Профессия: королева (СИ) - Стриковская Анна Артуровна - Страница 129

  То ли приворотное зелье ему повредило, то ли сковородка моя, только болезнь его затянулась и до сих пор совсем не прошла. Вид у графа был жалостный. Статный, подтянутый, молодцеватый мужчина превратился в развалину. Раньше он на мои глаза выглядел как сорокалетний цветущий если не красавец, то симпатяга, а сейчас передо мной был шестидесятилетний неухоженный больной. Судить его и казнить не было ни малейшего желания.

  Мы с Таргом постояли около его камеры, заглядывая в глазок, затем, не сговариваясь, развернулись и ушли. Уже у себя обменялись впечатлениями.

  Пришли к выводу: нам его жалко. Рубить ему голову бессмысленно, но и возвращать на место глупо. Он больше ни на что не годен, по крайней мере пока.

  Выход подсказала Гредин, сама того не подозревая. Она готовилась к свадьбе, и голова у нее был занята Ромером, Ромером, еще раз Ромером и немножко платьями. Но тут к ней приехали родители и потребовали, чтобы она устроила им аудиенцию у королевы. Им, видите ли, надо срочно поблагодарить Ее Величество.

  Я ласково приняла герцога и его жену. Они-то не были замешаны в заговоре, просто образец лояльных подданных. После первых приветствий и расшаркиваний к нам присоединился король. Мы выпили чаю в моей малой гостиной, что считалось высшей милостью, допуском в ближний круг.

  За столом завязалась непринужденная беседа, по ходу которой герцог упомянул крепость Ринт на побережье Таргона. Она имела какое-то стратегическое значение для мореплавание у этих берегов, но долгое время стояла разрушенной. Теперь герцог Таргон восстановил ее на свои деньги и просил прислать туда гарнизон. Матушка Гредин подняла другую тему. Сейчас, когда большинство моих фрейлин выходит или уже вышло замуж, мне понадобятся новые. Он предлагает кандидатуры двух своих племянниц. Походя она вспомнила о Ласанель, посетовав, что дочь государственных преступников тоже не может быть фрейлиной, тем более что имя эс Ферран она потеряла вместе с отцом.

  Вроде вполне невинные замечания. Но, стоило герцогу и его жене уйти, как мы с Таргом повернулись друг к другу и открыли рты. Я свой захлопнула первая, дождалась, когда он сделает то же самое, и спросила:

   - Ты подумал о том же, о чем и я?

   - Ну, если ты решила отправить Эстерса в крепость Ринт комендантом и выдать за него свою бывшую фрейлину, чтобы зря не болталась, то да, у нас мысли сходятся.

  Я обняла его, прижалась, и из глаз сами собой потекли слезы. Я раньше никогда не плакала, а сейчас стала практиковать это дело. Но не от горя и не от боли. От радости и полноты чувств.

  Король поцелуями высушил мои слезы и пошутил:

   - Не знал, что твоя любовь может быть соленой на вкус.

  Излишне говорить, что мы так и поступили. Из крепости Эстерс прислал письмо, где благодарил за милость, клялся в вечной верности и просил за сына. Так как Лиотар ни в чем замешан не был, он получил домен отца и без этой просьбы. Толковый парень, он не стремился к морской или военной карьере, а интересовался хозяйством. Меня это только радовало. Адмиралов у нас достаточно, а вот толковых администраторов нехватка.

  Ласанель тоже прислала благодарность. Еще бы. Ей после казни родителей замужество не светило вообще, да и всего имущества она лишилась. Брак с опальным графом был для девушки просто спасением.

  Через три месяца после гибели Истара состоялась свадьба Гредин, которую отмечали со всей торжественностью. Мои опасения, что Ромеру припомнят недостаточно высокое происхождение, не подтвердились. Новоиспеченных графьев в королевстве было теперь пруд пруди, никто бы не стал сейчас мериться древностью рода, рискуя наскочить на поединок. Даже гордый герцог эс Таргон выразил удовлетворение, что его дочь выходит за равного.

  Следом за Гредин вышла замуж Сенар. Счастливый Ангер отбыл с нею в свой новый домен, но обещал, что наведет там порядок и вернется.

