Каспар Фрай-2 (авторский сборник) - Орлов Алекс - Страница 208

По мнению Ральера, выглядело и пахло это весьма скверно, однако за время своей беспокойной службы ему случалось встречать и более странные обычаи.

– Ваше превосходительство, господин сенатор! Случилась катастрофа - на Тыкерью движется армия короля! - сказал один из гостей и, достав платок, шумно высморкался.

– Прошу прошения, вы, насколько я понял, дорф Даувпилс, а это его светлость - конвендор Кригс… - начал разбираться Ральер.

– Совершенно правильно, - кивнул конвендор, польщенный тем, что его назвали «его светлостью». - Король двинул на Тыкерью войско, и мы нуждаемся в помощи вашей высоко… цивилизованной, высоко… культурной державы.

– Но, позвольте, еще сегодня днем дорф Пяллинен ни словом не обмолвился о войне с королем.

– Он тогда еще не знал! А теперь знает и трясется в замке Тарду!.. - выпалил Даувпилс, но, встретившись взглядом с конвендором, поправился: - Я хотел сказать, что он волнуется, поскольку конвендор назначил его ответственным за оборону замка.

– Значит, вы хотите, чтобы Гвиндосия объявила королю войну?

– Да. И желательно поскорее. Вы могли бы пригрозить, они бы к вам прислушались.

– Я не могу объявлять войны по собственной инициативе, господа, это выше моих полномочий, - развел руками Ральер. Впрочем, он скромничал, с привезенным десантом он вполне мог поучаствовать в региональных конфликтах.

– Зачем же вы возите с собой так много солдат, сенатор? - в лоб спросил Кригс.

Ральер помолчал, однако изворачиваться не стал.

– Какое количество войск имеется у противника?

– Не слишком большое, король находится далеко отсюда - в Ливене, на Тыкерью идут полки из Харнлона.

– Сколько?

Кригс и Даувпилс переглянулись.

– По нашим подсчетам - от трех до шести тысяч, - сказал советник.

– А сколько есть у вас?

– В Тыкерье четыре с половиной тысячи, сенатор.

– Это все?

– В других небольших гарнизонах можно собрать еще полстолько. И ополчение - тысяч десять по всему краю.

– Но ведь этого достаточно, чтобы дать отпор даже шести тысячам солдат короля, разве не так?

Кригс и Даувпилс переглянулись.

– Дело в том, что гвардейцы короля уже под стенами города, а нам для сбора большого войска нужно время, - сказал советник и, вздохнув, добавил: - Да и боевитость нашего войска не такая высокая, как у королевских гвардейцев. Егеря у нас обученные и в конном, и пешем строю, а вот остальные - едва ли и вчетвером с одним гвардейцем сладят.

Конвендор угрюмо кивал, не опровергая слов Даувпилса.

– И вы надеетесь, что я с помощью десанта легко отброшу захватчиков обратно в Харнлон?

– Нет, мы собирались отправиться в Капекслаа, к тарди. Прежде нам случалось вместе давать отпор Рембургам.

– Прежде - это когда? - уточнил сенатор.

– В нашей совместной истории.

Сенатор задумался. С одной стороны, отдавать приказ о высадке, не зная точной численности войск противника, было глупо, с другой - в случае удачного исхода дела продвижению «волшебных пиррио» уже ничто бы не помешало. Более того, гвиндосской миссии это придало бы немалый вес и приблизило возможность установления внешнего управления над территорией.

Однако всем этим мечтам не сбыться, если верх одержат королевские гвардейцы.

Сенатор поднялся, гости тоже встали, но он остановил их жестом:

– Сидите, господа, я ненадолго покину вас, мне нужно посоветоваться.

С этими словами он вышел на палубу и направился к канатному ящику, где по своей воле обитал мессир Лаггер. Было совсем темно, пара масляных фонарей на всю палубу помогала слабо.

Впрочем, за время путешествия сенатор досконально изучил шхуну и мог передвигаться по ней не спотыкаясь.

Вот и знакомые очертания канатного ящика. Скрипнула дверь, и Лаггер сам вышел навстречу посетителю.

– Опять проблемы, сенатор?

– Да, мессир, но на этот раз другого свойства. Я должен принять важное решение, поскольку…

– Я понимаю, - перебил его маг. После встречи с безвестным призраком он уже чувствовал приближение великих возможностей, которые откроет перед ним убийство «графа Проныры».

