За порогом волшебства - Сербжинская Ирина - Страница 30

– Колбасы-шмалбасы… Поехали!

Глава 8

Рано утром истошно заголосил петух.

С первыми петушиными криками появился на балконе и его хозяин – бывший агроном, а ныне преподаватель техникума Федор. Он выкатил из-за табурета гантели и приступил к атлетической гимнастике, многозначительно поглядывая на окна напротив. Симпатичная продавщица не показывалась, и владелец петуха загрустил. Федор еще немного помахал гантелями, вздохнул и вспомнил, что на кухне его дожидается завтрак: глазунья из пяти яиц и банка шпротов. Он поставил гантели под табурет и уже собрался уходить, но тут стукнула балконная дверь.

Бывший агроном поспешно оглянулся.

– А, Сати… – протянул он разочарованно. – Доброе утро!

Сати протерла глаза и оглядела тихий двор, засыпанный желтыми листьями.

– Федор, – проникновенным голосом сказала она. Агроном замер. – А нельзя твоего петуха отравить?

Федор не на шутку обиделся.

– Отравить, скажешь тоже! Я его из деревни цыпленком привез, вырастил, на ноги, можно сказать, поставил, а ты – отравить!

Он ушел с балкона и громко хлопнул дверью.

– Блин, – расстроенно проговорила Сати. – Значит, нельзя… Здравствуйте, теть Том!

Тамара с раннего утра уже сидела на лавочке под желтыми тополями и расшивала цветным шелком зеленые тапочки, отороченные пушистым мехом. Обычные тапки, украшенные многоцветным сложным узором, волшебным образом преображались и становились похожими на башмачки принцессы. Клюшка для гольфа лежала на столике рядом с мотками пестрых ниток – Тамара любила держать ее под рукой, так, на всякий случай.

Через двор, в белой панаме и шлепанцах на босу ногу, медленно брел научный сотрудник из соседнего дома. По мятое лицо его было одухотворено размышлением, словно сосед решал какие-то глобальные проблемы. Под балконом Сати он остановился и поднял голову.

– Жизнь без алкоголя катастрофически нехороша, – доверительно сообщил научный сотрудник и двинулся дальше, держа курс на киоск, где с раннего утра торговали пивом в розлив.

– Верю, – сочувственно отозвалась Сати. Она хотела добавить еще что-то, но с первого этажа пятиэтажки, что стояла напротив, раздался вдруг дикий рев и грохот: это малолетние хулиганы Глеб и Марк, учащиеся лицея информатики, дождались, пока родители уедут на работу, выставили в окна колонки и на полную мощность включили музыку.

– Ля-ля, тополя! – вопили хулиганы, прыгая по лоджии.

Тамара посмотрела на лицеистов и отложила шитье.

– Сейчас, теть Том, мы на них управу быстро найдем, – пообещала Сати и закричала, перекрывая грохочущую музыку:

– Эй, пионеры! А ну-ка, успокойтесь!

В ответ «пионеры» заскакали и завопили пуще прежнего.

– А, не понимаете, когда с вами по-хорошему! Ну держитесь теперь!

Сати перегнулась через перила и снова закричала.

– Женька! Женька!

Этажом ниже появился заспанный «Корлеоне» в шортах и длинной футболке, надетой впопыхах наизнанку.

– Эй, медалист! Где там у тебя «Рамштайн»? Ну-ка вдарь по этим отморозкам от музыки тяжелой артиллерией!

Малолетние хулиганы в панике переглянулись, выключили колонки и притихли.

– Что, голубчики?! Испугались? – мстительно выкрикнула Сати, наблюдая, как братья поспешно скрываются в глубине квартиры. – Лицеисты, тоже мне! Пушкин вон тоже в лицее учился, так он стихи писал, а не попсу слушал! А слушай он такую гадость, еще неизвестно, чего бы из него вышло!

– И то правда, – басом отозвался со своего балкона отец Сергий. – Бесовская музыка, одно слово!

– А «Рамштайн»? – обеспокоенно поинтересовался «Корлеоне».

– Ну скажешь тоже! «Рамштайн» – не бесовская. Хорошая музыка. Сам люблю.

Женька кивнул и исчез с балкона.

На работу Сати приехала почти вовремя.

На вахте сидел дед Илья и по своему обыкновению тренькал на гитаре, сдвинув на затылок ковбойскую шляпу. Рядом стояло большое ведро, полное спелых желтых груш.

