– Если война будет только с королем, ваша светлость сумеет принудить его к миру.

– Почему ты так думаешь?

– У вашей светлости владения неровные, я бы сказал. Много равнин, гор, рек и гиблых мест, особенно связанных с лесным колдовством и старой магией. Один озерный народ чего стоит. Большой армией здесь не повоюешь. Хуже, если лорд Кремптон ударит с юга, тогда придется побегать.

– И что, ничего нельзя сделать? – спросил герцог, пряча улыбку.

– Я бы заплатил сингалийцам и королевству Миног, чтобы они немного пожгли земли Кремптона. Тогда он прижмет хвост и будет занят только своими неприятностями. Но… я так понимаю, ваша светлость, вы это уже сделали?

– Да. – Герцог самодовольно заулыбался. – Едва лорд собрал своих рейтар, как их, вместо севера, пришлось срочно вести на юг, хотя, признаюсь, это стоило мне немало дукатов. Они помолчали.

– Не желаешь промочить горло? Есть холодная муравьиная вода – я пристрастился к ней в походе, когда ничего лучшего под рукой нет. Не хочешь? Тогда, может, горячего шоколада? Хотя нет, такие, как ты, шоколад не употребляют.

Герцог снова вздохнул и, переложив какие-то бумаги, сказал: