За порогом волшебства - Сербжинская Ирина - Страница 53

– «Высокий профессионализм, команда единомышленников, неизменное качество выпускаемой продукции позволяют колбасному цеху частного предпринимателя Сидорова уверенно смотреть в будущее». Гм… надо же, практически украли мою фразу! Про «уверенно смотреть в будущее». Эта фразочка на всех рекламодателей почему-то действует прямо-таки магически, видать, всем хочется уверенно в будущее смотреть! Вот и колбасный цех – тоже смотрит… Кто же все-таки это написал?

Она глянула на подпись внизу.

– А! – догадалась Сати. – Небось сам Сидоров и сочинил! Ну и ну! Сколько раз говорила этим предпринимателям: не можешь петь, не пей! Так ведь нет. Каждый норовит собственноручно текст про самого себя наваять…

Она скомкала листок и прицельно бросила в корзину у входа.

– Недолет, – строго сказал Хамер, появляясь на пороге. Он поднял скомканный лист и отправил в корзину. – Может, еще раз попробуешь?

– Не мешай, Игорь, – отмахнулась Сати, с неожиданным вниманием разглядывая в окне даму, поедающую бутерброды.

– «Что может быть лучше на завтрак, чем бутерброд с вкусной и свежей колбасой?» – написала она первую строчку и выжидательно замерла, наблюдая.

Дама неспешно прошествовала к холодильнику в углу кабинета и вынула банку маринованных огурцов.

– «…чем бутерброд с вкусной свежей колбасой и маринованными огурчиками?» – продолжила Сати, косясь в окно.

Через час дама покончила с завтраком. Текст, восхваляющий вкусную и свежую продукцию частного предпринимателя Сидорова, тоже был готов. Сати повеселела. Она потянулась к телефону, сняла трубку и набрала номер компьютерного отдела.

– Никита? Привет. У тебя случайно нет бутерброда с колбасой? Был?! А сейчас он где? Что? Ну ты даешь… а почему мне не оставил?

Она проводила взглядом фотокорреспондента Аверченко, вышедшего в курилку, и заторопилась.

– Ты, чем бутерброды лопать, собирался бы лучше! Куда-куда… Говорила же тебе вчера, забыл, что ли? На вещевой рынок. Ну и мне с тобой ехать, конечно… Секретарь сказал, что ему нужно не меньше десяти фотографий, материал Иры проиллюстрировать. Двойная оплата за снимки! Вот то-то и оно… Пока шеф в командировке, секретарь наш все репортажи по высшему тарифу проводит. Шеф, когда приедет, разозлится, конечно, да уж поздно будет. Ну а потом сам знаешь, что у нас по плану. С дедулей моим встреча, ага… Конечно рада, а ты как думаешь? Я всегда рада его видеть, блин… Будем по городу шляться в компании бомжа, цацки волшебные искать. Где их искать только, вот вопрос? Пойди туда – не знаю куда, ага… Да знаю я, что торопиться нужно, слышала уже. Чего? Не бомж? А кто? А… А у него что, на лице написано, что ли, что он не бомж, а великий маг? Это он у себя там великий маг, а тут… Конечно, а ты как думал? Ладно, скорей собирайся, враг не дремлет!

«Враг» в лице штатного фотографа редакции Аверченко поджидал Сати на лестнице.

– А ты куда собралась? – подозрительно поинтересовался он. – Не на вещевой рынок случайно? Секретарь говорил…

– Куда надо, туда и собралась, – сухо ответила Сати. – На какой еще рынок? Текст везу на утверждение частному предпринимателю Сидорову, ясно? Про экологически чистую колбасу.

– Ясно, – откликнулся доверчивый фотокорреспондент и побрел наверх, в редакцию, а Сати поспешила в отдел рекламы.

У рекламщиков и правда проходил очередной военный совет и было полно народу.

– «Бытовало мнение, что поскольку стена на своем пути извивалась, проходя через труднодоступные горные районы Китая, то сверху она по внешнему виду напоминала дракона», – с выражением читала Светлана.

– Дракона? Интересно… – Начальник рекламной службы задумчиво посмотрел на карту. – Ну и фантазия у людей…

– Господи, и тут драконы, – проворчала Сати. – Проклятые рептилии, страдающие склерозом!

– Склерозом? Каким еще склерозом? Ты дальше слушай. «Образ дракона – один из самых любимых в Китае»… Так, ну это нам не надо… Что ж еще про достопримечательности? – Светлана отбросила буклет. – Скорей бы уж шеф приехал, что ли! Пусть сам с этим проверяющим и возился бы.

