Эта книга полна пауков - Вонг Дэвид - Страница 61

— Их нашел Карлос, - со вздохом произнес ТиДжей.

Он подошел к лежащему лицом вниз парню и приподнял его голову ногой.

— Этого не знаю, - произнес он, еще раз обводя комнату фонариком, чтобы убедиться, что Карлоса тут не было.

— А кто такой это Карлос, кстати? – спросил я, - Помимо того, что это пожирающий чужие задницы монстр.

— Больше я о нем ничего не знаю, - пожал плечами ТиДжей. Смазливый парнишка-латинос. Мы обнаружили, что он заражен, но поскольку не было никаких признаков, и сам он не знал, мы решили ему не говорить. А потом однажды он безо всякого предупреждения превратился прямо на наших глазах, словно Оптимус Прайм, сделанный из мяса. Он превратился в какую-то штопоровидную червеподобную фигню и закопался в землю. Вылезает когда проголодается. Или когда кто-то садится на землю. Гляди.

Я проследил за лучем до дыры в стене, достаточно большой, чтобы через неё мог проползти человек. Кучка кирпичей валялась на полу под ней.

— Эй, давай я позову Оуэна. В этом деле не помешает оружие… - сказал я, когда он двинулся к дыре.

— Тебе это понравится. Зацени.

Я очень медленно подошел, вглядываясь в рваную дыру.

— Там еще одна комната или…

— Смотри.

Тоннель. Сырой, грязный и кишащий насекомыми. Стены из красного кирпича, сходившиеся аркой, тянулись в бесконечность. Он был около пяти футов в ширину и высоту, но много места занимали старинные ржавые трубы, тянущиеся вдоль стен.

— Старый паровой тоннель, - сказал ТиДжей, - Для обслуживания другого здания?

— Какого?

— Не знаю. Может быть, его уже и нет. Слазай туда и выясни.

— Нет, спасибо. Хотя мы знаем, что он кончается за периметром. Позади все патрулей, и людей и роботов.

— Потому что здесь пролезла твоя собака.

— Ага.

Для женщины, напряженно ждущей в коридоре, ТиДжей крикнул:

— Тут все чисто, подруга! Мы выходим!

Я двинулся к двери и спросил:

— Я имею право созвать общее собрание, или это может сделать только Оуэн?

— Ну-ка погоди, зачем это?

Я остановился и взглянул на ТиДжея у двери в коридоре.- Чтобы, - начал я, понизив голос, - Узнать, кто хочет сбежать из чертовой тюрьмы?

— Хочешь, чтобы все об этом узнали?

— А почему нет?

— Даже красные?

— Думаю, что за оградой эти цвета ничего не значат, ТиДжей.

— Я не об этом, а о том, что ты собираешься вытащить около полутора сотен пациентов с высокой степенью риска из карантинной зоны.

— Ой, да брось, эта фигня типа «красный означает высокий риск» применяется только к новичкам, разве нет? Все внутри проверены на пауков.

— Оуэн – нет. И множество людей. Они заставили тебя проверять всех новоприбывших, но некоторые находятся тут с самого начала, и когда мы заводим разговор о поголовной проверке, Оуэн начинает размахивать пушкой.

— Но если они еще… Ну это… Не превратились в монстров, то можно быть уверенным, что…

— Ты точно в этом уверен? Мы понятия не имели, когда заразился Карлос. Та девчонка, которую ты чуть не пропустил, она была такой же как и мы с тобой около недели или типа того. Разве не так она сказала? Сколько еще таких как она может тут быть? Подумай об этом. Если ты выведешь кого-то за эти ворота, на тебя ляжет ответственность за все, что они могут натворить снаружи.

— Но если я оставлю тут незараженных людей, и их поджарят авиабомбами, то за это тоже буду отвечать я.

— Так и есть.

— Черт подери, ТиДжей.

— Послушай. Предположим, ты прав. Предположим, они собираются превратить это место в воронку. Это значит, что кто-то должен добраться до них и переубедить. Кто бы ни вышел отсюда, первым, что нужно сделать будет передать вверх по цепочке, что в карантинной зоне находятся невинные и незараженные люди. Так что эта группа, которая окажется снаружи, будет представлять всех, кто остался внутри. Чтобы придать благовидный облик всем в карантине. Так что это должны быть люди, о которых точно известно, что они не заражены. Они будут нашими посланниками во внешний мир, так?

