Московская великая битва – контрнаступление - Побочный Владимир И. - Страница 76

7 января 1942 г.

К исходу дня 6.1.42 г. было получено сообщение о присвоении дивизии звания гвардейской и приветственная телеграмма командующего армией генерал-лейтенанта т. Рокоссовского и члена Военного совета дивизионного комиссара т. Лобачева. Эта весть мгновенно облетела все части и подразделения дивизии и была доведена до всего личного состава. Присвоение дивизии почетного звания гвардейской вызвало подлинное ликование всех без исключения бойцов, командиров и политработников. Люди обнимали и поздравляли друг друга и клялись с еще большим упорством и мужеством драться с врагом и умножать боевую славу дивизии. В подразделениях дивизии состоялись митинги, прошедшие с необыкновенным подъемом и активностью. Так, например, на митингах в 1-м батальоне 282-го сп выступило 18 чел.

Выступивший на митинге сержант т. Сорокин (282-й сп) сказал: «В ответ на проявление заботы о нас и доверия к нам мы должны удвоить, утроить свою готовность в любой момент бить озверелого врага. Званием гвардейцев мы должны гордиться, но не зазнаваться. Бить врага нужно еще крепче, чтобы он чувствовал на своей шкуре силу наших ударов, и мы будем бить его по-гвардейски. Докажем, что мы на боевых постах оправдываем высокое звание гвардейцев и не опозорим его»…

Утром 7.1.42 г. вышла дивизионная газета «За Родину!», посвященная присвоению дивизии звания гвардейской. В одной из заметок командир отделения т. Громов пишет: «Мы лежали в окопе на передовой линии, когда по цепи передали, что теперь мы гвардейцы. Радостно забилось сердце, крепче сжали винтовки. Я подполз к бойцам своего отделения, поздравил их, и мы тут же, тоже на снегу, написали свои обязательства еще самоотверженнее и бесстрашнее уничтожать врага, беспрекословно и дисциплинированно выполнять все задания командования, в бою, в наступлении быть всегда первыми. Эти свои обязательства мы, несомненно, выполним и гвардейское знамя дивизии покроем новой славой»…

«…По показаниям пленных следует ожидать наступления нескольких дивизий противника через Волхов. Предположительно, из состава 2-й ударной армии. Возможно, вчерашняя атака у Грузино на левом фланге 215-й пд имеет к этому отношение.

Но не исключено, что это была лишь разведка боем. Поэтому необходимо ожидать в последующие дни дальнейших крупных атак противника.

Командир частей радиоперехвата докладывает: «Сегодня впервые отмечены переговоры по радиосвязи 2-й ударной армии с Генеральным штабом Красной армии и 52-й армией».

В этом году мы с классом ходили в гости к Н. М. Адлер, в прошлом медсестры 17-й стрелковой дивизии. Она рассказала нам о массовом героизме советской молодежи в период войны. Наталья Максимовна относится к плеяде москвичей, которые хотели быть в первых рядах защитников Родины. «Без меня войну не выиграют» – так считала юная Наташа. 26 июня 1941 года она пошла в военкомат с желанием идти на фронт. В военкомате ей отказали, поскольку она была на этот период несовершеннолетняя. Наталья не стала вешать нос и с тем же требованием пришла 27 и 29 июня. Увидев в дверях военкомата Наталью Максимовну в третий раз, инспектор пообещал спустить ее с лестницы. Вскоре было сформировано 12 ополченческих дивизий. Но и туда ее тоже не зачислили. 28 июля в военкомат приехал Зубов – инструктор по комсомолу и ее, благодаря ему, зачислили в состав народных ополчений Москвы. С этого дня встала в строй единого боевого отряда защитников Москвы.

«Эх, в наши времена все было не так, как сейчас, внученька…» – часто повторял дедушка, сидя на покосившейся табуретке у окна и рассказывая мне о Московском сражении, в котором он и сам участвовал.

Незабываемым для дедушки стал рассвет 7 декабря 1941 года. 131-му стрелковому полку, в котором находился мой дедушка, была поставлена задача: преградить дорогу фашистам в районе Рождествена. Полк пошел в наступление. В Рождествене мы столкнулись плечом к плечу с 10-й танковой дивизией, подразделениями дивизии СС «Рейх».

С рассветом 8 декабря наш полк овладел первой траншеей. В это время на нашем пути стали невидимые под снегом проволочные препятствия. Гитлеровцы косили наши части безостановочным огнем. Я с товарищами бежал по пояс в снегу. Поле ровное, нигде не укроешься. Единственное спасение – стремительно бежать вперед. Вдруг я услышал гром разорвавшегося снаряда и ощутил, как меня с силой отбросило в снег. Я почти оглох, но продолжал без остановки бежать, отстреливаясь от противника. Когда я пришел в себя, наших целей уже не было видно. Они дрались в Рождествене.

10 декабря бои завязались на подступах к Истре. Здесь фашисты наладили систему линии огня, через которую было почти невозможно прорваться. Именно там, у Истры, я был ранен в ногу» – с этими словами дед кивнул на свою ногу, которая не двигалась уже много лет и передвигался он только с помощью палки. Я слушала рассказ своего дедушки, открыв рот от распиравшего меня интереса и изумления. Мой дедушка – лучший историк, рассказчик о Московском сражении. Из его воспоминаний поняла, что мой дедушка – настоящий герой из рода Гайсан.

Я на всю жизнь запомнила рассказ мамы о прабабушке Марии Алексеевне Исаевой. Это настоящая скромная, умная и трудолюбивая москвичка, очень добрая и неравнодушная к чужой боли, простая русская женщина. «В начале войны – рассказала мама – многие москвичи эвакуировались из города, но прабабушка не захотела уезжать: она верила, что враг не пройдет в столицу. Мария Алексеевна всю войну проработала на 4-ом Московском авторемонтном заводе. С полей сражений, которые проходили под Москвой, приходили изувеченные машины, и наши прабабушки возвращали их в строй».