Тонущие города - Разумов Геннадий Александрович - Страница 58

Все сооружения Венеции построены на сваях, забитых в слабый грунт островов на глубину от 3 до 10 м. Сваи забиты густым частоколом, поверх них уложены платформы из соединенных между собой дубовых и лиственничных бревен, и уже на них — каменные фундаменты сооружений. В основание церкви Санта Мария делла Салюте (рис.72) забито 1 106 657 дубовых, ольховых, лиственничных свай (эта работа заняла 2 года и 2 месяца), каменный мост Риальто стоит на 12 000 свай. Целые леса в Далмации были сведены и забиты в острова Венеции.

4 ноября 1966 г. — самый длинный день Венеции. В этот день стихия обрушилась на всю Северную Италию. Здесь встретились два циклона — из центрального Средиземноморья и, навстречу ему, с северо-востока. Море билось в девятибалльном шторме. Скорость ветра — от 80 до 150 км/ч. В горах таял выпавший накануне обильный снег, вода рвалась к морю, но ветер гнал ее обратно на сушу. Реки выходили из берегов. Разрушению подверглись большие территории, много населенных пунктов. Более других пострадала Флоренция.

Венеция на этот раз пострадала меньше. Но Флоренция пережила подобное наводнение один раз за последнюю тысячу лет. Венеция же стоит перед лицом возрастающей угрозы катастрофических затоплений.

Как происходило это в Венеции, рассказывает очевидец, корреспондент газеты «Паэзе сера» Джулио Обичи:

«Прилив вторгся в Венецию в 22 часа 3 ноября; вода поднималась с небывалой быстротой. К 5 часам утра 4 ноября она должна была, подчиняясь астрономическим законам, вернуться к нормальному уровню, но она лишь обнажила немного суши. Лагуна оказалась неспособной вытолкнуть ее. К полудню вследствие новой волны прилива вода поднялась еще выше, вновь накрыв потерянную было сушу и перекрыв собственную ранее достигнутую высоту.

Умолкли телефоны, погасло электричество, во многих домах отключился газ и почти по всему городу можно было передвигаться только в высоких сапогах. Гонимые холодным сирокко, под дождем, по затопленным площадям и набережным странствовали баржи (рис.73). Венеция встречала вечер погружаясь в темноту, ожидая часа, с которым должен был наступить второй и последний отлив этого дня, ждала, как ждут решающего испытания… Испытание провалилось. И на этот раз марея не была исторгнута. Наоборот, нарушая всякие правила и отвергая традиции, именно в тот момент, когда вода должна была спадать, она начала вновь подниматься. Вот тогда — было 6 часов вечера — несокрушимость Венеции, казалось, пошатнулась. Все почувствовали, что многовековое равновесие рухнуло, что город и лагуна Потеряли свою защитную цепь, но кто знает, какое именно из ее звеньев. Никто, исключая немногих, в том числе и городские власти (которые, казалось, в эти часы были проглочены морем), не знал еще, что там, на побережье, море выполнило такую разрушительную работу, на которую была не способна даже война, что береговая защита, в том числе и «мурацци», прорвана.

Прорвана и снесена до основания. В то время как Венеция тонула в лагуне, терзаясь в ожидании своей участи, на побережье все неслось стремительно. Здесь «правило» не знало ни ритма, ни времени.

Лагуна отделена от моря точной демаркационной линией. В тот день этой демаркации уже более не существовало. Волны моря, подгоняемые жесточайшим сирокко, перехлестнули через цепочку прибрежных островов далее в тех местах, где их ширина была значительной.

Каваллино — полуостров садов, виноградников и пашен — уже больше, как таковой, не существовал. Он лежал под высокими волнами соленой воды… Остров Пура-но, лежащий в лагуне за спиной Каваллино, волны пересекали так, как если бы он находился в открытом море… Остров Сант-Эразмо, часовой лагуны у пролива Лидо, исчез под волнами высотой до 4 м… На набережных Лидо морская вода расшвыряла постройки, снесла песок с пляжей. В «мурацци» бреши открылись с первого же удара. Стена Венеции прорвалась в десятках мест, общей протяженностью 80 м, еще на 600 м была повреждена, сдвинута с места. Жителям тех мест казалось, что наступил конец света…

Если бы ветер не утих и мареджата продолжала еще хотя бы немного свою разрушительную работу, море надолго бы утвердилось в Венеции. Фундаменты древних дворцов, старых домов, для которых опасен даже ласковый плеск волн, поднимаемых пловцами, как долго смогли бы они сопротивляться? К счастью, ветер спал вовремя, поэтому «демонстрация» 4 ноября не развернулась полностью.

Когда к 9 часам вечера, уже против всякого ожидания, вода начала спадать, все должны были уверовать в чудо… Марея рванулась из города внезапно, с яростью, не уступавшей той, с которой она ворвалась в него. Достигнув невиданной высоты — 1м 96 см выше среднего уровня моря, опустошив магазины, ограбив обитателей первых этажей, затопив ремесленные мастерские, выплеснув нефть из сотен хранилищ, промочив и разбросав несчетное количество книг в библиотеках, переломав мебель в домах, уничтожив документы в учреждениях, вода ушла.

За 24 часа абсолютного господства вода устроила венецианцам угрожающий смотр своей мощи и теперь могла убраться, оставив жителям другую Венецию…

Бедствие имело чудовищные размеры. Что уж говорить об утопленных в воде 40 миллиардах лир, когда под вопрос была поставлена безопасность Венеции, сама возможность ее существования».

Таковы свидетельства очевидца.

Город, пятнадцать столетий живущий среди воды, прекрасно знающий, что такое «высокая вода» (рис.74), оказался застигнутым врасплох наводнением — таков парадокс Венеции. Не имея серьезной защиты от высоких подъемов воды, жители предпринимали кустарные меры: строили дамбочки, кирпичные загородки у порогов своих домов, поднимали полки с книгами в библиотеках и с товарами в магазинах до уровня, казавшегося безопасным. За этот уровень принимали «высокую воду» 1951 г.. — 1 м 51 см, считая его максимально возможным. 45 сантиметров сверх этого уровня оказались достаточными, чтобы смести всю эту защиту и сделать ее бесполезной. Сантиметры могут решить судьбу Венеции.

Проблема Венеции. Этот термин был научно определен на международном научно-техническом совещании в 1962 г., проходившем под этим наименованием. Проблема включает комплекс вопросов защиты, реставрации и обеспечения жизнеспособности города. Наводнение 4 ноября 1966 г., поставившее город на грань катастрофы, не только обострило эту проблему, но и придало ей смысл спасения Венеции от физического уничтожения. Проблема Венеции — комплексная, и каждый ее аспект представляет, в свою очередь, проблему большого масштаба:

защиты города от затопления, обусловленной возросшей частотой высоких приливов и погружением города в воды лагуны;

сохранения и реставрации зданий, сооружений, произведений искусства, которым угрожают и вода, разрушающая фундаменты и стены, и отравляемый промышленностью Маргеры воздух, корродирующий камень и металл;

жизнеспособности города — проблему жилья и работы венецианцев.

Уместен вопрос: почему именно сейчас, во второй половине XX в., так остро потребовалось спасать от гибели город, благополучно и с блеском существующий полторы тысячи лет? Ответ на этот вопрос — в новейшей истории города.

Не только и не столько природа повинна в возникновении проблемы Венеции. Интенсивное индустриальное развитие часто является причиной серьезных изменений в природной среде, и угроза существованию Венеции — одно из наиболее наглядных последствий неучтенных косвенных воздействий этого развития.