За порогом волшебства - Сербжинская Ирина - Страница 82

– Звонят-шмонят… Да они, наверное, прямо сквозь дверь проходят… – неуверенно предположил Никита, поглядывая на вход с опаской.

– Сквозь дверь? – усомнилась Сати. – Думаешь, и через металлическую тоже? Через железную-то дверь, я думаю, не всякий демон пройдет… Знаешь, давай постоим, подождем немного… а то как-то не по себе…

– Позвонят – и уйдут, – повторил дед Илья, расставляя на нотной бумаге непонятные закорючки и недовольно хмуря брови. Звонивший оказался человеком упорным, звонки, не прекращаясь, гремели один за другим, долетая до четвертого этажа.

– Вот ведь демон-то какой упорный, – заметила Сати спустя минуту. – Ишь, кнопку нажал и не отпускает!

На третьем этаже громко хлопнула дверь.

– Какой гад там трезвонит? – разъяренным голосом заорал начальник отдела рекламы, перегнувшись через перила.

– Иди и посмотри! – сердито прокричала в отчет Сати, стараясь перекрыть хор печатников.

Начальник отдела рекламы яростным галопом поскакал вниз по лестнице, следом за ним понесся криминальный корреспондент с бутербродом в руке.

Дед Илья отложил наконец гитару и, бормоча себе под нос что-то нелицеприятное о настырности граждан, неторопливо направился к двери.

– Никита, – боязливо проговорила Сати. – Может, мы с тобой того… пока не поздно, через типографию ноги сделаем? Чем вот так стоять и демона-то дожидаться, а? Давай, пока не поздно…

– Не успеем уже, – нервно ответил приятель. – Раньше надо было.

Дед Илья долго ковырялся в замках, потом, ворча, отодвинул защелку и снял металлическую цепочку. Дверь распахнулась.

На крыльце, держа над головой зонт, стоял мокрый насквозь неизвестный гражданин: осенняя непогода в городе всегда сопровождалась ветрами, поэтому дождь хлестал одновременно сверху, справа, слева, и спастись от него не было никакой возможности.

Увидев, что дверь открылась, гражданин сложил бесполезный зонтик и шагнул в ярко освещенный коридор.

– Редакция газеты «Вечерний проспект»? – сухо осведомился он, подозрительно глядя на раскрасневшиеся лица начальника отдела рекламы и криминального корреспондента. С верхних этажей доносились громкая музыка и хохот, а в типографии, напротив, хор нестройных голосов выводил что-то очень печальное, время от времени умолкая и припоминая слова.

– А вы, извиняюсь, кто будете? – добродушно поинтересовался дед Илья. Он посмотрел на лужу, натекшую с плаща неизвестного на белый линолеум, и недовольно кашлянул.

Начальник отдела рекламы вдруг почувствовав неладное. Он поспешно отступил назад и толкнул криминального корреспондента в бок.

– Э… да, – ответил ничего не подозревающий Хамер. – Редакция. А вам кого?

– Отлично, – ледяным тоном проговорил гражданин, зонтиком отодвинул с дороги Хамера и прошел дальше, в тамбур.

Да, это было начальство из столицы.

Сати опомнилась первая, дернула Никиту за рукав, они прошмыгнули мимо лишившегося дара речи начальника отдела рекламы, мимо изумленного Хамера и остолбеневшего деда Ильи и выскочили на крыльцо.

На улице уже почти стемнело. Осенний дождь шуршал в тополях, барабанил по перилам крыльца и мокрым лавочкам.

– Ничего себе, – потрясенно проговорила Сати, натягивая на голову капюшон куртки. – Вот это да! Явился не запылился. Да еще в такой момент… «Приход колдуна на сельскую свадьбу!»

– Какого еще колдуна? – проворчал сисадмин, сбегая с крыльца вслед за Сати.

– Да это картина такая есть, художника какого-то. Там тоже вот так же… никто не ждал, а он явился. Ну и ну, приехал! А народ в дринкен-гейм играет! А тут и начальство с проверкой! Из столицы приехало, условия наши смотреть… Ну он сейчас посмотрит… Ну он сейчас увидит…

Они торопливо направились к Красной линии. Огромное здание Управления железной дороги блестело черными стеклами окон, лишь кое-где горели дежурные лампы, освещая длинные пустые коридоры. Зато в фитнес-клубе, что находился по соседству, было весело и многолюдно: в ярко освещенных залах энергично прыгали под музыку стройные красавицы в ярких купальниках, этажом ниже располагался тренажерный зал, заставленный всевозможными непонятными агрегатами, среди которых с необычайно деловым видом разгуливали девушки с блестящими хромированными гантельками в руках.

