Черная Пасть - Карпов Павел - Страница 61

Казалось удивительным, что после выстрелов нигде не было заметно ни малейшего движения или какого-либо беспокойства. Можно было предположить, что кто-то пульнул из озорства и притих, а, может, и забыл про пущенных в ночь двух ружейных чижей. Пытанный и крещённый в жаркой перестрелке на границе Чары Акмурадов знал что безнаказанно игра с оружием не обходится, и даже шальной выстрел находит цель. Акмурадов догнал Нину около бульдозера и придержал ее за руку. Сергей Брагин остановился чуть в сторонке. Лучше заметишь чье-либо движение и нужный предмет при наблюдении, если сам затаишься и будешь в неподвижности сличать один предмет с другим. Этому старого следопыта Чары Акмурадова не надо было учить. Но едва он успел притаиться, как из-за поломанного прицепа к автомашине вышел человек. Не очень таясь, но осторожно, темная фигура сначала направилась к бульдозеру, однако, не дойдя до него метров десять, вдруг резко свернула к баку с мазутом. Видимо, крадущийся человек был не лишен чутья и понимания опасности. Нина узнала этого человека и хотела окликнуть, но Чары Акмурадов положил ей руку на плечо. Узнали идущего и Сергей с директором. Ничего плохого за этим человеком не замечалось, можно бы и не таиться, но выстрелы в темноте клали на все отпечаток подозрительности, и за ним продолжали тихо наблюдать. Попетляв на Маре между автомашин и бочек, человек неторопливо и осмотрительно направился к жилым баракам. Перейдя блестевшие рельсины, завернул к одинокой сторожке грузчика Ивана Чеменева.

Подождав немного, Чары Акмурадов поднял свой "дозор" из засады.

- Сам Мокридин! - с недоумением, смягчая негодующий взгляд Брагина лучами карманного фонарика, проговорила Нина. - Почему? Он же больной и освобождение получил! За него Мамраз дежурит.

- От высокой температуры иногда случается бессонница или бред, - заметил Сергей.

Мокридин шагал довольно уверенно и неторопливо, как и полагается с бюллетенем в кармане.

Закрытое облаками небо словно опустилось ниже .над разбросанными по озеру лампочками. У дальних огней поднявшаяся пыль заметно притушила лучи, а у ближних как бы промакнула тени. Стало темнее и глуше, подвижный воздух с наждачным песком царапал тело, запорашивал лицо, бил в глаза. Порывы вскоре ослабли, и теперь ветер не рвался горячими языками, а давил огромной массой, подгоняя тучи в небе и песчаные клубы на земле. Такие ветры в Бекдузе и на озерах дули почти каждую ночь. Они не особенно беспокоили, лишь бы к восходу солнца угомонились, чтоб можно было собирать сульфат.

Ветер окончательно слизал все прежние ночные звуки, и только в отдалении гремела печь, лязгали транспортеры, ухали и гудели форсунки.

- Надо было пойти за Мокридиным вслед, - сказал Чары Акмурадов, - по заячьим следам доходят до медвежьих!

- Стражницу надо искать, - ответил Сергей Бра-гин. - Без Маркеловны дело тут не обошлось.

Появление крадущегося Мокридина окончательно подавило Нину.

- Не зная обстановки, не надо расстраиваться и шум поднимать,- старался утешить ее Чары Акмурадов. - Конечно, можно бы сделать так, как тот находчивый арба-кеш на старом ашхабадском базаре...

- Чем же прославился арбакеш? - полюбопытствовал Сергей, видя, что и Нину заинтересовал рассказчик.

Чары Акмурадов, продолжая наблюдать, отвел свой "наряд" за бульдозер и шепотком досказал:

- На шумном базаре было столько ослов, что арбакеш потерял свою скотину. Никак не может отыскать. И попал в беду, как мы сейчас, но не растерялся. Крикнул хитрец, что хочет зарезать осла, а шкуру продать. Для порядка предупредил всех базарных, чтобы те свою живность забрали. Когда заботливые хозяева увели вислоухих скакунов, арбакеш без труда опознал возле дувала своего осла!..

Сергею понравилась побрехушка и он сдержанно усмехнулся.

- Толково!..

- При чем тут мы, осел и арбакеш?... - невпопад спросила Нина. - Брагин всегда смеется... несерьезно!

Пришлось пояснить.

- Мы не можем найти своего стража... Как же быть? Может, испробовать способ хитроумного арбакеша? Припугнуть всех остальных,чтобы разбежались, и тогда наша охрана обозначится..!

