Что было, то было - Гловер Синтия - Страница 14

Рэнди уже не смотрел на часы, черт с ним, с заседанием! Он сел на диван, откинулся на спинку и принялся нервно теребить рукой кожаную обивку. Стало совсем тихо, и только тиканье напольных часов в приемной и прерывистое дыхание Бетти нарушали обманчивое спокойствие.

Это не может быть правдой, думал Рэнди, борясь с растущим раздражением. Бетти просто почудилось. Но пусть лучше так, чем знать, что ее жизнь в опасности.

— Может быть, ты скажешь мне, как долго это продолжается? — спросил он, с трудом проглотив застрявший в горле комок.

Она согласно кивнула и облизала пересохшие губы.

— Да. Честно говоря, я не припомню, когда точно это началось, в смысле, число, месяц... Но первый камень влетел в мою ванную вечером после неудачного свидания со Стерлингом Муром... Ну, когда он пригласил меня в кино...

— В тот вечер, кажется, какие-то подростки пробовали к тебе пристать? — припомнил Рэнди. — Ты хоть об этом рассказала своему красавчику-детективу?

Бетти рассеянно кивнула.

— Только вряд ли это они... — проронила она задумчиво. — Да, точно, это произошло в тот самый вечер! Как-то все складывалось плохо, одно к одному подобралось...

Рэнди подался вперед и воскликнул:

— Так давно?!.

— Детектив Дэвидсон сказал, что такой человек... ну... подобные люди могут выслеживать потенциальную жертву годами, прежде чем войти с ней в контакт. Зачастую они начинают свои вылазки с наблюдения, и жертва может даже не знать об этом...

— «Жертва», «войти в контакт»... — передразнил Рэнди раздраженно. — Начитался твой Дэвидсон дешевеньких детективов, а ты за ним повторяешь...

Рэнди потянул ее за руку, усадил рядом с собой на диван и откинул прядь волос, упавшую Бетти на лоб. Бедная девочка! Хорошо хоть, она искренна со мной. А этот младший Дэвидсон тоже хорош! Наговорил с три короба, запугал, взбаламутил...

— Расскажи спокойно, как ты все обнаружила, — попросил Рэнди. — Вошла в ванную и...

Нервно комкая платок, Бетти заговорила:

— Сначала я почувствовала странный сквознячок по ногам... Будто дуло из-под двери ванной комнаты. Пошла проверить — и точно! На полу здоровенный камень, окошко вдребезги, кругом стекла битого... Я еще встала на табурет и выглянула на улицу... то есть в парк...

— И что?

На ее скулах вспыхнули и погасли розовые пятна.

— Никого уже не было...

— А звонки? — спросил Рэнди.

— Два или три раза кто-то звонил в тот вечер, дышал в трубку и молчал...

— А ты?

Рэнди как-то странно завелся от ее безыскусной исповеди. Руки чесались немедленно найти таинственного мерзавца и хорошенько поговорить с ним по-мужски... Нашел, негодяй, кого пугать! И ведь выбрал-то как точно: совсем молоденькая девушка, неопытная, не так давно переехала из другого города, отец полгода как умер, живет одна...

— А я вешала трубку. Потом, через день или два, были еще звонки... — помолчав, припомнила Бетти. — И только один раз на мое «алло» отозвались...

— Почему ты говоришь о нем как-то усредненно? — резко перебил Рэнди, запоздало досадуя на себя за раздраженный тон. — Голос удалось запомнить?

— В том-то и дело, что голос был странным! — вскинулась Бетти, в глубине души радуясь, что есть с кем поделиться своими соображениями, что вообще кого-то искренне волнуют ее проблемы. — Иногда мне потом казалось, что я не уверена, мужчина это был или... Короче, свистящий такой противный шепот... Звук, словно раскаленное масло скворчит на сковородке...

— Обычно ведь ты возвращаешься с работы одна?

Бетти пожала плечами.

— Когда как. По крайней мере, на улице бывает много прохожих. Час пик, все спешат домой.

— И тогда... — Рэнди даже запнулся от волнения. — Ты хочешь сказать, что тогда проще? Преследователь теряется в толпе... Тебе не казалось, что за тобой кто-то идет, сопровождает до дома?

— Знаете, после того, как первый камень влетел в мое окно, мне многое стало казаться подозрительным, — призналась Бетти, нервно облизнув губы. — Пуганая ворона куста боится. Во всяком случае, иногда мне чудилось чье-то присутствие, чьи-то глаза, смотрящие мне в спину... Оборачиваюсь — никого!

— Та-а-ак... — Рэнди, понаблюдав за тем, как она комкает в руке платок, продолжил: — Предположим, какой-то мужчина, кто бы он ни был, преследует тебя. Ты говоришь, полиция не может ничего сделать? А детектив Дэвидсон тебя обо всем этом спрашивал?

— Дэвидсон? Он вообще больше про маньяков норовил поговорить. Очень старался выглядеть крутым профессионалом, все знающим, все видевшим, побывавшим во всевозможных передрягах... — Бетти высморкалась. — Я даже не очень уверена, что в полиции мне поверили...

— Почему?

— Подумаешь, камень влетел в окошко! Не было же прямого контакта... — Она опять шмыгнула носом. — Потом, ведь сразу-то я не сообщила, только на второй раз... Если это маньяк, он очень хитрый. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. — Ее подбородок вновь задрожал. — Уж хоть бы он еще мне что-нибудь сказал по телефону!

Рэнди глубоко вздохнул. В нем боролись два чувства — с одной стороны, ему давно следовало быть на заседании медицинского комитета, а с другой — он еле сдерживал желание прижать Бетти к своей груди и сказать, чтобы она не беспокоилась, что он все уладит. Но как он мог уладить? Если только лично пойти к полицейскому начальству... И что он им предъявит? Беспокойство за судьбу медицинской сестры из собственной приемной?

— Нет, правда, — продолжала Бетти, — мне кажется, я всегда знаю, когда он следит за мной. Это странное ощущение, какое-то шестое чувство, которое свойственно исключительно женщинам. Только, — она всхлипнула, — это совсем не смешно!

— И это все, что он делает? — недоверчиво спросил Рэнди. — Просто следит за тобой?

— Если бы знать... Я ведь никогда его не видела... Только слышала этот странный голос...

— Кто еще мог видеть его? Хозяин дома, соседи... Не может быть, чтобы подозрительный человек, да еще и швыряющий камни в окна, остался никем не замеченным!

— Хозяин дома в Луисвилле. — Бетти колебалась. — Если только соседи сверху, ну, у которых все время дико гремит музыка... Вернее, соседка... Немного старше меня... Они с мужем, кажется, с юга приехали... Странный такой выговор... Помнится, она обмолвилась, что как-то вечером видела какую-то подозрительную личность возле дома. Но на голове человека был капюшон, и она не могла рассмотреть его лица.

— И чем именно этот человек показался твоей соседке подозрительным?

— Одеждой. — По телу Бетти пробежала нервная дрожь, и Рэнди машинально приобнял ее за плечи. — Был довольно теплый день, а на нем непромокаемая куртка с капюшоном, знаете, какие обычно надевают в дождливую погоду, когда занимаются бегом...

— Может, он тоже любитель бегать трусцой?

Бетти поджала губы и отвернулась.

— В тот раз, когда соседка увидела его около дома, ты позвонила в полицию? — спросил Рэнди.

— А что бы это изменило? Нет закона, который запрещает человеку стоять на улице. — Она всхлипнула. — Опять же я тогда еще вообще не сообщала в полицию... И первое, что бы я им сказала — это про мирно стоящего возле моего дома человека в капюшоне, да? Да меня бы на смех подняли! А потом, не сама же я его видела...

Гнев и бешеная злость закипали в душе Рэнди, он и не пытался сопротивляться. Будь я проклят, сказал он себе, если позволю какому-то подонку издеваться над Бетти! Но и она хороша... Не сказать мне, никому не говорить столько времени!

— Он начал снова звонить по телефону, — продолжала она срывающимся голосом. — Знаете, как это бывает, — снимаешь трубку, а там тишина, живая тишина, когда слышишь тяжелое дыхание незнакомого человека, физически ощущаешь его присутствие, а потом гудки отбоя. Очень часто звонки бывают посреди ночи...

Рэнди тихо выругался.

— Полиция должна была записать их.

— Нет, что вы, они, кажется, пробовали, но ничего не вышло. То ли потому, что он звонил с улицы, то ли потому, что очень быстро клал трубку... Короче, в полиции мне посоветовали поменять номер. — Губы Бетти задрожали. — Я поменяла, но через неделю все началось сначала.