Непросто Мария, или Огонь любви, волна надежды - Славачевская Юлия - Страница 54

А точнее, главе Совета, что тот слегка, можно сказать – самую малость, – засиделся на своем посту. Должность главы занимал самый сильный в своей стихии. По изначальному замыслу они должны были чередоваться каждые пять лет, но как-то так получилось, что трон Совета Стихий ненавязчиво узурпировал Эйден, как наиболее сильный огненный, а остальные были просто не в силах послать ему вызов. Теперь Диего явно указал на то, что, возможно, это утверждение не очевидно.

Несколько озадаченные происходящим элементали ждали продолжения скандала. И дождались. Когда приглашенные духи моря накрыли богатый стол и покинули гостей, Диего обратился к присутствующим:

– Здравствуйте. Заранее прошу прощения за причиненное беспокойство, но я созвал вас не ради своей прихоти.

– Да-да, – рассеянно отозвался Эйден, думая совсем о другом. – Тебя и еще трех элементалей беспокоит состояние этой девочки… как ее… Марии. Согласен, милая девочка, чистая. Даже для рожденных огненных довольно редкое качество. А уж для сотворенных – вообще уникальный случай, согласен.

Все покивали.

– Но я должен тебя огорчить, – обратился Эйден к Диего. – С тех пор как она подцепила сущность могущественного ифрита, у нашей милой девушки один путь – в перерождение. И как бы мне ни было ее жаль, другого способа разрешить проблему я не вижу. Мне искренне жаль…

Диего заскрипел зубами. Он ненавидел лицемерие во всех его проявлениях.

– Так ты поэтому приготовил для девочки трех маньяков подряд? Углядел ифрита и решил закрыть вопрос? Чтобы материал зазря не терять – еще неизвестно, какого нового палача найдут? – напрямую спросил он огненного.

Тот пожал плечами:

– Можно и так сказать… Ифрита такой мощи ей Рамон подсуропил… с ним не справился бы даже я. Куда уж сотворенной…

– Ты же знал, знал, что остальные пойдут довеском к ифриту, не мог не знать! – яростно дожимал Эйдена водный. – Зачем же?..

– Знал, – не стал отпираться глава Совета. – Я уже сказал тебе: как только в нее вселился ифрит – считаю, ее жизнь кончена. Второй раз. Это и комару понятно. С этой сущностью не справишься даже ты. Уж больно в нем намешано кровей. По-моему, и демоническое туда приклеилось. То ли инкуб вмешался, то ли суккуб… Не зря дух пустыни именно девушек продавал, он их похотью позже питался… я так думаю.

Диего укоризненно покачал головой:

– И ты все это знал и спокойно отправил девчонку на смерть вместо того, чтобы собрать полную руку стихий?!

– Ну, это же не особенный случай… – пошел на попятную Эйден. – Она всего лишь бывший человек, перерожденная. Не одна, так другая… ничего особенного…

Мадхукар, услышав речь главы, брезгливо поджал губы и отодвинулся. Часть гостей к речи своего главы отнеслись индифферентно, а остальные – весьма неблагосклонно. Среди последних были воздушница Лёна и земляная Лана.

Дамы буквально кипели гневом, до такой степени, что у них вырывались исключительно междометия:

– Да ты!..

– Ах, гад!..

Спустя пару минут они обязательно бы выдали некошерному поведению своего главы полную характеристику, но начавшийся гвалт пресек Диего:

– ТИХ-ХА! Тихо, я сказал!

Гости замолкли.

Единственный в их компании водный взял себя в руки и произнес с расстановкой:

– Значит, так! Или мы все вместе ищем пути решения этой проблемы и я веду себя тихо-мирно и, никого не беспокоя, занимаюсь морским сельским хозяйством. Или… – Он выразительно посмотрел на Эйдена. – Я занимаюсь другим хозяйством. И если я кем займусь, то спрятаться в бункере не выйдет и засада в танке точно не поможет – танк утонет!

– Но… – попробовал вклиниться самый сильный огненный.

– «Но» было еще тогда, до ифрита… – отрезал Диего. – Теперь начинается «А»! Если вы мне совместно не поможете избавить Марию от ифрита, то… Для начала Совет сменит главу, и это не обсуждается…

Эйден сделал движение рукой и побледнел. Что-то у него с огненной стихией не получилось. Впервые за тысячи лет.

