Хроника исторических событий в королевстве Пантуфлия. Принц Зазнайо - Лэнг Эндрю - Страница 7

Раздался резкий, четкий свист, слова закапали, как замерзшие капли:

— Подожди, сейчас я спущусь. Что тебе надо?

Белые кольца заскользили по темной горе вниз, как ледяная лавина. Принц Зазнайо почувствовал, что позади него воздух сделался теплее, а впереди — холоднее. Он оглянулся и увидел, что деревья начинают обугливаться, трава полыхает, как от степного пожара, — приближался Огнемет.

Принц едва успел крикнуть:

— Огнемет пришел навестить тебя! — и взлетел на верхушку соседней горы. И оттуда стал наблюдать происходящее.

ГЛАВА XI.

Бой

Страшное это было зрелище!

Услыхав имя своего заклятого врага, Ледомаха с невиданной быстротой потекла из своей трещины вниз, в долину. Она все текла и текла, по камням, по деревьям, точно река, если бы замерзшая река могла течь; дальше, вниз, и вот вся долина заполнилась милями ледяного льющегося чудовища. Зеленые листья сыпались с деревьев, когда оно приближалось; птицы падали замертво с неба, убитые его жгучим ледяным дыханием. Но как ни торопилась Ледомаха, Огнемет летел еще быстрее, грохоча огненными крыльями. Наконец Огнемет оказался прямо над Ледомахой и, ринувшись вниз, вонзил в ее ледяное тело свои пламенные рога и огненные ноги.

От этого поднялось облако такого густого белого обжигающего пара, что без волшебной подзорной трубы ничего бы не разглядеть. Со страшным ревом и рыком Огнемет попытался пробежать по плоскому телу Ледомахи и загнать ее обратно в трещину под скалой. Однако Ледомаха, хотя и издавала невыносимо пронзительное шипенье и подтаяла кое-где, не сдавалась. Принц увидел в свою трубу, как белые ледяные складки медленно наползали на копыта Огнемету, забираясь все выше по ногам, пока не достигли колен, и тогда огненный зверь заревел от боли, как сотня быков. Он подпрыгнул и, расправив огненные крылья, приземлился на середину Ледомахи, пронзив ее рогами. Но зловещая плоская голова изогнулась назад, и раненая Ледомаха, ползя в обратную сторону, стала снова медленно и алчно обвивать ноги Огнемета.

Тем временем принц, находившийся в полной безопасности на своей вершине, подкреплялся хлебом с холодной говядиной.

— Давай, Ледомаха, давай! А ну, Огнемет, поддай ей жару! Ты побеждаешь! Покажи ему, Ледомаха! — выкрикивал он вне себя от возбуждения. Никому никогда не приходилось наблюдать такого боя, он был единственным его очевидцем и наслаждался, как ничем и никогда в своей жизни. Принц так возненавидел Ледомаху, что почти желал Огнемету победить; из них двоих тот все-таки был более, так сказать, естественным существом. Тем не менее принц забеспокоился, когда увидел, что гигантское плоское тело Ледомахи медленно убирается назад, в щель под горой, и густейший туман свидетельствует о том, как она страдает. Но и Огнемет чувствовал себя не лучше: ноги его почернели и оледенели, рога тоже стали черными, только тело, особенно ближе к сердцу, светилось еще, как раскаленное железо.

— Вперед, Ледомаха! — закричал принц. — С ногами у него уже плохо, еще чуть-чуть — и он не сдвинется с места!

Ободренная Ледомаха снова заструилась наружу из трещины — белое ледяное тело ползло и ползло, казалось, что вся гора внутри заполнена ею. Силы ее убывали, это было видно по всему: пар поднимался густым облаком, злобный свист стал затихать. Но и рев Огнемета напоминал уже, скорее, стоны. И вот Ледомаха облепила его колени, забираясь все выше, и наконец обвила грудь, добираясь до его огненного сердца. Огнемет застонал, как черный бык, стоя по колена в снегу. А Ледомаха ползла все дальше.

— Давай, Огнемет, давай! — крикнул принц. Он понимал, что если победит Ледомаха, вокруг настанет такой холод, что ему будет не спуститься в долину, чтобы отрубить голову и хвост Огнемету. — Давай, Огнюша! Она выдохлась!

И неистовый Огнемет последним неимоверным усилием расправил крылья, поднялся кверху и ринулся прямо на спину врагу.

Раненая Ледомаха опять загнула назад голову и поползла к своему врагу, истекая паром. Но у отважной Ледомахи больше не было сил. Плоская жестокая голова двигалась все медленнее, пар из тысячи ран валил все гуще, и вот она наконец тихонько испустила дух в ту самую минуту, когда Огнемет повалился набок и, издав последний рык, мощный, как рев тысячи паровозных топок, околел.

Принц, наблюдавший сверху, сперва не поверил своим глазам: шутка ли, два чудовищных порождения Природы, столько лет разорявшие его страну, больше не существовали. Он смотрел не двигаясь; прошло полчаса; на том месте, где лежала Ледомаха, теперь текла река, а Огнемет валялся застывший и холодный. И тогда принц поспешил вниз.

Вытащив меч, он двумя ударами отрубил железную голову и хвост. Тяжесть была немалая, но несколько шагов в сапогах-скороходах — и принц в своем замке. Он скинул свою ношу и чуть не потерял сознание от возбуждения и усталости.

Но дворцовые часы пробили половину восьмого, а в восемь его ждали к обеду. И бедный принц на четвереньках пополз по винтовой лестнице в чулан. Там, надев шапочку, исполняющую желанья, он пожелал бокал шампанского, горячую ванну и свой лучший, черного бархата наряд с бриллиантами. Он получил все немедленно, принял ванну, оделся, выпил бокал шампанского, спрятал в дорожный мешок голову и хвост Огнемета, сел на ковер-самолет и стучал в дверь английского посла, как раз когда часы в Глюкштейне били восемь.

Точность — вежливость принцев. А как не быть вежливым, когда ты к тому же влюблен!

Принцу открыл дверь дородный привратник и провел его в холл, где его встретили несколько дворецких. Принц положил бренные останки Огнемета в холле, прикрыл их ковром-самолетом и был проведен наверх. Там ОН склонился в поклоне перед своей прелестной дамой, а она, разумеется, ответила ему элегантным реверансом. Она показалась ему еще красивее и милее, чем прежде. Принц был наверху блаженства и не заметил, как за обедом что-то пошло не так. Посол поискал кого-то взглядом, очевидно, не нашел, подозвал одного из слуг, что-то сказал ему шепотом, а тот тоже шепотом ответил нечто, явно не понравившееся послу. Но принц был так занят разговором со своей дамой и прекрасным угощеньем, что эти мелочи прошли мимо его внимания. Для него этот обед был самым приятным в его жизни.

ГЛАВА XII.

Удар судьбы

Когда дамы удалились из-за стола и джентльмены остались одни, посол впал в еще большую мрачность. Наконец он отвел принца в уголок под предлогом, что хочет показать ему редкостную статую.

— Вашему королевскому высочеству не известно, — спросил он, — что жизнь ваша подвергается опасности?

— Все еще? — спросил принц, имея в виду Огнемета.

Посол не понял его, поскольку ничего не слыхал о сражении, но ответил многозначительно:

— Больше, чем когда либо. — И он показал два воззвания, которые были расклеены по всему городу.

Вот первое из них:

А вот второе воззвание: