Волшебники Маджипура - Сильверберг Роберт - Страница 109

— Они несколько отличаются от тех иераксов, что обитают на востоке, — объяснил Горнот Гехайн; его сын тем временем поднял переднюю стенку большой клетки. — Наши, чернобрюхие, из долины Ийянн, гораздо крупнее и сильнее, чем розовые, обитающие в районе Глэйдж. К тому же они настолько умны, что их можно научить выполнять команды. Мы забираем яйца из гнезд, выращиваем птенцов и приучаем их повиноваться нашей воле; все ради счастья полетов в небе. Могу ли я показать вам, мой лорд, как мы это делаем?

— Давайте.

По приказу сына Горнота Гехайна огромная птица вперевалку неловко выбралась из клетки. Казалось, она не догадывалась расправить туго прижатые к туловищу огромные крылья, а ее длинные тонкие ноги были явно непривычны к передвижению по земле. Но уже через несколько секунд крылья распахнулись, Престимион удивленно присвистнул при виде того, как огромные полотнища разворачивались все шире и шире, пока не раскинулись по обеим сторонам крепкого продолговатого птичьего тела.

Сын Горнота Гехайна — юноша настолько длинный, тощий и легкий, что он, казалось, мог быть близким родственником птицы, — гибким движением прыгнул вперед. Он деликатно, но крепко схватил иеракса в том месте, где от мускулистых плеч птицы отходили мощные крылья, и лег, вытянувшись на спине птицы, прижавшись головой к голове своего небесного скакуна. В ту же секунду гигантские крылья поднялись вверх, опустились, ударив по земле, еще и еще раз, быстрее, сильнее; поднялась густая пыль, а затем иеракс подпрыгнул невысоко над землей и взмыл в воздух, держа на спине крепко державшегося за его шею человека.

Птица и ее наездник почти вертикально поднялись вверх, сделали круг высоко над лагерем, а затем с невероятной скоростью устремились к северу и вскоре исчезли из виду.

Гиялорис — он подошел к Престимиону и Свору, как только мальчик выпустил птицу из клетки — рассмеялся.

— Неужели вы надеетесь еще раз увидеть кого-нибудь из них? — обратился он к Горноту Гехайну. — Я уверен, что птица унесет его на Великую луну.

— Никакой опасности нет, — ответил тот. — Он летает на наших иераксах с тех пор, как ему исполнилось шесть лет. — Горнот Гехайн вновь указал на телегу. — У нас есть еще три птицы, мой добрый господин, — обратился он к Гиялорису. — Не желаете ли вы сами подняться в небо?

— Благодарю вас за предложение, — ответил Гиялорис с яркой открытой улыбкой; такое выражение крайне редко появлялось на лице обычно сумрачного богатыря. — Я принял бы его с огромной радостью, но боюсь, что я мог бы оказаться несколько тяжеловат для бедной твари. — Он расправил мощные плечи и выпятил грудь. — Здесь нужен человек поменьше, вроде вас, господин мой герцог Свор.

— Да, Свор! — присоединился к нему Престимион. — Поднимитесь-ка вы туда и расскажите потом, что увидели!

— Думаю, как-нибудь в другой раз, — несколько нервным тоном отрезал Свор. — Но смотрите, смотрите! Неужели мальчик возвращается? — Он указал в небо. Там действительно можно было разглядеть в вышине темное пятно, которое с каждой секундой становилось все больше, и вскоре уже можно было различить пару широко распростертых крыльев, между которыми чернело веретенообразное, поросшее черными перьями тело иеракса. Птица начала снижаться, и все увидели на ее спине сына Горнота Техайна. Прошло еще несколько секунд, птица спланировала на землю, резко взмахнув крыльями в последний момент; мальчик, сияющий от удовольствия, еще охваченный счастьем полета, соскользнул вниз.

— Ну, и что ты видел? — спросил у него отец,

— Снова армии. Маршируют туда-сюда и что-то бурят возле озера.

— Армии? — быстро переспросил Престимион. Свор наклонился к нему.

— Я же говорил вам, что у них есть сведения, которые могут нам пригодиться.