– Вам следует объявить высадку, сенатор, и сам я также намереваюсь ступить на этот берег.

– То есть… противник не так уж и силен?

– Против нас да с поддержкой местных вождей - совсем не силен.

– Но принимать решение нужно незамедлительно…

– Ну так принимайте его, сенатор, за чем же дело стало?

– Спасибо, мессир!

55

Командующий Густавсон вошел под своды казарменного помещения, сидевшие по койкам перебежчики разом вскочили.

– Кто старший? - спросил командующий на верди.

– Я, ваше превосходительство! - шагнул вперед рослый человек в штанах королевского гвардейца и в мужицкой грубой рубахе. - Бывший гвардейский сержант Чепис.

– Сколько с вами людей, Чепис?

– Всего шестьдесят семь человек, ваше превосходительство!

– Кто они?

– Двое пихтов, один чекмес, остальные - верди, ваше превосходительство.

– Превосходный состав, - произнес Густавсон, проходя вдоль выстроившихся у кроватей перебежчиков. Несмотря на их смешанное мужицко-гвардейское одеяние, выглядели они браво.

«Кадровые, сразу видно, - с легкой грустью подумал командующий. - Нам бы своих таких, да побольше».

– Что скажете, лейтенант Болеслав, годятся в егеря? - спросил командующий у стоявшего возле двери офицера-егеря.

– Так точно, ваше превосходительство, годятся!

– Прекрасно. - Густавсон развернулся и пошел в другую сторону. - Пока оставайтесь здесь. Когда мы решим, на каком посту вы принесете наибольшую пользу, получите назначение.

Густавсон остановился у дверей и с задумчивым видом стал поправлять рукавицу.

– Пожелания есть, сержант Чепис?

– Только одно, ваше превосходительство, если можно сформировать из нас отдельный отряд, мы были бы рады. А больше ничего не нужно, кормежкой довольны.

– Желаете воевать вместе с товарищами?

– Так точно, ваше превосходительство.

– Что ж, такое стремление даже похвально. Что скажете, лейтенант Болеслав?

– Это было бы неплохо, ваше превосходительство. Можно сделать отдельную ударную роту, учитывая их опыт.

– Замечательное предложение, так мы и поступим. А теперь идемте…

Они вышли на воздух, часовой у казармы вытянулся и не смел дышать, пока командующий стоял рядом.

Пахло дымом и горелым жиром, по всему периметру крепостной стены разводились костры, в старых котлах плавилось тюленье сало - Тыкерья готовилась к отражению штурма.

– Значит, так, лейтенант, оружие и обмундирование перебежчикам пока не выдавать. Охрану усилить - поставить двадцать, а лучше тридцать егерей. Сегодня перебежчиков никуда не выпускать, а завтра… Завтра небольшими группами будем отправлять на фортификационные работы.

– Но, ваше превосходительство, их боевой опыт мог бы пригодиться нам при отражении штурма, возможно, он начнется уже сегодня - королевские войска готовят лестницы, я сам видел.

– Если они готовят лестницы, это еще не значит, что они предпримут штурм.

– Но для чего же тогда, ваше превосходительство?

– А вон идет капитан Лоут, у него и спросим.

Капитан Лоут только что выбрался из седла - он полдня метался по городу, выполняя приказы командующего.

– Ну что вам удалось выяснить, капитан?! - направляясь к нему, спросил Густавсон.

– Все дороги перекрыты, ваше превосходительство! Мы спустили на веревках четверых курьеров, так только один, с подсдамской дороги, сумел вернуться - он несся со всех ног, остальные не вернулись и были перехвачены заслонами гвардейцев.

– Что думаете насчет штурма?

– Я боюсь ошибиться, ваше превосходительство, но пока противник старается лишь напугать нас. Тех лестниц, что они сделали, явно недостаточно. Конечно, они могут сделать и больше, но у меня сложилось впечатление, что они чего-то ждут.

– Вы слышали, лейтенант? Тут явно скрыт какой-то подвох. То ли шестьдесят семь перебежчиков на самом деле лазутчики, которые попытаются напасть на охрану ворот, то ли противник ждет подхода подкреплений. Возможно, за ними идет тяжелый обоз со стенобитными и метательными орудиями, но выяснить это сейчас мы не можем - у нас нет возможности выслать разведку.