Мой граф - Крамер Киран - Страница 88

   – Я рад осчастливить тебя, Марбери.

   – Еще как, – ухмыльнулся тот.

   – Очень жаль, – сказал лорд Тарстон. – Но я понимаю.

   Остальные всадники сочувственно закивали.

   – Эти другие проекты, о которых ты упомянул, – вступил в разговор архитектор мистер Форрест, – что потребуют твоего времени… мы сочувствуем тебе, старик. Нелегкое это дело – повесить на себя этакое ярмо.

   – Оно тебя раздавит, – съехидничал Марбери.

   – Удачи, – сказал другой всадник. – Она тебе понадобится.

   Послышался нестройный хор пожеланий удачи от других джентльменов.

   – Ему не нужна удача, болваны вы этакие, – усмехнулся Дугал. – У него есть любовь. Прошу прощения за дурные манеры, лорд Тарстон.

   – Ничего, ничего, – любезно отозвался лорд Тарстон.

   – Да, спасибо, лорд Морган. – Грегори поерзал в седле. – Вообще-то я вовсе не собирался таким образом сказать, что требования моей будущей жены будут отнимать все мое время. У меня и в самом деле имеются другие проекты, над которыми я намерен работать. И я с нетерпением жду этого. Возможно, это произойдет в Париже, но непременно произойдет.

   – В Париже? – фыркнул Марбери. – И что это за место для творческого вдохновения?

   Ответом ему было молчание.

   – Гм, ну да. – У Марбери все же хватило ума опустить глаза в землю. – В Париже.

   Все рассмеялись, даже Марбери.

   – Вот я глупая башка, – сказал он.

   Никто не возразил. А потом они поскакали наперегонки друг с другом в имение, вопя во всю глотку, притворяясь, что ничто не сможет обуздать их – даже любовь. Они знали, что это не так, и были рады, что это не так.

   Но пока лошади неслись по дороге, они были лихими, вольными рыцарями, подтверждая старую истину, что мальчишки всегда остаются мальчишками.

Глава 23

   Пора. Пришло время. Грегори постучал в дверь родительских покоев в Тарстон-Мэнор.

   – Войдите, – пропела матушка.

   Пиппа, подумал Грегори, крепко стиснув руки. Просто Пиппа.

   И шагнул через порог.

   Отец стоял с поднятыми в стороны руками, камердинер чистил ему сюртук.

   – Ты закончил, Патрик?

   – Да, милорд. Вы выглядите превосходно.

   Грегори встретился взглядом с Патриком и любезно кивнул. Он уже никогда не сможет смотреть на камердинеров, как смотрел раньше.

   Матушка сидела в кресле-качалке и шила. С ослепительной улыбкой она подняла глаза.

   – Ты нипочем не догадаешься, что я шью, – проговорила она, словно в этот день не случилось ничего из ряда вон выходящего.

   – Что? – Грегори заглянул ей через плечо.

   – Это старый свадебный фрак твоего отца. Тот, который он надевал, когда женился на твоей матери. Он нуждается в починке, и мне пришла прихоть взять его в Долиш.

   Грегори был ошарашен:

   – Зачем тебе чинить его? Тем более что… он надевал его на свадьбу с моей матерью?

   Матушка вздохнула.

   – Потому что это важная часть семейной истории, мой дорогой. – Тон ее был проказливым. – Я уже починила свадебное платье твоей мамы. И свое. До него добралась мышь и прогрызла в подоле дырку. И есть еще семейная крестильная рубашка. Она слишком истончилась, так что даже страшно ее чинить, но я уверена, что одежду для особых случаев важно сохранять. Она возвращает нас к определенным моментам нашей жизни. Ты так не думаешь?

   Грегори вспомнил спенсер Пиппы из желтого бархата с громадными пуговицами и коричневый в полоску шейный платок, и губы расплылись в улыбке.

   – Да, я понимаю, что ты имеешь в виду.

   Матушка подняла фрак.

   – Возможно, кто-то из вас, мальчиков, когда-нибудь его наденет, – весело проговорила она. – Может, даже ты. Если он тебе подойдет.

   – Отлично подойдет, – вступил в разговор отец. – Мы одного размера. – Он кивнул Патрику, который вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь.

   Грегори ждал перемены, которая, он знал, наступит.

   И она наступила. Отцовское лицо было холодным как лед, когда он повернулся к нему.

   – Что меня беспокоит, так это будет ли у тебя свадьба? – грозным тоном сказал отец. – Мне кажется, она нам нужна. Безотлагательно. На карту поставлена честь дома Брейди. – Он вскинул руки. – Бог ты мой. Грегори, мальчик мой, что это за безумная затея? Юная барышня, переодетая камердинером? Которая посреди постоялого двора говорит своему вознице, что она под твоей защитой и под защитой всего дома Брейди?

   Грегори коротко рассмеялся:

   – Она так сказала?

   Матушка серьезно кивнула:

   – И я так этому рада.

   Грегори шумно выдохнул.

   – Матушка, отец, я понимаю ваш гнев и очень сожалею. – Он сам удивился, каким твердым был его голос. – Я согласен, отец, свадьба будет безотлагательно. Мы выезжаем завтра утром. – Он поведал родителям о своих планах отвезти Пиппу на Гернси через Торки.