  Эти события стало неким водоразделом. Вот все кипело и бурлило, а вот — все вошло в русло, устаканилось и началась рутинная каждодневная работа по налаживанию государственной машины.

  Мы с Таргом уже не впахивали по восемнадцать часов в сутки без отдыха. У нас появился график, рабочий ритм, расписание, в котором было даже выделено время для отдыха. Король возобновил свои тренировки с мечом, а я стала регулярно выезжать на прогулки.

  Мне нашли новых фрейлин, милых девушек, с которыми меня не связывали совместные воспоминания. Статс-даму тоже подобрали: вдовствующую герцогиню Манкар, приятную и довольно молодую даму. Она не имела отношения к заговорщикам по очень простой причине: ее мужа не было в живых, а сыновья еще не вышли из нежного возраста.

  Я поговорила с ней и убедилась, что она не помешана не этикете, поэтому дала добро на это назначение. У королевы должен быть двор, вот пусть она им и занимается.

  Еще мы стали регулярно переписываться с Кариланом. Хороший парень оказался этот мой братец. Далеко не ангел, но главное — ума ему не занимать. А мозг к мозгу тянется.

  О ком я забыла сказать? Ах, об Ормере. Эта дамочка продолжила свою певческую карьеру. Я даже сделала вид, что не помню, где и как ее застала, и милостиво пришла на ее спектакль. Спецслужбы поработали и выяснили: девицу к королю подослали специально, но использовали втемную, обработали так, что она была уверена: мстит королеве за то, что та увела короля со спектакля, приревновав к ней, Ормере.

  О наших приключениях знаменитый драматург мэтр Зевкис написал пьесу и принес ее мне для одобрения (к королю сунуться не решился). Я прочитала и предложила переделать драму в комедию. Ну не люблю я драм. Народ надо веселить, у него и так жизнь нелегкая. А еще пригласила мэтра Зельса, композитора, который сочинил достопамятную оперу про сиротку, и попросила написать музыку. Пусть это будет не опера, а, по-нашему, мюзикл. Представление с пением и танцами. Мужики сначала не въезжали, но потом моя идея им пришлась по вкусу. Такого в Ремирене еще не видели. Теперь сидеть ждать, когда на премьеру пригласят.

  Сегодня, прежде чем мы с Таргом разошлись по нашим канцеляриям, к нам подошел его новый секретарь и, страшно смущаясь, сообщил: мэтр Роген просит аудиенции у двух Величеств сразу.

  Вообще-то мы регулярно с ним встречаемся. То ему нужны деньги на больницу, то люди в помощь, то он носится с идеей медицинского справочника для сельских лекарей...

  Это к тому, что я-таки осуществила свою угрозу и дала одному толковому мужичку из Гильдии механиков идею печатного станка. Он пришел в восторг и меньше чем через месяц представил работающий прототип. Сейчас на нем печатается еженедельная газета “Глас короля”, тираж аж три тысячи экземпляров. Так вот, Роген, прознав об этом, захотел облагодетельствовать всех сельских лекарей печатным пособием. Я идею поддержала и велела ему составить текст.

  Может, он его принес?

  Отказывать собственному лекарю в аудиенции было бы просто глупо, от него во многом зависит наше с Таргом здоровье. Поэтому король сообщил, что примет Рогена немедленно и велел пригласить его прямо в кабинет.

  Мэтр с порога сообщил, что пришел не в качестве просителя, а в качестве придворного лекаря и личного целителя королевы. Диспансеризацию решил провести, что ли? Но он обратился к королю и покаялся, что во время нашего бегства дал мне пилюлю, препятствующую зачатию в течение года.

  Тарг об этом давно знал, я практически сразу поставила его в известность. Тогда он сердился: женщины не должны себя травить, пить противозачаточные зелья — дело мужчин. Но, поразмыслив, пришел к выводу, что мы с Рогеном поступили правильно. Так было безопаснее, и счастье, что наша предусмотрительность не понадобилась.

  Поэтому сейчас король вежливо сообщил, что обо всем знает и полностью освобождает мэтра от ответственности. Его поступок был правильным. На что Роген радостно сообщил, что он изготовил антидот. Теперь, когда герцог мертв, можно спокойно рожать наследника.