Великолепный любовник - Брук Кристина - Страница 19

Одно хорошо – сюда допускаются исключительно дамы. Во всех остальных местах Джорджи постоянно сталкивалась с Пирсом: на балах, на приемах, на прогулках, на пикниках, везде и всюду.

Смит закрепила тюрбан.

– Готово, мисс Джи. Можете идти. Только осторожно.

– А вы, Смит?

– Я?! – Горничная посмотрела на нее, как на сумасшедшую. – Нет, мисс, мне вовсе не хочется, чтобы какие-то мегеры таскали меня, словно куль с мукой.

– Пожалуй, вы правы. Я тоже начинаю жалеть, что согласилась принять в этом участие.

Придерживая балахон, Джорджи сделала несколько шагов и примостилась на ступенях рядом с сестрой.

Тихая задумчивость Вайолет встревожила Джорджи. О чем и о ком она мечтает? Уж не о Пирсе ли?

– Дорогая, где витают твои мысли?

– А? – встрепенулась Вайолет. – Так, нигде.

Джорджи взяла ее за руку.

– Скажи, милая, у тебя все хорошо? Ты счастлива?

– Счастлива? – удивленно повторила Вайолет. – Наверное, да. Почему ты спрашиваешь?

Джорджи ласково убрала со лба сестры легкий белокурый локон.

– В последнее время ты изменилась, стала такой рассеянной. Мне кажется, тебя что-то беспокоит с тех пор, как ты побывала на маскараде лорда Стейна.

– Господи, при чем тут маскарад? – рассмеялась Вайолет. – Я вовсе не изменилась, просто… Я думала, нельзя ли мне поехать к Лиззи и остаться там до конца лета, пока вы будете гостить у леди Арден.

Джорджи нахмурилась. Лиззи живет в Бате. Если верить слухам, Пирс со дня на день отправится туда дожидаться кончины своей тетушки.

– Но мы собирались обсудить с леди Арден твой дебют в свете. Было бы весьма странно планировать такое ответственное событие без тебя, – Джорджи заметила, что Вайолет погрустнела, и предложила: – Может быть, Лиззи поедет с нами к леди Арден?

Вайолет покачала головой:

– Лиззи скоро выходит замуж за мистера Дарти. Ей надо готовиться к свадьбе.

– Ах да, конечно, – Джорджи слегка замялась, не зная, как спросить о Пирсе, не упоминая его имени. – Тебя не огорчает, что твоя подруга выходит замуж раньше, чем ты, правда?

– Разумеется, нет, – сказала Вайолет и через паузу добавила: – Хотя, согласись, это наводит на мысль, что я уже достаточно взрослая и может найтись джентльмен, который сделает мне предложение.

– Ты имеешь в виду какого-то определенного джентльмена?

– Что ты, конечно нет, – улыбнулась Вайолет и подозрительно быстро отвела взгляд.

Бэкенхем взял список, на составление которого у Лидгейта вместо обещанной недели ушло целых три.

– Фамилии мне известны, но ни с одной из этих девиц я не знаком.

– Откуда же тебе их знать, если последние шесть лет ты жил как отшельник, – сказал Лидгейт. – Почему ты нахмурился? Что-то не так?

– Если не ошибаюсь, в семействе Максвеллов каждый второй – сумасшедший.

– Ничего подобного, – возразил Лидгейт. – Во-первых, не каждый второй. Во-вторых, не сумасшедший, а эксцентричный. Не волнуйся, мисс Дженнифер Максвелл не имеет привычки надевать цветочный горшок вместо шляпы. Ты убедишься в этом, когда познакомишься с ней в Пэтридж-Холле.

– Нет. Она не подходит.

Бэкенхем взял перо и недрогнувшей рукой вычеркнул мисс Максвелл из списка.

– Ты слишком суров, – с упреком произнес Лидгейт. – В конце концов, в каждом семействе есть пара-тройка людей со странностями. Вспомни нашего дядюшку Пембла. По воскресеньям он прятался в клозете, не желая идти в церковь. Тетушка Уинифред всякий раз умудрялась вытащить беднягу, и на церковной службе тот подвывал, заглушая певчих.

Лидгейт тактично не упомянул третьего графа Бэкенхема. Он приходился Маркусу родным дедом, и его безумства нанесли немалый урон состоянию и репутации семьи.

– Лидгейт, я не хочу рисковать. Боюсь, мисс Максвелл не подойдет.

Кузен махнул рукой:

– Ладно, забыли о ней. Как насчет остальных? У тебя есть еще какие-нибудь возражения?

В кабинет вошел Ксавье и со скучающим видом процедил:

– Вы оба все еще здесь?

