День рождения Белки - Теллеген Тоон - Страница 3

- А танцы будут? Как насчет этого? Мы же потанцевать должны.

- И правда, - сказал Жираф. Он приподнялся и подошел к Слону.

У подножья бука, в теплом, пышном мху, Слон и Жираф положили друг другу руки на плечи и пустились в пляс.

- Вот это танец так танец, - сказал Слон после двух шагов.

- Да, - сказал Жираф и кивнул головой, лежавшей на шее Слона.

Немного погодя, в то время как солнце заходило и луна, большая и круглая, поднималась над рекой, все звери танцевали: Жук с Божьей Коровкой, Черепаха с Улиткой, Сверчок с Лягушкой, Страус с Цаплей, и, время от времени наступая друг другу на пальцы, Бегемот и Носорогом.

Под водой танцевали Щука с Карпом. В зарослях шиповника плясали Шмель и Бабочка, высоко в небе - Ласточка и Журавль, и у подножья бука - Муравей с Белкой.

Дрозд Певчий, Дрозд Черный и Соловей распевали на ветке бука, а Дятел отбивал ритм где-то в вышине, в листве. Но и они приплясывали в такт песне.

Далеко в море, куда они заплыли, чтобы глотнуть свежего воздуха, танцевали Летучая Рыба и Скат. Они взмывали высоко в воздух, делали сальто и грациозно ныряли назад в волны.

Под землей, меж корнями бука, отплясывали Крот с Земляным Червяком.

Такие коленца они выдавали, что земля прямо-таки ходуном ходила.

Плясали все.

Они плясали весело и споро, но время от времени также медленно и серьезно, и некоторые звери временами даже всхлипывали, танцуя, не зная почему, ведь им было так хорошо.

Так плясали они долго-долго.

Поздно вечером звери разошлись по домам.

- Спасибо тебе, Белка, - говорили они.

- НУ КАК, ничего себе был праздничек, а? - спрашивала Белка.

- Да, - говорили звери. - Здорово.

Все устали, едва волочили ноги, а кто и с трудом мог подняться с земли.

Крот медленно ушел под землю, а Древесный Точильщик с огромным трудом забрался в какой-то обломок старого дерева.

Щука уплыла, уплыл и Морж - хотя он и сам толком не знал, куда. "Да я и так этого никогда не знаю", - подумал он. Желтая ленточка болталась у него на шее.

Светлячок перестал мерцать, Бегемот зевнул, потянулся и скрылся в подлеске.

Медведь напоследок хорошенько огляделся вокруг в надежде на крошки медового торта. Приметив одну, он крепко зажмурился, вообразил, что перед ним - огромный торт, широко распахнул пасть и закинул в нее крошку. "Ай, - пробормотал он при этом. - Потрясающе. Маловато, но потрясающе".

В конце концов он тоже ушел домой.

- Пока, Белка, - сказал Муравей, который задержался дольше всех.

- Пока, Муравей, - сказала Белка.

- Ну, я пошел, что ли, - сказал Муравей.

Высоко над лесом светила луна, река поблескивала.

Было очень тихо.

БЕЛКА СИДЕЛА ПОД БУКОМ, В ЛУННОМ СВЕТЕ, окруженная своими подарками.

"Отличный был день рождения, - думала она. - Надо думать, я очень довольна".

Некоторое время она сидела так, в одиночестве затихшего леса. Легкий туман стелился над землей и окутывал деревья.

Потом Белка, обвешанная подарками, вскарабкалась на свой бук.

С трудом она протиснулась в дверь.

"Все ли прошло гладко? - думала она. - Всем ли тортов хватило? Никого я не забыла? Или ничего?

Она опустила подарки на пол. "А вдруг кто-нибудь остался недоволен? - подумала она. - Носорог, например? Или Улитка? Улитка-то хоть повеселилась? А вдруг сейчас кто-нибудь думает, укладываясь в постель: "Нет, вообще-то, день рожденья был никудышный..."