— Но мы не знаем, сколько осталось времени…

— Я не закончил. В ином случае, если мы поможем зараженным сбежать в город, и они начнут крушить всех и умножать свое число, тогда те же парни, глядя на карту с красным кружочком вокруг госпиталя просто нарисуют круг побольше вокруг всего города. Так? Ты говорил, что там твоя девушка. И Джон. И все остальные, кто тебе в этом городе небезразличен.

— То местечко, где делают кубинские сэндвичи.

— Да, CUBA LIBRE. Пробовал у них кофе? Нельзя допустить, чтобы его разбомбили.

— Видел официанток там?

— Ааагааа. Кто бы там не набирал персонал, он явно любитель задниц.

— Ладно, ладно. Так кто пойдет?

— Ну, Человек-Паук, тут нам предстоит принять сложное решение.

В коридоре у бойлерной на с ТиДжеем ожидали семь человек. Кроме Хоуп там были колясочник, Кори (кудрявый парнишка, которого недавно привезли на грузовике), старик, имени которого я не знал, Лени (невысокий лысеющий белый мужик, выглядящий как Виццини в Принцессе-Невесте), а также две женщины, пришедшие из комнаты отдыха на звук голосов.

Мы рассказали им о тоннеле и двух трупах.

— К какой стене примыкает это тоннель, ниггер? – спокойно спросил старик у ТиДжея.

— К северной, - ответил тот, не моргнув глазом.

— Так я и думал, - кивнул старик, - Раньше, пока старый госпиталь не снесли и не построили новый, эта бойлерная обслуживала и другие здания. Лет, наверное, пятьдесят или шестьдесят назад. В те времена если бы черномазый только прошмыгнул мимо белой женщины по тротуару, к вечеру его бы вздернули на фонарном столбе, но с тех пор многое изменилось. Я с приятелями играл в кантри-группе в шестидесятые…

— Думаю, расист Эд прав, - произнес ТиДжей, - Как далеко до другого конца, Эд?

— О… Тоннель длиной с полмили, ленивая обезьяна. Далеко ползти. С такими коленями я не осилю. Знаешь, раньше рабочие использовали тележку: просто ложишься на ней, а здоровый сильный ниггер крутит ручку, которая при помощи троса и блоков…

— Сейчас там нет ни блоков, ни троса, так что нам придется как-то защитить колени, чтобы не размесить их в фарш к тому моменту, как мы доберемся до выхода. Но если расист Эд прав, там может быть семь-восемь сотен метров тоннелей: неблизкий путь на четвереньках по кирпичам и грязи. Человек в хорошей форме одолеет его думаю минут за двадцать. Иначе придется постоянно останавливаться и давать отдых коленям, так это может занять целый час. Так что первый вопрос: кто хочет пойти, поднимите руки.

Руки подняли все, кроме расиста Эда.

— Итак, нас восемь, и это уже достаточно много, если бы я выбирал оптимальное количество для этого задания, то я бы сказал, что этого хватит…

— Я не поду без Терри, - сказал лысый мужик. Если придется выбирать, я лучше останусь.

— Я не договорил. Я хотел сказать, что не жду, что каждый из вас бросит близких, но кроме них никого брать нельзя.

— Нужно сказать Дэннису и ЛеРону, - произнес колясочник.

— Кэти и Дэнни – добавила Хоуп.

— Так, значит у нас уже больше дюжины человек. У вас есть время подумать об этом, но если народу будет слишком много, то это превратиться из побега небольшой группы, чтобы оповестить мир в полномасштабный массовый побег, который спровоцирует полномасштабное военное противодействие. Мы никак не можем взять больше пятнадцати человек…

— А что насчет больных? – спросила Хоуп, - и дока?

— А что насчет них? – вздохнул ТиДжей.

— Кэти – медсестра. Она говорит, что некоторые больные не выживут без настоящего госпиталя. Понос настолько сильный, что у них обезвоживание.

— Детка, но как больные смогу поползут полмили по тоннелю? Что если они доберутся до середины, а дальше не смогут? Мы не сможем их вытащить, и они загородят проход остальным. Там узко, действительно узко. И все эти трубы вокруг. Ты поймешь.

— А что с доком? Надо ввести его в курс дела.