Оружие миров - Серый Иван - Страница 32

– Шеллер, пошли за моим сыном. Пусть перебрасывает войска сюда. Нам не сдержать их.

– Да, Господин.

– Алио…

– Господин?

– Сколько воинов еще в строю?

– Две тысячи.

– Плохо.

– К оружию! – донеслось с противоположной стены. – Они наступают!

– Пли!

Черное облако стрел сорвалось со стен и обрушилось на ряды наступающих. На месте его падения остались одни трупы. Сотня убитых фантомов – капля в море, их были десятки тысяч.

– Товсь!.. Пли!..

Тритонообразные демоны ползли прямо по стенам. Вместо безобидных присосок на их конечностях красовались двадцатисантиметровые когти, легко врезавшиеся в каменную стену на пару-тройку сантиметров. Вот самые ретивые покорили стену только ради того, чтобы быть обезглавленными ожидавшими их появления воинами Тени. Но за первыми последовали все новые и новые твари. Один демон вывернулся из-под клинка, прыгнул и оказался среди защитников. Его когти распороли кольчугу одному, голень другому. Хвостом эта тварь орудовала тоже умело, и это она доказала, сбросив одного воина со стены. Но демон не был настолько быстр, чтобы уйти от стрелы, пущенной одним из защитников с пяти шагов. Чудовище упало замертво со стрелой в глазнице.

Неподалеку метался черной тенью Шеллер. Те невезучие твари, которые попадали под лапу взбесившейся кошки, слетали со стены, исполосованные ранами глубиной в указательный палец.

Алио вместе с горсткой воинов из последних сил держали угловую башню, где была лестница, ведущая со стены в город. Клинки воинов каждое мгновение наносили удары по лезущим со всех сторон тварям. Но вот одному молодому пареньку страшным ударом лапы оторвало пол-лица, другому насквозь пробили грудь и, подцепив за ребро, кинули под стену на растерзание беснующимся внизу демонам. Алио растолкал четверку обессилевших воинов, готовых упасть от усталости, и ворвался в толпу тварей, столпившихся на стене. Клинок двуручного меча резал плоть демонов, как бумагу…

– Где мой сын, Шеллер?!

– Он просил передать вам, Господин, что вы его не ценили!.. Мне… очень жаль.

– Неблагодарный мерзавец… Что же… у меня нет выхода. Надо спасти мир и его Тень любой ценой.

– Вы уверены, Господин?..

– Да.

Некодар стоял у ворот, отложив в сторону меч и щит, и прищурившись смотрел на орду у стен города. Его лицо растянулось в недоброй ухмылке обреченного человека. Губы зашевелились, беззвучно проговаривая какие-то слова. Его пальцы рук стали рисовать в воздухе замысловатые узоры, проявляющиеся желтыми росчерками в воздухе. Когда Теневод закончил, некоторое время ничего не происходило. Но затем…

– Они не простят мне правды. Скажи… это чернокнижники демонов?

– Да, Господин. Но…

– Вечное проклятие. Я знаю.

В одно мгновение эгош Тени собрался плотным кольцом вокруг Глуботара, поместив город в колодец со стенами из непроницаемо-черного тумана. Все замерло на секунды, а может, и часы.

Еще мгновение – черный туман обратился в ослепительную стену обжигающего огня. Секунда, и кольцо пламени ринулось от города, испепеляя все на своем пути. И демоны, и тени погибали, не успевая даже понять, что происходит. Выжили лишь те, кто находился в крепостях, где развевался стяг Великой Тени. На Тени мира Дэго появились страшные, незаживающие раны. Огонь не знал, что такое жалость или пощада.

– Мир будет умирать, Господин…

– У меня не было выхода.

– Что делать с вашим сыном?

– Казнить.

Глава 4

В чувство меня привел настойчиво-громкий голос Апофеона:

– Э-эй! Теневод! Ты припадочный или как? Что с тобой? Приди в себя. Освободи меня и делай, что хочешь.

Я еще несколько секунд буравил его взглядом, а затем просто двинул ему в челюсть, перешагнул через него и пошел в том направлении, где, по моему мнению, должно находиться святилище.

