Осколки (СИ) - Соловьев Сергей - Страница 42

— Ладно, какие планы на день? — решила замять тему Настя.

— Я хотел побывать у этих разукрашенных фанатиков, пока есть время, — пораскинув мозгами, сказал я, — а ночью, снова на кач. Уже знаешь, куда пойдем?

— Да, — тут же серьезно ответила волчица, — городок "Прибрежный Заслон". Рядом с ним есть остров — локация на двухсотый уровень, ну а ночью, естественно, четырехсотый.

— Хорошо, — довольно сказал я, чувствуя скорую поживу и возможность получить вожделенный предмет. Не смотря на все наши ночные приключения и прокачки, я успел полностью сменить всю свою старую экипировку на высокоуровневую, но при этом, по-прежнему ходил со своим старым огненным посохом. Отдавая редко выпадающее главное оружие колдовского боя более нуждающимся в нем магическим "тряпичным" классам, сам я радовался лишь ненужной никому в нашей группе броне на паладина.

Как назло, лишних посохов, не нашлось так же и у других членов гильдии. Более того, без высокоуровневого магического оружия оставались, один наш хил и один чернокнижник, но сегодня ночью, я был намерен поставить в этом вопросе точку, оставив нашу группу без дополнительной магической поддержки, взяв к себе только классы, не использующие посохи. Серый, Настя, Трехрукий, Тореро и, конечно же, я.

К слову сказать, поступивший в наши ряды в минувший эвент зооморф с ником Тореро, быстро уловил суть борьбы с игровыми условностями и, взяв пример с моей супруги, и имея класс "гладиатор", теперь таскал вместо двух одноручных мечей, два двуручника и чувствовал себя при этом, вполне уверенно. Класс ему, правда, сменить никто не предложил. Даже после того, как он в полученном от Насти же инвизе, снес голову несчастному мобу. Как в очередной раз выяснилось, классы наши были уникальными, и вторых таких же, сделать не получается. Но ведь и сам факт владения парным двуручным оружием был отнюдь не плох.

Вообще, стандартных классов в нашей гильдии почти не осталось. Все старались найти для себя что-то новое, постоянно пробуя и экспериментируя с оружием и доспехами. К сожалению, не всем удавалось сменить тряпки на латы, но вот оружие не по классу использовали абсолютно все. Маги не могли позволить себе обменять посох на двуручник и принимать участие в ближнем бою, но вот взять в левую руку, дополнительно какой-нибудь тотем или артефакт на повышение нужных характеристик, это запросто.

Гильдия набирала силы с бешенной скоростью, но все же, я был сильно напуган перспективой скорейшей встречи с новой опасностью в лице босса другого кластера. Как не крути, а неизвестность пугала. Что нас ждет в тех краях? Как на нас будут смотреть иностранцы, читая имена на неизвестном им языке? И, конечно же — как пройдет бой с теми боссами? Я должен приложить все усилия, чтобы и в этом бою никто не погиб, поэтому нужно скорей прокачать наших ребят, и чем выше, тем лучше.

Попрощавшись с супругой и взяв с собой увязавшегося графа вампира, я вышел из наших хором, обратив внимание на то, что первый этаж дома развлечений для гильдии "Мы Знаем Правду", почти завершен. Стены и оборонительные башни по периметру города так же были на последнем этапе возведения и вскоре, повысят обороноспособность поселения в разы. Скоро вновь должен был начаться эвент и рабочим кровь из носа, нужно будет закончить все до того, как настанет этот жуткий момент.

— Скажи Альфар, — шагая в сторону здания администрации, завел я разговор, — зачем тебе со мной идти? Я ведь только из города в город, на войну не собираюсь, чего тебе дома не сидится?

— С вашего позволения, господин, я бы не хотел об этом говорить, — слегка смущенно ответил вампир. Я остановился, глядя на стыдливо отведшего глаза упыря и, тут меня проняло любопытство:

— Нет уж, колись! — заявил я Альфару со злорадной улыбкой на невидимых устах. — Считай это моим тебе наказанием за неповиновение. Выкладывай все как есть.

