Подноготная любви - Меняйлов Алексей - Страница 112

Удобно исследовать тело памяти детей, которых отвели на обряд уже в достаточно взрослом состоянии. Кстати сказать, свою дочку Возлюбленная отвела крестить, когда той было 3,5 года. Ребёнок кричал и вырывался, но что он мог поделать? Травма, к счастью, была психокатарсически убрана.

Раз уж упомянули про дочку Возлюбленной, то пора читателя с ней познакомить. Это симпатичная девочка, 12 лет, которая ростом почти догнала мать. Не толстая и не худая, хотя припухлые щёчки и выдают, что мама вкусно готовит, а бабушка балует шоколадками. Возлюбленная попросила нашего П. обследовать дочь, потому что с некоторых пор та стала как-то странно противостоять матери.

Поиск травм, определяющих ссоры дочери с матерью, как видно из стенограммы сеанса, был достаточно целенаправленный — и это не случайно. Наш Психотерапевт, дважды обжёгшись на молоке двух своих неудачных браков и психокатарсическими методами убедившись, что обе бывших супруги относились к ярконекрофилическому типу, догадался обезопаситься и выяснить, обладает ли Возлюбленная свойством наносить психоэнергетические травмы или нет. В частности, не доверяя даже собственному подсознанию, наш П. решил обследовать подсознание двадцатилетней жены брата Возлюбленной, Оли, и выяснить, нет ли у той травм от Возлюбленной. Рекомендации подсознания Оли оказались самые благоприятные. Психоэнергетические травмы Возлюбленная не наносила.

Параллельно Психотерапевту удалось собрать массу интересной информации о работниках Центра. Двое из целителей Центра, брат и сестра, были введены в дом матерью Оли. Мать души в них не чаяла, не знала, как им угодить, однако, после странной гибели «очищенного» целителями брата Оли, молодого и восприимчивого парня, учителям-целителям от дома было отказано. Естественное следствие общения с проникшими в дом целителями — множественные психоэнергетические травмы подсознания Оли. Среди прочего, они привели к бесплодию, которое П. удалось вылечить за три сеанса. (Четвёртый психокатарсический сеанс провела уже Возлюбленная.) Выяснилось, что целители в половую сферу ей «лепили» не только во время платных сеансов, но и за так, во время «бескорыстного дружеского общения». И брат, и сестра независимо, во всяком случае пространственно, наносили травмы в одну и ту же сферу — половую. Также в одну (хотя и не в половую) — и Возлюбленной, что знаменательно. Кроме того, при работе с Олей П., расспрашивая о назначении вживлённых в её тело памяти сорных предметов (выяснял, к какому поведению принуждали её эти психоэнергетические кодировки) выяснил, что одно только присутствие этих целителей «заряжало» её на вражду с собственными же родными. Это не столь уж странно, как может показаться, поскольку разделяя — властвуют. Психотерапевт, зная, что и у дочери Возлюбленной были с той же парой контакты, естественно, ожидал, что и у неё однотипные травмы будут от обоих.

Ребёнок: А я говорю: не буду! Сами лечитесь!

В.: Закрывай глаза! Ты меня доведёшь! Кому говорю!

Р.: Ну, хорошо-хорошо! (Закрывает глаза и вытирает слёзы.)

П.: Итак, где бы ты хотела оказаться?

Р.: Не знаю…

П.: Может быть, хочешь поплавать в море?

Р.: Не знаю.

П.: Может быть, хочешь на воздушном шаре полетать?

Р.: Ну не знаю же!

П.: На космическом корабле?

Р.: Не знаю!!!

П.: Хорошо. Тогда мы погуляем на том необитаемом острове, на котором были в прошлый раз. Как там сейчас: солнышко светит?

Р.: Да.

П.: Облака есть?

Р.: Нету.

П.: Что ты сейчас делаешь?

Р.: По берегу иду.

П.: Что у тебя под ногами?

Р.: Песок.

П.: Тёплый?

Р.: Не знаю. Тёплый.

П.: Опасность там есть какая? Или там тебе хорошо?

Р.: Не знаю я!.. Хорошо.

П.: А где там опасность? Может, ползает?

Р.: Нет.

П.: Летает?

Р.: Нет.

П.: А где? Опасность сама придёт?

Р.: Сама… Плавает.

П.: А что это такое?

Р.: Акулка.

П.: А что с ней надо сделать, чтобы она не была опасной? Может, с вертолёта поймать? Или на помощь кого пригласить?

Р.: Нет. Копьём её.

П.: Отлично. Ну и давай.

