Волшебники Маджипура - Сильверберг Роберт - Страница 81

Расчет Септаха Мелайна состоял в том, что громадность и запутанность Замка должны в этой ситуации сыграть ему на руку. Он нисколько не сомневался в том, что охранники уже получили приказ схватить их троих — Свора, Гиялориса и его самого. Но сначала они должны были найти его, а он пробирался по почти бесконечным закоулкам, туннелям и переходам грандиозного здания, так что охотники могли лишь случайно наткнуться на него где-нибудь по пути между его жильем и выходом из Замка. Тем более что им оставалось лишь догадываться, каким из выходов он решит пройти. Выходов было очень много, хотя большинством из них почти никогда не пользовались. Септах Мелайн хорошо знал Замок и соображал так же быстро, как и передвигался. Он неуклонно направлялся к своей цели. Время от времени он видел издалека группы гвардейцев, но те, казалось, не видели его и, возможно, даже не знали пока, что его нужно схватить. В любом случае, ему каждый раз не составляло труда обойти их, не сбиваясь с нужного направления.

Все шло благополучно, хотя из-за этих бездельников-гвардейцев его путь оказался несколько длиннее, чем он рассчитывал. Он легко и стремительно промчался через внутренний двор, название которого запамятовал, где печальной кучей были свалены безголовые мраморные статуи, изуродованные тяжкими руками пяти тысячелетий, по мосту, который, если он не ошибался, именовался Виадуком леди Тиин, и по извилистому кирпичному валу к Башне Труб, откуда уходила лестница, спускавшаяся за пределы Замка.

Там он, к своему большому раздражению, столкнулся с четырьмя людьми в цветах охраны короналя, которые выстроились поперек входа на лестницу с явным намерением преградить ему путь. Да, сомнения в этом быть не могло: они действительно хотели его остановить. В выражениях лиц и позах гвардейцев не было и намека на дружелюбие.

— Уберите оружие и дайте мне пройти, — без лишних слов потребовал Септах Мелайн. — У меня нет времени на пустые разговоры.

— И куда же мы так спешим? — издевательским тоном спросил один из стражников с капитанской кокардой на шлеме.

— Мне некогда отвечать на вопросы. Отойдите в сторону. Если вы попытаетесь помешать мне, то пожалеете об этом. Я Септах Мелайн.

— Ваше имя нам известно, — ответил капитан. — Именно вас мы и разыскиваем. — Но говорил он это с довольно мрачным видом, а человека, стоявшего рядом с ним, казалось, глубоко удручала мысль о необходимости вступить в схватку с самым прославленным фехтовальщиком Замка. — Лучше добровольно сдайтесь и идите с нами. По приказу короналя лорда Корсибара вы объявлены…

— Я вас предупреждал, — сказал Септах Мелайн и ринулся в атаку.

Его мышцы еще не успели остыть после недавних упражнений с рапирой, и он был вполне готов к бою. Он так легко парировал размашистый неуклюжий удар капитана, словно имел дело с ребенком, воткнул острие шпаги противнику в щеку, затем сделал пируэт, проколов неуловимым контрвыпадом плечо второму гвардейцу, и молниеносным хлестким движением отрубил три пальца третьему. Все это он проделал, не теряя своего обычного лениво-отрешенного выражения, благодаря которому всегда казалось, будто он не фехтует, а забавляется. Четвертый гвардеец оказался вооружен энергометом и сейчас суетливо пытался нацелить маленькое серое металлическое устройство в нужную сторону и выстрелить. Но, вероятно, ему никогда еще не приходилось пользоваться подобным оружием. Его рука от самого плеча так тряслась, что он не мог нащупать нужную кнопку. Септах Мелайн не раздумывая отсек ему кисть руки вместе со смертоносным оружием и, не задерживаясь ни на мгновение, шагнул мимо изувеченного человека, который еще не осознал происшедшего и вопил пока что не от боли, а лишь от страха.

Вся стычка заняла не более нескольких секунд, но крики раненых охранников уже успели привлечь внимание других гвардейцев. Септах Мелайн видел, что вдоль кирпичной стены, которую он только что покинул, к нему мчится целый отряд. Он быстро свернул налево, проскользнул мимо полуразрушенной восточной стены Башни Труб и был вознагражден: ему попался лаз в огромный пустой подземный водосбор, уходивший далеко вглубь; в дальнем конце рукотворной пещеры призывно мерцало пятно дневного света. Легко проскользнув в лаз и пробежав шагов пятьдесят под землей, он выбрался на свет. В первый момент Септах Мелайн не мог понять, где же очутился, но вскоре сообразил, что это наружная сторона парапета Спурифона. Он очутился именно там, куда направлялся.