Бэкенхем взял со стола список.

– Я получил то, что мне нужно, и теперь наконец смогу уехать.

– Что это? – Ксавье выхватил у Бэкенхема листок. – О, я вижу, Лидгейт изрядно потрудился. Однако здесь нет самой очевидной кандидатуры.

Лидгейт насторожился:

– Кого ты имеешь в виду? Надеюсь, не Джорджи Блэк?

– Разумеется, нет. Я имею в виду ее младшую сестру, Вайолет.

– Вайолет Блэк? – изумился Бэкенхем. – Ты спятил? Она еще ребенок.

– Ошибаешься, – Ксавье покачал головой. – Ей почти восемнадцать, и она полная противоположность своенравной старшей сестре. Выйдет в свет в следующем сезоне. Но, думаю, леди Арден согласится оставить ее за тобой.

– Ты говоришь так, словно речь идет не о девушке, а об участке земли, – возмутился Лидгейт.

– Разве тут, – Ксавье пренебрежительно щелкнул пальцем по списку, – перечислены будущие героини любовного романа? Мне показалось, Бэкенхем исповедует сугубо деловой подход к браку. Если это не так, прошу простить мне мои неизящные выражения.

Бэкенхем молчал, смутно припоминая тихую светловолосую девочку, игравшую в куклы в Кловерли-Мэнор много лет тому назад. Пусть сейчас она подросла, но жениться на ней? Что за мысль!

– Нет. Она слишком молода для меня.

– Ты знаешь, что она наследует Кловерли? – спросил Ксавье.

Бэкенхем знал. Он всегда относился к Кловерли с особым интересом, потому что когда-то эти земли принадлежали его семье. Дед Бэкенхема проиграл крупную сумму деду Джорджи и уплатил долг, отрезав кусок от своих владений.

Бэкенхем считал себя обязанным сделать все, чтобы вернуть утраченное. В свое время ради этого он сделал предложение Джорджи. Теперь поместье отошло к Вайолет. Если она выйдет замуж за кого-то другого, Кловерли будет потеряно навсегда.

Конечно, у Бэкенхема более чем достаточно средств и собственности. Он не искал невесту с приданым, но Кловерли… Надо быть полным идиотом, чтобы не глядя упустить такую возможность. Правда, он никак не мог забыть Джорджи, но ведь та дважды отвергла его, не так ли?

– Я уже говорил: мне все равно, на ком ты женишься, – продолжил Ксавье. – Но по моим сведениям, младшая мисс Блэк как нельзя лучше соответствует заявленным тобой требованиям. Если хочешь, я сам договорюсь с леди Арден. Посмотри. Понравится – прекрасно, не понравится – откажешься.

– Хорошо, – решился Бэкенхем. – Внесем мисс Вайолет Блэк в список. Спасибо за совет.

Ксавье пристально посмотрел на него:

– Я бы сказал, что рад быть полезным, если бы не чувствовал себя, как посредник в торговле недвижимостью.

Он усмехнулся, отвесил иронический поклон и направился к двери.

– Знаешь, Лидгейт, я с нетерпением жду того дня, когда нашему великолепному маркизу Стейну придется задуматься о вступлении в брак, – заметил Бэкенхем.

Ксавье обернулся:

– Как мило, что ты беспокоишься о моем будущем. Однако смею уверить, когда настанет тот день, о котором ты говоришь, я найду себе невесту без посторонней помощи.

Он ехидно улыбнулся и вышел из кабинета.

– Вообрази, что ждет бедняжку, – с нарочитым ужасом произнес Лидгейт. – Она зачахнет рядом с этим бесчувственным змеем.

– Интересно, почему Монфор никогда не пытался его женить?

На этот вопрос не мог ответить даже Лидгейт.

– Давай вернемся к нашему предприятию. Обсудим план действий.

Бэкенхем вздохнул:

– Прямо сейчас?

– А когда? – Лидгейт выложил на стол лист с какой-то схемой. – Смотри, здесь все расписано. Предлагаю начать с Хендона. Там будут присутствовать три девицы из списка, и ты, образно говоря, одним выстрелом убьешь трех зайцев.

– Каких зайцев? То есть каких девиц?

– Мисс Присциллу Трент, мисс Джейн Харроу и леди Элизабет Фэншоу. Я позабочусь, чтобы тебе прислали приглашение.

– Весьма признателен.

– Я не могу отделаться от ощущения, что участвую в фарсе, – задумчиво сказал Лидгейт. – Зачем тебе такой унылый брак? Может, подождем, когда ты кого-нибудь полюбишь?