– Пойдем, Шеллер.

– Да, Господин.

– Ты – идиот! – донеслось нам вслед. – Ты не понимаешь, что я могу тебе дать! Ты получишь армию, власть… Сможешь построить свою собственную империю!.. Мерзавец!.. Ну освободи меня! Пожалуйста…

Некоторое время мы шли молча, вслушиваясь во все затихающие мольбы этого подонка, предавшего и отца, и Тень, и мир.

– Почему не казнили «наверняка»? – хрипло спросил я.

– Он успел вспороть себе грудь еще до моего появления. А я решил не возиться с его личными гвардейцами, взявшимися похоронить Апофеона.

– В принципе, в вечном заточении тоже есть своеобразный садистский смысл…

– Возможно, Господин.

…Через десять минут мои шаги стали неуверенными. Все-таки сколько идем, а святилища все не видно. Но Шеллер объяснял это очень просто:

– Иллюзия и обман – вот главное оружие Тени перед нежеланными гостями, Господин.

Цитадель-святилище выросло прямо перед нами настолько неожиданно, что я с трудом сдержал крик удивления. Башня высотой метров в двести, наверное, у любого живого существа могла вызвать только немое восхищение, хотя и была лишь идеально ровным обелиском с почти невидимой двухстворчатой дверью. Весь «обелиск» был покрыт светящейся белым светом гравировкой. Она изображала черное солнце с сияющими белыми лучами. Если долго смотреть на него, то казалось, что оно… настоящее… насколько может быть настоящим черное солнце.

Я застыл у входа, запрокинув голову, с отвисшей челюстью и чувством, что мои силы, оказывается, безмерны, если мне под силу ТАКОЕ.

Шеллер двинулся вперед своей мягкой походкой, но у самой двери остановился и оглянулся, уставившись на меня вопросительно-выжидательным взглядом. Я опомнился и нагнал его. Не хочется вновь повторяться, что в который уже раз я действовал по наитию. Моя рука легла на створки дверей. В тот же момент кожа моей пятерни потеряла привычный вид и стала резко меняться. Черный туман, эгош, с легкостью заменил то, из чего состоит тело простого человека, на себя. Непроглядная занавесь тумана дрогнула и потянулась ко мне. Когда первое щупальце эгоша впилось мне в спину, я почувствовал приятное и сладостное покалывание во всем теле. Весь туман, окружавший цитадель-святилище, а заодно накрывавший и всю площадь, за считанные секунды уместился в моем щупленьком тельце. Правда, это самое тельце приняло не совсем обычный вид. Я стал полноценной тенью, частью великой Тени. В этот момент мне стало абсолютно ясно, что считать себя Хозяином и уж тем более Повелителем Тени было глупо. Я всего лишь поводырь огромной, безмерно могучей, но слепой силы, способной в любой момент раздавить меня, как букашку. Но мне было не страшно, а уютно от сознания этого факта.

Пока я переваривал полученное «знание», двери цитадели распахнулись. Внутреннее убранство было таким же скудным, как и внешние украшения. Короткий коридор от дверей вел в семиугольный центральный зал. Под ногами – ровная матово-черная плита без единой царапины или трещины. Над головой точно такая же картина, если не считать белой сияющей прямой, разделяющей потолок ровно на две половины. Линия эта шла от створок дверей до конца коридора. Стены были покрыты изображениями благообразных людей самого разного возраста, от глубоких старцев до юношей в одеждах разных веков. Запомнилось только то, что среди них не было ни одного изображения женщины. Эти порталы не были подсвечены, но я их хорошо видел.

Эхо моих шагов кощунственно тревожило тысячелетнюю тишину. Когда ноги вынесли меня в центральный зал, эхо мгновенно и неожиданно исчезло. Зал также не отличался обилием украшений, но в центре его, на полу, было изображено все то же черное солнце с белыми лучами. Мой взгляд поднялся по стене вверх, и стало ясно, что это своего рода «колодец». Идеально гладкие стены центрального семиугольника поднимались ввысь до самой вершины башни. При этом «колодец» не был прикрыт люком-крышей. Вверху была видна далекая черная бездна, заменяющая в Тени небо.