— Как вам будет угодно, — ответил он и начал вещать, в то время как мы продолжили свой путь к администрации. — Моя супруга, после моей небольшой метаморфозы, словно помешалась на мне. Сначала, это было приятно, чувствовать от супруги такое желание, настоящая награда для мужчины, но изо дня в день, она словно одержимая выжимала меня до предела, который, честно признаться, я обнаружил в себе лишь спустя семь столетий жизни. Проще говоря — я устал от ее бесконечной похоти и вожделения меня.

— Иж ты, — усмехнулся я, — ты только мужикам не говори, что устал от этого. Живьем ведь сожрут, — граф понимающе усмехнулся, но промолчал. Мы подошли к охране ворот администрации, и добросовестные служители города, стали в сотый раз проводить опостылевшую проверку наших намерений. Успешно миновав блок охраны, мы поднялись в комнату с порталом и переместились в Кривой Закоулок.

— Значит, ты думаешь, что все дело в крыльях? — продолжил я допытываться, когда мы вышли на улицу города, направляясь к одному из зданий общины "свободный творцов", как они себя называли, — может быть, она выпила какую-нибудь особо похотливую зверушку и переняла ее страсть?

— Я уверен, что дело в них, — твердо заявил граф, — не знаю, известно ли вам, господин, но высшая вампирская знать, в чине короля, королевы и трех их принцев, имеют крылья, как символ своего могущества и высшего титула. Очевидно, увидев в моем новом образе предмет вечного вожделения любой титулованной вампирши, она и помешалась. Вот только я ведь не король и по силе, не соперник даже младшему из их принцев. Так за что же мне такое внимание?

— Думаю, это своего рода фетиш, — улыбаясь откровению вампира, выдал я первое же предположение, пришедшее мне в голову.

— Прошу прощения? — не понимая, о чем я говорю, сказал вампир. Быстро накидав в уме понятное для местного разума объяснение, я продолжил:

— Ну, понимаешь, люди, в те времена, когда они еще были людьми, имели пристрастия, к определенному наряду или облику, соответствующему какой-либо должности или профессии человека. Например, муж обычной крестьянки в своих фантазиях вожделел лекарку, служившую в местном лазарете. Но так как он был уже женат, не мог себе позволить связь с той женщиной. Но! Мог просить свою супругу, наряжаться в такую же мантию как у той лекарки, чтобы создать образ вожделенного объекта. Понятно?

— Значит она, видит во мне, предмет вожделения и поэтому хочет меня так, словно я и есть тот самый объект? В моем случае король или принц, — уточнил вампир.

— Именно! — ответил я, радуясь, что смог донести до кровососа свою мысль.

— Но ведь по силе, я все равно им сильно уступаю, — неуверенно сказал вампир.

— Муж наряженной в лекарку крестьянки, не думает о том, как хорошо она умеет исцелять людей, а только лишь вожделеет ее образ! Ему вообще пофиг что она лучший лекарь на всем материке, ему нравится лишь то, насколько короток подол ее платья или мантии и как она смотрится, нагибаясь в нем!

— Понял, — сглотнув, сказал граф Альфар, кажется, побледнев еще сильнее обычного, — значит, эта похоть не пройдет, и она до скончания веков будет изводить меня жаждой плоти?

— Сочувствую, приятель, — наигранно печально сказал я, — хотя бывает, что такие пристрастия надоедают и человеку хочется уже не лекарку, а например служанку знатного дома или там, служительницу храма. А чего ты ей просто не откажешь? Скажи, голова болит или что сильно устал.

— Когда вампиры знатного рода заключают брачный договор, они клянутся своей жизнью, что супруги будут делать все, чего бы ни пожелала его половина. Договор скрепляется сильнейшей магией крови, так что, если откажусь без важнейшей на то причины, умру. А какая причина может быть более веской, чем безопасность моего господина?

— Ого, да вы ребята жестоки к самим себе, — оценив соображалку своего питомца и масштаб его проблемы, сказал я, тут же выдав идею, — а что если тебе пожелать, чтобы она не желала тебя так яро?

— А так можно? — замерев на месте, серьезно спросил вампир.

— А я знаю? — по еврейски ответил я, — попробуй и узнаешь. Но смотри там, не отказывайся, если не сработает. Ты мне живой еще нужен.