Диего продолжал рисовать картины ненастного будущего:

– А следом я вам устрою одну большую Японию в момент цунами. Причем цунами будет везде, где есть хоть ведро воды! ДАЖЕ В ПУСТЫНЕ! – Он ласково ощерился равнодушным огненному и воздушнику. – Любите соленую водичку?..

Такую воду любили только избранные. И уж никак не в пустыне.

– Что вы на меня все смотрите?! – взорвался Мадхукар, превращаясь в сильно помолодевшую ипостась и нервно вращая хвостом. – Я ему мешать не стану! Наоборот, еще сам помогу в кое-чьих владениях! – Он указал пальцем на Эйдена. – Вы от меня и на острове не спрячетесь, такую девочку загубили! Хотя… – Человек-обезьяна внезапно задумался. – Пока не загубили. Есть один способ… непроверенный, правда… но исключительно сильный.

– Какой? – К индийцу подскочила троица обнадеженных стихиалей – Лана, Диего и Лёна.

– Ну-у… – задумчиво сказал единственный в своем роде летающий огненно-воздушный, рассеянно потирая переносицу. Сообщил: – Ее можно спасти, если сделать универсалом. Тогда даже ифриту ее не переломить.

Компания дружно отпрянула. Лана возмущенно протянула:

– Издеваешься?!!

– Нет, – мягко отозвался Мадхукар, и все как-то сразу поверили, что действительно нет, не издевается. – Ей всего-то нужно получить частицы добровольно отданной мощи всех стихий в присутствии трансформатора сил.

– Нет, ты точно измываешься над нами! – прошипел Диего, а Эйден разочарованно хмыкнул. – Да легче в огненном воду поселить, а в водном зажечь огонь, чем найти это самое мифическое существо! – С рубящим взмахом руки: – Оно не существует!!! Его нет в природе!

– Ну почему же – нет, – вальяжно ответствовал Мадхукар, снова становясь моложе и возвращая обезьянью голову и хвост. – Очень даже есть. Мало того, оно уже пару лет тихонько существует рядом с вами, и вы его… – Обвел лукавым взглядом знакомых Марии. – Прекрасно знаете.

– Но… – Диего был вне себя от изумления.

Мадхукар, тонко улыбаясь, продолжал:

– Эти тварюшки в общем-то неразумны. Очень любят чистоту души, отображенную в стихии. Чем больше фонтанирует стихиаль, тем для трансформера заманчивей кусок.

– Где?!! – Как одна, рявкнула дюжина глоток.

– Так вам все и скажи, – весело прищурился обезьян. Намекнул: – Ищите получше, он совсем близко. – И вышел сквозь дверь хижины.

Когда остальные стихиали выскочили наружу, на дощатые помосты, то увидели, как Мадхукар быстро от них удаляется, заложив руки за спину и переступая с облака на облако, словно конькобежец на коньках.

После этого показательного выступления растерянное собрание покинуло приморскую деревню. Всем было над чем поразмыслить.

В числе последних были озадаченный Эйден и Диего с фанатично горящими глазами.

– Если надо будет, огнем я поделюсь… – неожиданно произнес Эйден, отчего Диего удивленно вскинулся. Что-то резкое рванулось с языка, но водный прикусил губу и впервые за целый вечер смолчал. Встал на грудь своей гордости и придавил горло каблуком ради Марии.

Поразмыслив, испанец негромко сказал:

– Хорошо, будешь нужен – позову. – И, словно для себя, прошептал совсем тихо: – Хотя вряд ли. Пока она сплошной огонь, куда еще больше…

– Сколько вышло? – негромко спросил глава.

– Три, – мрачно отозвался Диего, прекрасно понимая, о ком речь.

– ЗА ВСЕ ВРЕМЯ? – поразился Эйден. – У ТЕБЯ? – Подавленно: – Да… Теперь я понимаю… – И, больше не говоря ни слова, телепортировался из селения на воде.

– Но трех из четырех оставшихся она вытурила сама, – задумчиво произнес Диего вслед главе Совета, хотя его уже никто не слышал.

Я второй час грызла веревку на правом запястье под звонкий голосок Кары. Не то чтобы у меня не хватало зубов. Просто я постоянно прерывалась сначала на безмолвный хохот, а потом на то, чтобы отдышаться от этого хохота.

В результате работа по освобождению продвигалась крайне медленно, хотя и вполне продуктивно.

Началось все с того, что я лежала, разглядывала высокий, идеально белый потолок и раздумывала: так скончаться от пролежней или чуть-чуть помучить окружающих?