– На днях приедет, – мрачно изрек начальник рекламного отдела.

– Свет, у тебя поесть ничего нет? – вполголоса спросила Сати.

Подруга вздохнула.

– Кефир обезжиренный… могу налить стакан. Мне все равно много нельзя: диета… А ты видела, как курьерша из отдела писем похудела? – спросила она с завистью. – На японской диете сидит, одни водоросли ест!

– Нет, кефир я не люблю, – отказалась Сати. – А что, сильно похудела? Надо сходить, посмотреть.

– Захламление, знаете, уже апогея достигло, – вздохнула Люся, закуривая папиросу. – Я от одного вида кабинета, заваленного рухлядью, страдаю. Тесно же!

– Тесно? – скептически переспросил ответственный секретарь и посмотрел на старейшего журналиста города поверх очков. – Не бывала ты, матушка, в Китае. А я ездил как-то. Вот уж где тесно-то! Имейте в виду, если человечество будет и дальше прирастать такими темпами, то дело может обернуться серьезнейшей экологической катастрофой! Проблема перенаселения…

Сати закатила глаза и вышла из отдела.

Дожидаясь сисадмина возле его облупившейся старой «японки», Сати успела сбегать в ближайший киоск и купить бутерброд с колбасой. Когда к машине подошел Никита, с бутерброда уже была снята целлофановая обертка, колбаса придирчиво осмотрена, обнюхана, признана несъедобной и отправлена в ближайшую мусорную урну.

– Да, это тебе не свежая вкусная колбаса предпринимателя Сидорова! – сердито сообщила Сати приятелю. – Это уже не вторая свежесть и даже не третья! Такие бутерброды есть может только тот, кому уж совсем терять нечего.

– Колбаса-шмалбоса… Хочешь, в «Тропики» заедем, пельменей возьмем? – предложил сисадмин, со всеми предосторожностями открывая дверцы дряхлого авто.

– Разве что на обратном пути, когда с репортажа поедем. – Сати плюхнулась на сиденье, машина страдальчески крякнула. – Ты там быстрее фотографируй – и назад. С господином великим магом по городу гулять надо, – недовольно бурчала она, пытаясь открыть окно: стекло, скрежеща, опускалось рывками. – Вот увидишь, ничего хорошего из этого не выйдет. Поехали… Терпеть не могу рынки, вечно там толпы народу.

– А ты чего хотела? – степенно отозвался Никита, выруливая на шоссе. – Не в Париже, чай! Ладно, быстренько управимся. Сфотографируем, купим светильник в ванную и – за дело! Волшебные пять сольдо искать!

– Какой светильник?

– Жена наказала, – сообщил он. – Чтоб ей специально не ездить, а раз уж я на рынке буду…

– Еще и светильник, – вздохнула Сати. – Ладно, Никита. Купим. Давай, крути баранку…

Сисадмин попробовал прибавить газу и обогнать соседнюю машину, но «японка» так угрожающе задребезжала и затряслась, что Сати перепугалась.

– Сбавь скорость! Развалится твоя таратайка прямо посреди дороги!

Никита недовольно покосился в ее сторону – он не любил, когда о его машине отзывались так пренебрежительно.

– Пешком сейчас пойдешь, ясно? Таратайка… Скажи лучше, кто это тебя утром в контору на джипе привез?

– Твое какое дело? – сердито осведомилась Сати. – Ну знакомый… и что?

– Знакомый? – понимающе переспросил сисадмин.

– Ну да. Приходил вчера к нам в контору. Мы его еще за бандита приняли…

– A-a… – неопределенно протянул Никита.

– Чего «а-а»? Нормальный мужик… между прочим, художник по образованию. Худграф наш заканчивал.

– И где ты только таких находишь? – пробурчал сисадмин. – То искусствовед, то художник. – Он неожиданно вильнул на левую полосу, не обращая никакого внимания на то, что обгонявший его микроавтобус от ужаса истерически засигналил и заморгал фарами. – И как успехи?

– Да кто их находит, – недовольным тоном сказала Сати. – Сами находятся. И при чем тут успехи? Так, поговорили просто… – Она нашарила в рюкзаке ириску и принялась сцарапывать прилипший фантик. – Да без толку это все. Он – мужик женатый…

Никита понимающе хмыкнул и повеселел.