Черные шляпы - Калхэйн Патрик - Страница 10

Троица уже собиралась направиться к пустующему участку, и тут к ним неторопливо подошел Док Холидэй и тоже предложил помощь.

— Это наша драка, Док, — сказал Уайатт. — У тебя нет никаких оснований в нее вмешиваться.

Док отшатнулся, словно от пощечины, но даже его возмущение было приправлено обычным для него черным юмором.

— Чертовски здорово услышать это от вас, сэр! — ответил он.

Вирджил дал Доку обрез.

— Засунь под плащ, — сказал он.

Взяв ружье, Док отдал Вирджилу взамен свою элегантную тросточку с золотым набалдашником.

— Что ж, маршал, безусловно, я не собираюсь без нужды волновать общественность, — пообещал он.

Вирджил, не слишком знакомый с его юмором, сказал:

— Подними правую руку, Док.

Док повиновался.

— Ты клянешься…

— Клянусь. Пойдем поиграем?

Затем трое Эрпов, голубоглазые и темно-русые, и светловолосый, со впавшими щеками и безумными глазами Док пошли по Четвертой улице. Эрпов было трудно отличить одного от другого — все ростом выше метра восьмидесяти, с закрученными вверх усами, в черных «стетсонах» и длинных черных плащах и брюках, все при тонких черных галстуках, стягивающих мягкие белые воротнички. На Доке тоже была широкополая черная шляпа, но его длинный плащ, накинутый на плечи, был серым, рубашка — пастельного тона, усы — такие же широкие, как у его товарищей, но губы сложены так, словно он собирался засвистеть. Шаги братьев Эрп раздавались с жестокой неумолимостью, в то время как худощавый Док шел, можно сказать, беспечно.

День клонился к вечеру, было уже три часа пополудни, погода была свежей и прохладной. Ветер колыхал полы плащей, шлепая ими об их ноги, а его холодные уколы в щеки только помогали Уайатту держаться собранным. Улицу запорошил снег, который скрипел у них под ногами. Деревянные тротуары с навесами были пусты, но из каждого окна за ними следили. Слух о произошедшем уже разошелся.

— Уайатт, — тихо заговорил Морган, младший из Эрпов, поглядывая туда-сюда. — Мы знаем, сколько там будет этих проклятых Ковбоев?

— Нет.

— Бог знает, сколько их прискакало, чтобы поддержать эту затею Айка. Что, если они на лошадях?

— Сначала стреляй в лошадей.

Док искоса изумленно поглядел на Уайатта.

— И это говорит такой любитель лошадей, как ты, Уайатт? Это точно серьезное дело…

Четверо мужчин свернули на Фремон, и Уайатт медленно осмотрел улицу, глядя по сторонам. Ковбоев не было.

Вскоре они увидели пустующий участок рядом со студией Флая, а на нем и свору конокрадов — Айк Клэнтон со своим младшим братом Билли, Том и Фрэнк Мак-Лори, Малыш Билли Клэрборн и шериф Джонни Бихэн.

Бихэн, нервный, низкорослый, щеголевато одетый мужчина с усами и в котелке, что-то говорил Ковбоям, бурно жестикулируя. Ковбои были разодеты в свои пестрые одежды — огромные сомбреро, красные шелковые бандано, пестрые пояса, фланелевые рубашки с затейливыми узорами и обтягивающие брюки из оленьей кожи, заправленные в полусапожки, ценой по сорок долларов пара. На Айке и Томе были короткие кожаные плащи, на остальных — жилеты.

Когда Эрпы и Холидэй подошли ближе, Бихэн заметил их и ринулся к своим собратьям — стражам закона, поднимая руки, словно сдаваясь. Он то и дело нервно оглядывался.

Но когда Бихэн добежал до них, Вирджил, Уайатт, Морган и Док не остановились, и низкорослый шериф принялся бегать вокруг них, как ребенок.

— Ради бога, Вирджил, — начал Бихэн, — не ходите к ним, они вас убьют!

— Они с оружием в городе, Джонни, — не замедляя шаг, ответил Вирджил. — Я просто собираюсь обезоружить их.

— Это не нужно! — крикнул Бихэн, больше не пытаясь выдержать их темп и оставшись позади. — Я уже обезоружил их всех!

Уайатт переглянулся с Вирджилом, который вынул револьвер из-за пояса и убрал его в кобуру на левом бедре, а затем переложил тросточку в правую руку. Это, как понял Уайатт, было сделано для того, чтобы показать Ковбоям, что маршал не собирается убивать их — в конце концов, его рука была занята безвредной тросточкой.