Признаться в своей недогадливости было неловко, и Нина с запозданием усмехнулась.

От порыва ветра сверху вдруг обрушилась туча песка. Сергей выхватил из рук Нины фонарик и, присев, поднял над головой пучок света. Акмурадов тоже пригнулся, и в этот миг чья-то здоровенная ручища потушила ладонью старательный фонарик. Нина вскрикнула. Ей показалась страшной не огромная рука со скрюченными, медленно сводимыми пальцами, а то, как ручища грубо и нагло схватила живительный огонек и погасила его в кулаке. Страшно, когда в чьем-то кулаке мрет родничок света... Сергей, не разбирая что к чему, лишь от одной обиды за украденный свет, разъяренным барсом взметнулся с земли и ударил снизу вверх, в то место, откуда протягивалась рука: ударил и кулаком, и крюком локтя, и поворотом плеча, и всем корпусом, как бьют натренированные и сильные боксеры. Удар пришелся впору. Волосатая рука, державшая в кулаке свет, разжалась, и фонарик снова засветился.

- Зачем так-то, с копыт! - вдруг услышал Сергей рядом с собой осипший голос Мамраза. - Мы его бредешком хотели.

- Кого, Сережа, зашиб? - ничего не разобрала Нина.

Сергей отдал ей фонарик и быстро вытер о штанину саднящий, сжатый до судорожной боли небольшой, но тяжелый, будто литой кулак. Ударил, как говорится, от души, с оттяжкой, за мое почтение. Гаситель света с волосатой дланью как хряснулся навзничь, так и успокоился, не сказав даже "спасибо". Щелкнул фонарик в руке Мамраза и на землю упал светлячок, обрисовав на песке рослого, громоздкого человека с жилистыми, волосатыми держками и курносым, небритым лицом, на котором застыло такое блаженное выражение, как будто верзиле щекотали пятки или дали отведать любовного напитка.

- Чеменев, - без труда опознала своего шабра Степанида Маркеловна, кося глаза на ружье в руках Мамраза.- Уложен по всем правилам, как тополек-саженец. И улыбаться бы ему не нужно. Шрапнель из моего ружья не взяла, так тычка получил мерин охальный.-Разъяренная Степанида ткнула верзилу чуником. - А я-то ему верила, старая, по ночам за мной шастал. Помогать вызвался!

- Чистый нокаут, - определил Мамраз. - Вот это удар! Маркеловна, кто еще шнырял между мешками? У такого сторожа на бахчах ни одного арбуза не останется. Посвисти, Маркеловна!

- Золотые слова, Мамраз! И дружинники наши только на танцах отличаются, - долго не решался вступить в разговор Чары Акмурадов. - На самом же деле вот где нужны охрана и твоя богатырская застава, Мамраз.

- Был у вас мой рапорт, - не умолчал Сергей Брагин, поглядывая на отставного грузчика Ивана Чеменева. - Для многих у нас на озере сульфат стал бросовым, заместо балластного песка. Тащат, кому не лень! У хлопкоробов на харманах порядок, а мы свое добро не бережем.

- Куда его девать? - спрашивал Мамраз неизвестно кого про лежащего нарушителя Чеменева. - Мешки надо бы пересчитать. Не зря на озере стрельбу и возню подняли.

- Зарятся, как шакалы, на ядовитые мешки! - ругалась Степанида Маркеловна. - Неужели сплавлять сольцу хотели?

- Ты, Маркеловна, лучше бы про то сказала: сколько уже сплавили мешков?.. - злился Мамраз.

- И куда этот мухомор употребить-то можно? - искренне недоумевала Маркеловна. - Кульками не продашь, а'пятерик в автобусе в город не увезешь. Не иначе, по пьяному заполоху бродил этот боров по озеру. А мешки те... в сторонке могли с дневной раструски остаться. Я их по заплаткам-то не примечаю. - Простодушные оправдания | Маркеловны звучали очень неубедительно, и она это понимала. Вдруг чему-то обрадовавшись, старуха присела около пошевелившейся головы Чеменева. - Ба, уже дрыгает, родимый!.. Сейчас он мне полную реестру сделает!..

Увидев над собой заботливое и просящее лицо Степаниды, Чеменев снова смежил веки.

- Дай-ка, Мамраз, ружье, я ему приложу мушку понюхать. Говори, сколь мешков переместил? И с кем ты тут мухлевал? Ишь, на корысть доходную набрел! - Степанида ухватила за ствол и выдернула у Мамраза из рук дробовик. - Я тебя, прощелыгу, распишу по всем статьям, а потом пусть посадят тебя...