Сисадмин так загляделся на это увлекательное зрелище, что споткнулся на ровном месте и едва не растянулся.

– Под ноги смотри, – ехидно посоветовала Сати.

– Смотрю, смотрю… – недовольно пробурчал Никита, уставившись в мокрый блестящий асфальт. В нем отражались желтые фонари.

– Знаешь, Никита, давай пока не будем в контору возвращаться, – предложила Сати. – Посидим где-нибудь… да хоть в кофейне. А потом позвоним в редакцию, узнаем, что к чему. Не до утра же этот тип у нас сидеть будет? Он в гостиницу свалит. Тогда мы и придем, новости узнаем.

– Хорошо придумала, – одобрил осторожный сисадмин. – Так и сделаем.

Они поднялись на Красную линию и огляделись.

– А где дедуля-то твой?

– Вон на парапетике сидит… Гляди-ка, уже и бутылку пустую нашел где-то…

– Да уж… Господин великий маг времени даром не теряет…

Народу в неработающем кафе «Светлячок» заметно прибавилось: дождь загнал под тент горожан, прогуливавшихся по Красной линии.

– Ну вот, дед, – оживленно говорил сисадмин, устроившись за шатким пластиковым столиком. – Держи свои пять сольдо и, как говорится… А ты когда их передашь? Сегодня? А где?

– Погоди, Никита, – остановила его Сати. Она сняла мокрую куртку Хамера и бросила ее на свободный стул. – Не отдавай пока. Послушайте, господин великий маг, вы наш уговор помните? А? – Она выжидательно уставилась на Тильвуса и воскликнула: – Ага! По глазам вижу, что помните!

– Что это ты видишь? – недовольно пробурчал маг, отводя взгляд. – По глазам она видит, гляди-ка…

– Да, да! Был у нас уговор: мы вам – помощь, а вы нам за это обещали кое-что рассказать. Помните? И про Вечного Странника, и про царство-государство ваше… а главное, зачем вас сюда занесло? За какие-такие грехи наш город такой редкой чести удостоился: великого мага у себя принимать?

Тильвус поерзал на стуле и обреченно вздохнул.

– Ну расскажу, расскажу… – пробубнил он, озираясь по сторонам. За соседним столиком компания молодых людей шумно и со знанием дела обсуждала достоинства многочисленных сортов пива, выпускаемых местными производителями. В продукции же пивзавода соседнего приморского города, они, наоборот, обнаруживали серьезные недостатки. – Чего там интересного, не понимаю…

– Ну не скажите, – не согласилась Сати. – Вам, может быть, и неинтересно, а нам с Никитой – очень даже. Пора уже, как говорится, узнать нам кое-что из жизни выдающихся волшебников… Правда, Никита? Эй, ты чего? – забеспокоилась она, увидев выпученные глаза сисадмина. Последний раз такое выражение лица у приятеля Сати видела года два назад, когда на общей планерке шеф неожиданно объявил, что, по его мнению, зарплаты сотрудников компьютерного отдела неоправданно высоки и будут пересмотрены в самое ближайшее время.

– Это же она! – выдавил наконец Никита, тыча пальцем куда-то в сторону. – Колдунья! Та самая, с рынка! Дед, ты видишь? Она сюда идет!

Сати обернулась.

Знатоки пива притихли, как по команде уставившись на молодую красивую женщину, но та не обратила на них ни малейшего внимания, и они снова углубились в детальный разбор пива марки «Дед Илья». Новый сорт этого великолепного напитка должен был поставить наконец на место кичливых приморцев, без меры бахвалившихся недавно выпущенным пивом «Океан».

– Приятная встреча, Тильвус, – Колдунья отодвинула пластмассовое креслице и уселась за стол. – Забавная внешность, – заметила она, с любопытством рассматривая мага. – Тебе идет. Собираешься возглавить здесь гильдию мусорщиков?

Она улыбнулась, блеснув прекрасными зубами. Сати тут же вспомнила про текст для частной стоматологической клиники, который лежал недописанный уже вторую неделю, и поклялась сама себе непременно сдать его завтра же утром.