Не доверяя такой стратегии — ведь зачем Бихэну было бояться, что Ковбои могут убить их, если он их обезоружил, — Уайатт вынул револьвер из кобуры и переложил его в карман плаща, держа ладонь на рукоятке, а палец — поверх спусковой скобы.

Когда Эрпы приблизились, Ковбои скрылись в глубине пустующего участка. Глядя на угол фотостудии Флая, Уайатт видел только одну лошадь, и то наполовину.

Но когда блюстители закона подошли совсем близко, Ковбои появились вновь. Они выстроились в ряд, впереди был Айк. Его брат Билли держал руку на своем шестизаряднике, лежащем в кобуре, как и Фрэнк Мак-Лори, стоявший перед своей лошадью. Том Мак-Лори стоял рядом со своей лошадью, держа руку на карабине «винчестер», лежащем в седельной кобуре. Широколицые, с печальными глазами и аккуратно подстриженными усами, братья Мак-Лори были почти неотличимы друг от друга, как и Эрпы.

Первым заговорил ветер, подняв снег и пыль, завывая в очевидном неодобрении. Затем Вирджил обратился к Ковбоям, громко, неторопливо и деловито:

— Парни, поднимите руки. Я хочу забрать ваше оружие. Вы знаете порядок.

Не убирая ладоней с рукоятей своих шестизарядников, Билли и Фрэнк большими пальцами взвели курки. Щелчки были слышны даже сквозь шум ветра.

В тот же момент правая рука Айка двинулась вперед, под расстегнутую на груди рубашку.

— Вы — сукины дети, вы хотели драки, вы ее получили… — жестко проговорил Уайатт.

— Стоять! — крикнул Вирджил, поднимая руку с тростью и вытягивая другую, чтобы показать, что в ней нет оружия. — Я не хочу этого.

Слишком поздно. Билли Клэнтон уже рвал из кобуры револьвер.

Уайатт рывком выхватил из кармана плаща свой длинноствольный «кольт», но не стал целиться в Билли. Это просто мерзкий мальчишка, а не снайпер. Надо было избавиться от Фрэнка Мак-Лори, самого опасного и меткого из них.

Поэтому Уайатт выстрелил в живот Фрэнку, который ухитрился не упасть только потому, что схватился за поводья своей лошади, стоявшей рядом. Билли и впрямь промахнулся, а выстрелы так напугали лошадь Тома, что ее хозяин никак не мог достать из кобуры свой «винчестер». Став позади своей перепуганной лошади, Том достал свой револьвер и дважды выстрелил поверх ее крупа.

Одна из пуль попала в Моргана.

— Я ранен! — крикнул он.

— Укройся за мной, — ответил Уайатт и выпустил пару пуль в Билли. Серо-белый пороховой дым пополз над поверхностью брошенного участка, как туман, подернув ее пеленой и сделав бешеную перестрелку похожей на сон.

Держа в руках обрез, на участок вошел Док. Его верхняя губа оттопырилась в мрачной ухмылке. Он приблизился к Тому, скрывавшемуся за телом обезумевшей лошади, бившейся, как рыбий хвост, и выстрелил из обоих стволов, попав Ковбою в правую подмышку. Тот закричал и зашатался, но каким-то образом нашел в себе силы броситься на улицу.

Док отшвырнул обрез и достал более привычный никелированный револьвер. Он принялся стрелять в Билли Клэнтона, который, казалось, был сразу во всех местах, во всех стреляя и ни в кого не попадая.

Тем временем Вирджил перекинул трость в левую руку, выдернул из кобуры «кольт» и принялся стрелять. Один раз во Фрэнка и три раза в Билли. Один из выстрелов попал мальчишке в живот, но тот продолжал двигаться и стрелять. Раненный в живот Фрэнк кувырнулся в сторону улицы, потянув за поводья свою лошадь и тоже продолжая стрелять. Лошадь Тома, даже вышедшая из повиновения, создавала непробиваемый щит для остальных Ковбоев. В этот момент Айк подбежал к Уайатту и, схватив его за руку, посмотрел на него красными от крови глазами, вполне подходившими к его лицу, на котором был ужас. От него несло перегаром.

— Не убивай меня! — брызгая слюной, крикнул он. Брызги слюны осели на его бородке и замерзли, подобно инею. — Пожалуйста, не убивай меня…

Уайатт оттолкнул его, увидев, что у него в руках нет оружия.

— Этот бой уже начался, Айк, так что бери в руки оружие или убирайся.