Магия убийства - Соболева Лариса Павловна - Страница 59

Адама оставили наблюдать за домом Энса, потому что Илона могла солгать, будто не знает, где ее банковский друг, а сама под покровом темноты отправиться к нему. В кабинете Валдис с Лехой курили, распахнув окно, чтобы Ника не задохнулась, и пили чай с сахаром, чтобы забить голод. Никто не рисковал выйти в магазин за продуктами, ведь в любой момент могли позвонить и сообщить о местонахождении автомобиля Энса. А где машина, там же поблизости и гостиница. Конечно, надежда слабенькая, что Энс остался сидеть в номере, прячась от убийцы, ну а вдруг? Не исключено, что у него развился психоз, мания преследования. Хорошо бы так, но если Энса нет в гостинице…

– Я найду его и раскатаю в лепешку, – пообещал Валдис. Он сидел, развалившись в кресле и положив ноги на стул. Усталость берет свое, спать приходится мало, много сидеть в той же машине. – Буду бить долго, пока он не превратится в пласт толщиной в сантиметр. Вот гад! Он наш единственный выход на убийцу.

– Еще пистолет Маркова, – вскользь обмолвилась Ника, но он ее не услышал или не захотел услышать.

– А вас, – Валдис указала пальцем на Леху, – Ротвейлер завтра четвертует за то, что упустили Энса. Даже Илона заметила вашу слежку.

– Мы заступили на дежурство днем, – напомнил Леха.

– Ага, завтра попробуй объяснить ему, – вяло рассмеялся Валдис. – Он из тебя сделает пласт толщиной в миллиметр, он круче, чем я.

– Хочешь еще чаю? – подойдя к нему с чайником, спросила Ника, только чтобы отвлечь его. Настроение и так препоганое, а Валдис нагонял тоску.

– Чай не водка, много не выпьешь, – вздохнул он, гася сигарету. – М-да, ребята, удача обходит нас стороной.

– Если убийцу наняли, мы его хрен найдем, – сказал Леха.

– Его не наняли, – возразила Ника.

– Откуда такая уверенность? – Лехе понравилась собственная идея, и он начал ее защищать. – Убийца профессионал. Косит без промаха. Да по тому, как стреляет, видно, что он ас.

– Он не профессионал, – твердо сказала Ника. – То есть не киллер, хотя стреляет, не спорю, профессионально. Наверное, специально учился.

– На основании чего ты так думаешь? – не сдавался Леха.

– Клара впустила убийцу…

– Не факт, – вяло подал голос Валдис. – Проникнуть в квартиру несложно, подобрав отмычки. Или, как человек-паук, он спустился по веревке, залез на балкон. После убийства закрыл балконную дверь, чтобы мы думали, будто Клара впустила его.

– Ладно, – не спорила она. – Ну а змейки? Киллер не стал бы подбрасывать их. У него задача выполнить работу, а не пугать жертв и одновременно указывать нам, что убивает одно лицо. Фалееву змейку он не подбросил, а засунул в рот, это сделал обозленный человек. Мне вообще кажется, что убивает женщина.

– Женщина?! – обалдел Леха. – Ты серьезно? Женщине не завалить сразу трех мужиков, как случилось на протоке. Реакция не та, сила воли не та…

– Я, конечно, могу ошибаться, – пошла на попятный Ника. – Но выслушайте меня спокойно, не перебивая, а после решайте, права ли я.

– Давай, – лениво махнул рукой Валдис. – Обещаю не перебивать.

По Валдису она не смогла определить, насколько серьезно он отнесся к ее версии, а Леха смотрел на Нику как на торт – сладко, томно. Разозлил ее. Она предупредила:

– Не вздумайте смеяться, иначе обижусь. Так вот. Я с тех самых пор, как Сократ Викентьевич доказал, что на кассетах изнасилованные женщины, все время думала о них. Представьте, что они чувствовали, когда Фалеев отдавал их Канарину и тому, второму, которого мы нашли на протоке? Я ставила себя на их место, и… не знаю, как было бы на самом деле, но мне захотелось убить Фалеева с компанией. Мы не знаем, как сложилась дальнейшая судьба женщин, так? – Валдис даже не промычал. – Допустим, они живы, ведь нет доказательств, что их убили. Тогда у каждой из них есть мотив перестрелять тех, кто так мерзко обошелся с ними. Дальше. Канарина, Фалеева и Клару застрелили одинаково, стреляли в низ живота. Кривуну тоже в живот выстрелили, а это мучительная смерть. Помнишь, Валдис, кассету Леры, как орал Фалеев? Мы его не видели, но я уверена: первый выстрел был сделан в пах. Кто будет стрелять по мужскому достоинству? Только оскорбленная, униженная женщина…

– Не факт, – не сдержался Леха. – Подобный случай уже был, у мужчин отстреливали «милого друга». Кстати, в следствии тогда ходила версия, что убивает женщина, но убивал мужчина. Убивал, как выяснилось, за изнасилование жены.