Гиялориса на месте не оказалось. Вполне могло получиться так, что он уже побывал здесь и ушел, увидев, что его спутник запаздывает. Однако и Гиялорис мог опоздать, так что Септах Мелайн все же подождал несколько минут возле парапета, пока не увидел, что сверху спускается новый отряд гвардейцев.

Оставаться дольше было глупо. Казармы охранников находились как раз в этом районе, совсем неподалеку. Кто-нибудь из них мог наткнуться на него просто случайно, по пути со смены, и тогда ему придется пролить еще больше крови. Лучше убраться прочь, и поскорее.

Септах Мелайн метнулся вниз по склону к маленькой древней арке — северному малоиспользуемому выходу из Замка — и оказался на гиюнской дороге. Если он спустится еще немного ниже, а затем повернет на восток, то выйдет на перекресток с госсифской дорогой. Госсиф, один их Внутренних Городов, располагался неподалеку от Тидиаса, где Септах Мелайн появился на свет, а уж оттуда было рукой подать и до Малдемара. Его дух укрепляла надежда увидеть там Гиялориса. Освобождение Престимиона из узилища Корсибара было не той задачей, с которой он мог справиться в одиночку.

Он оглянулся. Гиялориса на дороге не было. Да поможет ему Божество живым и здоровым выбраться из Замка и укажет верный путь, подумал Септах Мелайн. И широко зашагал своими длинными ногами к дороге, которая вела вниз по склону Горы.

Часть четвертая

КНИГА ВОЗМЕЗДИЯ

1

Никто не имел ни малейшего представления, чего хотел лорд Сангамор, приказав три с половиной тысячи лет назад выстроить те туннели, которые с тех пор носили его имя. Они были расположены на западной стороне Горы в среднем уровне Замка, там, где от главной горы отходил высокий скальный пик, который в любом другом месте сам по себе именовался бы горой. Грани этого треугольного пика, также названного в честь Сангамора, были настолько крутыми и острыми, что делали его фактически неприступным. Этому пику за многие тысячи лет никто не нашел никакого применения, и лишь лорду Сангамору пришло в голову прорыть в его основании множество связанных друг с другом помещений с низкими потолками. Эти галереи, начинаясь под Замком, доходили до пика Сангамора и замыкали вокруг него кольцо.

Материал, из которого эти катакомбы были построены, был столь же загадочным, как и их предназначение. Стены и потолки были облицованы плитками из какого-то искусственного камня, который сам по себе испускал яркие цветные блики. В одном помещении постоянно пульсировал мощный бордовый свет, другое сверкало изумрудной зеленью, еще одно — шафраном; была комната ярко-рыжая, комната серовато-желтого, серного, цвета, слепяще оранжевая, и так далее, и так далее.

Тайна не ослабевшего за столько тысячелетий свечения этих материалов входила в число тех бесчисленных умений, которые были давно утрачены ремесленниками Маджипура. Свет и цвета туннелей лорда Сангамора были очень красивы. Но так как свет никогда не мерк даже на мгновение, ни днем, ни ночью, то мощное пульсирующее свечение стен очень быстро начинало утомлять и даже нервировать. Негаснущий свет был настолько силен, что спастись от него было невозможно, даже закрыв глаза: цветная пульсация била по зрачкам и сквозь сомкнутые веки. Для человека выносить на протяжении долгого времени бесконечное — час за часом, день за днем — сияние было фактически разновидностью пытки.

Туннели никак не сообщались с другими частями Замка, не предназначались для какой-то особой цели, были лишены комфорта, и потому спустя несколько столетий после создания их приспособили для более или менее продолжительного содержания тех персон, коих коронали либо считали чрезмерно беспокойными, либо по каким-то иным причинам находили полезным убрать на некоторое время подальше от глаз народа. Как известно, заключенным приходится мириться с отсутствием удобств в предоставленном им жилище, так что подземные постройки лорда Сангамора пришлись для них как нельзя кстати.