Она перебирала всех, кто был у нее на празднике. "По моему разумению, - думала она, - всем понравилось".

Ее комната была набита подарками. Она окинула ее взглядом и заметила записку про буковые орешки. "Ах да", - подумала она. Но не направилась к буфету, а сорвала записку со стены и спрятала ее в ящик стола. "Пусть малость полежит", - подумала она.

Она снова огляделась и уселась на краешек стола, болтая ногами. Внезапно ей показалось, что она чем-то расстроена. "Но этого не может быть! - подумала она. - Не с чего мне расстраиваться".

- Нет, - произнесла она вслух. - Это не расстраиваться. Это что-то другое. - Но что именно, она не знала.

Вдруг издалека до нее донесся голос Муравья.

- Белка!

Белка пробралась к окну, распахнула его и глянула вниз.

- Муравей! Привет! - крикнула она.

Муравей стоял у подножья бука, задрав голову. Его пошатывало. Было, однако, похоже, что он сам не вполне понимал, что он там делал.

- Я только хотел еще раз сказать, что вечеринка здоровская была, - неуверенно проговорил он.

- Ага, - сказала Белка.

- Ужасно здоровская, - сказал Муравей.

- Ага.

Наступило молчание. Муравей возил ногами по земле.

- Не спится мне чего-то, - сказал он.

- Неа, - сказала Белка. Она было подумала, что ей надо бы угостить Муравья еще чем-нибудь, чем-нибудь сладеньким. Но в конце концов отвергла эту идею.

- А тебе что, тоже не спится? - спросил Муравей.

- Неа, - сказала Белка.

Стало тихо.

- Ну, так я пошел домой, - сказал наконец Муравей. - Но знаешь, Белка, вечеринка в самом деле была потрясающе здоровская.

- Ага, - сказал Белка.

- Бывай, - сказал Муравей.

- Счастливо, Муравей, - сказала Белка и посмотрела вслед Муравью, медленно-медленно, нога за ногу исчезающему в темноте.

"Он погружен в раздумья", - подумала Белка. - "Сразу видно".

Ей опять овладело это странное чувство, ей доселе незнакомое, ни на что не похожее. Вот чудно, думала она с удивлением. Потом пожала плечами, вздохнула, сгребла подарки в сторонку и забралась в постель.

ПОКА БЕЛКА СПАЛА, луна закатилась и встала ночь, и пошла бродить по лесу.

Она шелестела в зарослях и время от времени дула в листву деревьев.

Возле бука она споткнулась о подарки, которые Белка еще не успела унести наверх. Некоторые из них были даже не распечатаны и лежали, поблескивая в лучах любопытных звезд.

Задумчиво брела Ночь дальше, по  притоптанной траве, на которой танцевали звери и где теперь было тихо, и где на травинках уже повисали первые капельки росы.

Она ступала очень легко, но порой вдруг топала. Она топнула перед дверью Улитки, спавшей глубоко и неторопливо, она топнула в землю над головой Крота, отчего тому приснилось землетрясения и обвалы, а за ними - вновь блаженная тьма.

Добредя до реки, Ночь ступила в воду. Она побрела  по волнам, перекатывавшимся у нее под ногами, меж стеблей тростника, так что Лягушка, встрепенувшись, проснулась, потянулась, квакнула нечто неразборчивое и вновь уснула, а Щука сонно глянула вверх и подумала: Ночь.

На другом берегу ночь шепнула Светлячку, укрывшемуся в кусте ежевики:

"Ш-ш-ш... Спать, спать..." - и Светлячок уснул, и не стал светиться.

Так бродила Ночь по лесу, после дня рождения Белки, заставляя всех видеть сны, и ненадолго просыпаться и засыпать вновь.

Время от времени Ночь взрыкивала, но беззлобно.

И когда из-за горизонта, над низкими облаками показалось солнце, и первые лучи слегка окрасили небо розовым и оранжевым, Ночь ушла прочь и скрылась из виду.

А звери спали.

Перевод с нидерландского: Ольга Гришина