Наездники иераксов, как оказалось, летали над долиной Ийянна всю неделю с тех пор, как заметили на севере от города движение войск, и успели многое узнать. Они с радостью сообщили все это Престимиону всего за несколько серебряных реалов. За последнее время, сказали они, парящие машины доставили с востока бесчисленное множество людей с оружием и в броне. Достигнув Ийянна они двинулись вдоль реки на север, пока не достигли Мавестойской дамбы, за которой раскинулось рукотворное озеро, снабжавшее водой значительную часть всей провинции.

И теперь они расположились лагерем на дамбе и по обе стороны озера. Каждый день кто-нибудь из сыновей Горнота Гехайна — сам он больше не поднимался в небо, говоря, что уже слишком стар для этих «игр» — летал туда, чтобы посмотреть, что происходит, и каждый день они обнаруживали, что в лагерь подходили все новые и новые отряды и все время шли какие-то земляные работы.

— Интересная вещь, — сказал Свор. — Три дня назад один из мальчиков пролетел низко над центром лагеря и увидел там высокого темноволосого человека, носившего одежду короналя: зеленый с золотом плащ, отделанный белым мехом. Ему показалось, что он заметил на лбу темноволосого что-то блестящее, что вполне могло оказаться короной.

Престимион на мгновение лишился дара речи.

— Неужели Корсибар? Сам Корсибар здесь?

— Такое складывается впечатление.

— Но разве это возможно? Я был уверен, что он будет сидеть в безопасном укрытии, в Замке, пока у него есть такие люди, как Навигорн и Фархольт, которые будут сражаться за него.

— Похоже, — сказал Свор, — что он прибыл, чтобы лично схватиться с нами. По крайней мере, так докладывает наша воздушная разведка.

— Интересно, — нахмурился Престимион, — почему люди Корсибара позволяют этим птицам лететь низко над лагерем и шпионить на ними, не делая никаких попыток сбить их? Вероятно, они видят с земли одного лишь иеракса и не могут разглядеть наездника, лежащего у него на спине. Ладно, это неважно. Свор, если это правда, то у нас появилась возможность закончить все одним ударом. Вам так не кажется? Нужно послать депешу нашему другу герцогу Хорпидану Алаизорскому, чтобы он поторопился сюда со своими войсками, а потом мы вместе ударим по Корсибару, раз он оказался здесь. Это наш лучший шанс. Захватить его — и войне конец.

— Я сам приведу его к вам, — сказал Септах Мелайн. Его рана быстро заживала, он вновь рвался в бой.

Каждый день иераксы летали на разведку, и каждый день они возвращались с новыми подробностями о событиях у озера Мавестой. Армия там, говорили разведчики, собралась очень внушительная, хотя все трое сыновей Горнота Гехайна считали, что армия Престимиона все же больше. Пришельцы разбили множество палаток и рубили деревья вокруг озера, чтобы строить из них укрепления. Да, человека в одеяниях короналя они видели почти всякий раз, когда пролетали над лагерем; он энергично расхаживал среди солдат, отдавая приказы.

Престимиону очень хотелось прыгнуть на спину одного из иераксов и проверить все собственными глазами, но когда он полушутя сказал об этом Гиялорису и Септаху Мелайну, те дружно закричали на него, что они самолично зарежут птиц Горнота Гехайна, если он хотя бы подойдет к одной из них ближе чем на десять шагов. Престимиону пришлось пообещать, что он не станет этого делать, но тем не менее он мечтал о такой попытке. И не только из-за того, что мог бы сверху разглядеть вражескую армию; прежде всего ему хотелось познать новое невиданное ощущение и восторг полета в поднебесье.

На Маджипуре когда-то, очень давно, имелись воздушные корабли. Лорд Стиамот, как говорилось в древних хрониках, широко применял их в войне против меняющих форму, поджигал с воздуха их деревни, сбрасывая на них горящие факелы, и пугал противника, заставляя его двигаться в приготовленные ловушки. Но секрет их изготовления был утрачен в далеком прошлом, и сейчас для передвижения по огромной планете использовались парящие машины и экипажи (они только назывались парящими, а на самом деле не спеша скользили низко над землей), а также верховые или упряжные скакуны. Никто, кроме этих костлявых парней из долины Ийянн, не знал, что значит воспарить над землей и посмотреть на нее свысока. Престимион испытывал к ним щемящую зависть.