– Ты обещал не перебивать, – напомнила Ника.

– Молчу, молчу, молчу.

В подтверждение он закрыл ладонью рот, Ника продолжила:

– Леру убийца не тронул, предупредил Эльвиру… Такой поступок характерен для человека, пережившего подобное. Между прочим, попытка изнасиловать Эльвиру тоже была… – Ника замолчала, глядя то на одного, то на другого. – Я дура, да?

– Можно мне сказать? – задал встречный вопрос Валдис. Ника кивнула и отвернулась, предполагая, что он высмеет ее. – Ты не дура. Логика в этом есть. Доказательств нет.

– Доказательства? – задумалась Ника. – Да, нет. Это мое предположение. А скажи: почему убийца не сказал на протоке ни слова? Ни одного! Потому что по голосу Лера определила бы, что это женщина.

– Логично, – и на этот раз согласился Валдис. – Но если у мужчины голос имеет особенный тембр, или есть дефекты речи, или он заикается, то в этом случае безопасней молчать… – Внезапно он спустил ноги на пол и предложил: – А давайте прокачаем эту версию. Допустим, убийца женщина. Кто это может быть? Если отталкиваться от пистолета Маркова, который мог взять человек, знающий, где он лежит, то, скорей всего, она родственница… мать отпадает, ее убили вместе с Марковым… сестра?

– Если бы у него или его жены была сестра, разве стала бы опекуном Варвара Даниловна? – отвергла эту идею Ника. – Родственники не позволили бы ей пользоваться деньгами Маркова. Я все же думаю, что это одна из тех трех женщин. Хотя мы не знаем, сколько на самом деле их было.

Спор они вынуждены были прекратить, так как по телефону сообщили, что машина найдена, все трое рванули в спальный район города.

Стоянка, на которой находилась машина, на самом деле оказалась неподалеку от гостиницы. Администратор подтвердила, что Энс снял номер-люкс, просил не беспокоить его. На стук Энс не откликнулся. Валдис послал Леху узнать, выходил ли он.

– Ключа нет, – ответила администраторша. – Он в номере. Ну, может, вышел ненадолго, но ключ не сдал, такое часто бывает. Значит, скоро вернется.

Леха помчался назад. Валдис не удовлетворился докладом:

– Мы должны удостовериться, что его там нет. Если вещи в номере, будем ждать, если он смылся потихоньку, значит, не только от убийцы сбежал.

Он спустился вниз и потребовал открыть номер.

– Да как можно?! – возмутилась администраторша. – А если клиент спит? Или вышел, а вы ворветесь туда, и он скажет, будто у него украли…

Валдис ткнул ей под нос удостоверение и потребовал:

– Ключ. Запасной. Или вызывайте слесаря, чтобы взломал замок.

Она дала ключ, но последовала за ним, решив стать добровольной свидетельницей. Номер открыли. В первой комнате Энса не было, а во второй он лежал на полу ничком, под ним растеклась, как ковер, лужа крови, успевшая подсохнуть. Администраторша завизжала, испугав своим диким воплем всех, кто находился в номере. Ника, чувствующая запах крови, как собака молекулу уксусной кислоты – за километр, дала задний ход, рухнула в кресло, прикрыла глаза, чтобы переждать нахлынувшую тошноту.

28

Остаток ночи Ника провела… у Валдиса. Сама напросилась к нему, потому что не в состоянии была ехать домой. Оба едва переставляли ноги, Ника сразу поплелась к кровати, упала на нее. Валдис бухнулся рядом, обнял девушку, но до секса не дошло, наверняка у обоих была мысль: как хорошо лежать, а не стоять, сидеть или ходить.

Утром Валдис толкнул Нику, она промычала что-то бессвязное, значит, внутренний будильник ей тоже напомнил: пора.