Р.: Всё.

П.: Что с ней стало?

Р.: На дно пошла. Нет её больше.

П.: Это ты из-за неё с мамой ссоришься?

Р.: Нет.

П.: Так. Идём дальше. Кстати, океан у тебя с какой стороны?

Р.: Справа.

П.: А что слева?

Р.: Лес.

П.: Опасность в лесу?

Р.: Не знаю. Ползает.

П.: А что это такое? Мохнатое?

Р.: Да.

П.: А опасность у этого где? В зубах? Или в лапах?

Р.: В хвосте.

П.: Да-а? А что это такое?

Р.: Не знаю.

П.: А сколько ног?

Р.: Восемь.

П.: Может быть, это скорпион? Тогда понятно, почему опасность в хвосте…

Р.: …

П.: А ты знаешь, что такое скорпион?

Р.: Нет.

П.: Ну, это не важно. Что ты с этим мохнатым сделаешь, чтобы он на тебя больше не оказывал влияния?

Р.: Дерево надо срубить.

П.: И тогда оно упадёт? И придавит?.. Давай, действуй… Попала? Что с ним стало?

Р.: Всё. Разлетелся на куски.

П.: Отлично. Это из-за него у вас с мамой?..

Р.: Нет.

П.: Хорошо. Тогда мы идём прямёхонько туда, где живёт то, из-за чего вы с мамой конфликтуете. В лес надо свернуть?

Р.: Да.

П.: Тогда сворачиваем. Что ты видишь?

Р.: Деревья.

П.: Какие?

Р.: Пальмы.

П.: А где то, что мы ищем?

Р.: Не знаю. Не вижу.

П.: Так. Надо идти дальше?.. Да?.. Что происходит?

Р.: Ничего. Иду.

П.: Ну и где эта неприятность?

Р.: Не знаю.

П.: Но она где-то есть?

Р.: Есть.

П.: Ну так и иди к ней прямиком… Туда, где причина ваших с мамой трений… Ну?

Р.: Не знаю…

П.: Ничего нет?

Р.: Не знаю. Не вижу.

П.: А может быть, эта программа с защитой? Может быть, параллельно дана команда, запрещающая её выявить? Может, это спряталось где-нибудь? Посмотри, где? Мы её, несмотря ни на что, обнаружим.

Р.: Справа. Под деревом. В норе.

П.: Значит — под землёй… И наружу не выберется?

Р.: Нет.

П.: Так… Это какое-то животное?

Р.: Да.

П.: А какого цвета?

Р.: М-м-м… Коричневого.

(Обратите внимание! Сквозь землю видит! Чрезвычайно интересная и важная деталь!)

П.: А кто это — мужчина или женщина? Я имею в виду: самец или самка?

Р.: Мужчина.

П.: А он для тебя опасен? Тебе было бы желательно от него избавиться?

Р.: Да.

П.: И что надо для этого сделать?

Р.: Поджечь.

П.: Кого?

Р.: Дерево над норой.

П.: И тогда коричневое сгорит?

Р.: Да.

П.: Есть чем поджечь? И где это у тебя?

Р.: Есть. Спички в кармане.

П.: Так и давай.

Р.: Уже. Горит.

П.: Хорошо. Что же происходит с животным?

Р.: Кричит. Визжит.

П.: Контролируй, что происходит. Когда всё кончится, скажешь.

Р.: …Всё.

П.: Как узнала?

Р.: Не знаю. Не визжит больше.

П.: Так, с ним всё… Скажи мне, пожалуйста, а нет ли там где рядом ещё норы? Только на этот раз с самочкой?

Р.: …Не знаю… Не вижу.

П.: А ты остановись и не дыши, чтобы было совершенно тихо. И прислушайся.

Р.: Не зна-а… Есть.

П.: Где? Под соседним деревом?

Р.: Да.

П.: Точно — самочка?

Р.: Ну, точно.

П.: Что теперь будешь делать?

Р.: Подожгла… Горит… Визжит… Всё.

П.: И как теперь стало там, на острове? Хорошо?

Р.: Хорошо.

П.: Спокойно?

Р.: Спокойно.

П. (Обращаясь к Возлюбленной): Я — всё. Устал почему-то, сил нет.

В.: Так. Хорошо. (Обращаясь к дочке): А скажи-ка ты мне теперь, где находится эта «незнайка»?

Р.: В Солнечном городе.

В.: Где-где?

П.: Это книга такая есть: «Незнайка в Солнечном городе». Измени формулировку вопроса.

В.: Откуда у тебя это «не знаю»?