– Угощайся, – кивнул он на груши, потянулся к нотному листу и поставил на линейке несколько закорючек.

– Откуда?

– С дачи вчера привез. Урожайный год: яблок и груш много, никак съесть не можем.

– Компьютерному отделу скажите, – посоветовала Сати, выбирая грушу. – Налетит эта саранча, дизайнеры наши, и мигом все сметут. А можно, я возьму с собой парочку?

– Больше бери. – Знаменитый бард отложил гитару, собственноручно выбрал несколько крупных сочных груш и протянул Сати. – А ты чего дачу не заведешь? Я люблю иной раз на грядках покопаться, отдохнуть.

– Какие грядки, дед Илья, что вы? – кисло отозвалась она. – Я кактус вырастить не могу, он скоро все колючки растеряет. А вы – дача… Да стоит мне там появиться, как от меня с криками ужаса даже кусты смородины сбегут!

Сати с любопытством посмотрела на нотные листы.

– А вы песню новую пишете?

– Пишу, – кивнул он. – Про город наш.

Сати улыбнулась. Песни деда Ильи знал и стар и млад, а одна из них даже стала неофициальным гимном города и была гораздо популярнее, чем гимн официальный.

Прихватив груши, Сати пошла вверх по лестнице. На третьем этаже ее поджидал сисадмин.

– Привет, Никита! – Сати прицелилась, бросила огрызок в стоявшую на подоконнике банку с окурками, промахнулась и выругалась. – Ты что на лестнице торчишь? Делать больше нечего, что ли? А сдача газеты как же? Верстка?

– Верстка-шмерстка… Тебя жду, – отозвался сисадмин.

– Меня? А чего тебе надо? Материалы в номер я сдала… Грушу хочешь? Кстати, нашел, что обещал? Помнишь, мы вчера договаривались, что ты в Инете про демонов что-нибудь отыщешь?

– Груши-шмуши… Нашел. – Никита беспокойно оглянулся. – Такое нашел! Потому и жду. Почитаешь сейчас, не до груш будет…

Сати зашла в отдел, отыскала свободное кресло и подкатила к столу Никиты. Тот уставился в монитор и пощелкал мышкой.

– Эта Рэйвин с такими личностями знакомство водит! Как думаешь, не явится она в наш город? Нет? А то знаешь… Вот, почитай-ка, я тут отыскал кое-что…

– Так… – Сати надкусила грушу и впилась глазами в экран. – Это, что ли, про демонов-то? «Они появляются, страшные и косматые, вида вельми безобразного, цвета смуглого и несколько красноватого, с оленьими рогами и когтями грифа. Они ревут, как сбесившиеся быки. Их порывы подобны огню, который ничего не щадит». – Она озадаченно поглядела на Никиту. – Ну и ну… Гадкое, должно быть, зрелище!

– Ты дальше читай, – мрачно сказал сисадмин, вытирая грушу о рукав футболки.

– Дальше… «Может появиться в красивом теле; среднего роста; их вид очарователен и приятен. В окружении резвящихся девушек…» Резвящихся, гм… «Образы, принимаемые демоном в исключительных случаях: король со скипетром, едущий верхом на верблюде». – Сати пожала плечами. – Ну маскировка не очень, прямо скажем. Согласись, если по Красной линии вдруг проедет король верхом на верблюде… как-то слишком вызывающе это будет, а? Сразу менты сбегутся, ОМОН приедет… Не часто же такое увидишь. Это все равно, что памятник генерал-губернатору сойдет с постамента на набережной да и отправится город посмотреть!

– Ну на верблюде – это вряд ли, – проговорил Никита с набитым ртом. – Да и климат у нас тут для верблюдов неподходящий. Надеюсь, что, если эту Рэйвин сюда занесет, дедуля твой быстро с ней разберется. Он же великий маг все-таки… не только бутылки собирать умеет.

– Чего бы ее сюда заносило? – пожала плечами Сати. – А насчет дедули… Не знаю я, что он умеет… одни неприятности из-за него. Мало нам Вечного Странника было, так теперь еще и колдунья…

– Это я старинные рукописи откопал, про демонов-то, – заявил Никита. – Для общего развития, так сказать. Кто предупрежден, тот вооружен!

– Для общего развития? Ничего себе развитие… Дальше: «Есть поверье, что демоны рождаются из ночных кошмаров. Некоторые источники считают, что демоны заполняют пространство между Землей и Луной». Вот это да… сколько же их?