Мой кумир – хоккей - Янг Скотт - Страница 30

Наконец раздался свисток. Один круг на полной скорости, и на этом тренировка заканчивалась.

Билл с Джимом уже покидали лед, когда он увидел Уореса. Тренер смотрел на них, облокотившись о борт.

Странное чувство овладело Биллом. Сейчас все станет ясно. Ему показалось, что тренер уже пришел к какому-то решению.

Уорес окликнул их и пошел навстречу.

– Никогда и не подумал бы, что вы так долго задержитесь у нас, ребята, – сказал он. – А вы сами?

Они ничего не ответили…

– Но время пришло. Колокола возвещают о расставании и все такое прочее. У меня есть одно предложение.

Билл сразу понял – он все время предчувствовал это в глубине души – с мечтой о «Кленовых листьях» придется распрощаться… Но может быть, команда «Сент-Катаринс»? Что еще оставалось? Юниорский клуб в Торонто? Или «Питс» в Питерборо? А может быть, придется возвратиться в Виннипег?

Уорес обратился к Джиму.

– Ты, наверное, знаешь, что люди из Университета Британской Колумбии хотят заполучить тебя для олимпийской команды?

– Только из газет, – отозвался Джим.

Билл вспомнил, как тренер после товарищеской встречи с командой «Сент-Катаринс» не разрешил представителям университета прийти в раздевалку, чтобы поговорить с Джимом.

– Ну, что ты скажешь на это? – спросил Уорес.

Джим усмехнулся.

– Я бы предпочел остаться в «Листьях».

В свою очередь усмехнулся тренер.

– Если ты хорошо поработаешь несколько лет, у тебя будет такая возможность. – Он обернулся к Биллу. – Университет хочет взять и тебя.

Он продолжал говорить, но Билл словно остолбенел. Слова Уореса доходили до него как сквозь вату. «Вы можете выбрать любой факультет… Там вы получите образование… А если захотите стать профессионалами, то сможете осуществить ваши мечты и после олимпийских игр… Общежитие и питание вам обеспечено… Можете работать, чтобы иметь деньги на карманные расходы…»

Уорес замолчал, переводя взгляд с одного на другого.

– Когда я был в вашем возрасте, мне не представилась такая возможность, – печально произнес он. – Иначе я был бы единственным тренером в НХЛ, который одновременно являлся бы и психологом! Дипломированным психологом! Не то что сейчас – психолог без диплома.

– Это касается и меня? – не веря своим ушам, переспросил Билл.

– И тебя, и тебя! – рассмеялся Уорес, настолько растерянный вид был у Билла.

«По дороге в Викторию я смогу на день-другой остановиться в Виннипеге, – подумал Билл, – повидать Сару и Пита, родителей… Представляю, как они обрадуются, узнав, что я поступаю в университет. Да я и сам счастлив! Олимпийская команда!»

Билл частенько задумывался над этим в последнее время. Даже завидовал Джиму Бэтту и Пуле Пубеку… А теперь он будет играть с ними в одной команде!

Правда, он ощутил грусть оттого, что расстается с «Кленовыми листьями»… Но… на следующий год. Или годом позже…

– Я согласен, – сказал он.

– Когда мы должны уезжать? – спросил Джим.

Уорес крикнул кому-то из группы людей на трибуне:

– Они ваши – на два года! Только не испортите их!

Джим и Билл стояли и смотрели, как к ним приближаются двое мужчин, медленно спускаясь по ступенькам.

На следующее утро им разрешили свидание с Бенни Муром. Голова у него была забинтована и похожа на кочан капусты, но на лице играла радостная улыбка.

– Памела рассказала мне про вас, – сказал он.

– Я очень сожалею по поводу… – Билл кивнул на забинтованную голову Бенни.

– В следующий раз гляди в оба, а то я оторву тебе башку, Спукский!

– Долго тебя будут тут держать? – спросил Джим Бэтт.

– Говорят, еще недели три. А на лед разрешат выйти через месяц после выписки. Если я буду в состоянии… Может быть, мне даже разрешат в конце сезона играть в команде «Сент-Катаринс»…Олимпийская сборная!… – он оглядел обоих товарищей. – А вы можете себе представить Бенни Мура в олимпийской сборной?

На автовокзал их пришла провожать целая делегация.

– Послушай! – окликнула Билла продавщица из табачного киоска, та самая, которая объяснила ему в первый вечер, как пройти к отелю. – Уезжаешь, Спунский? – Она уже знала, как его зовут. – Вижу, что ты приобрел здесь много друзей?

Билл и Джим заняли свои места в автобусе. Памела расцеловала Билла на прощание, а Мак-Гарри церемонно пожал руку водителю автобуса, Биллу, Джиму, Памеле и продавщице в табачном киоске.

– Счастливого пути! – раздался общий возглас.

Автобус тронулся. Билл поглубже устроился в кресле. Глядя на сверкающие осенние краски кленов и дубов, он вспоминал прошедшие две недели день за днем и думал о том, что он здесь научился не только хоккею, вовсе не только хоккею…