Игры невидимок - Сербжинская Ирина - Страница 61

Лучник скрипнул зубами:

– Если бы мы могли дотянуться до вожака ваших «волков»… того, что в Доршате… какой долгой была бы его смерть! – Он помолчал, борясь с охватившей его яростью, и продолжил: – Но наш вождь велел пропустить тебя!

Второй гоблин сплюнул себе под ноги.

– Они должны были пройти краем наших земель, Мораг! – прошипел он. – А они поднялись сюда! Только за одно это их головы надо насадить на колья возле жертвенного меча!

Сульг замер. Опустив глаза, он лихорадочно обдумывал услышанное.

– Не могу поверить, что мы пропустим эту мразь через нашу землю, – скрипнул зубами Мораг.

– Приказ Зары! – прорычал лучник. Он опустил лук, Сульг перевел дыхание. Только сейчас он почувствовал, что спина у него взмокла от напряжения. Он быстро глянул в сторону Морага.

Так они ждали норлоков?

Сульг сжал зубы. Будет о чем поразмыслить попозже… если, конечно, это «попозже» наступит.

Кто-то прекрасно был осведомлен о пути, которым идут норлоки.

Орден Невидимых, конечно…

Через «кошачий глаз» узнали, что норлокам пришлось изменить путь и пройти по краю гоблинских владений, и предусмотрительно убедили гоблинов пропустить норлоков, утаив, что одним из них будет Сульг… Но никто не мог предвидеть, что ахтуны загонят норлоков в самое сердце гоблинских земель!

– Без тебя знаю! – рявкнул Мораг. Он уставился ненавидящими глазами на Сульга. – Старейший говорил о двух норлоках. Где второй?! И назови свое имя!

Сульг невольно оглянулся на реку, гоблин-лучник, перехватив взгляд, тотчас спустился на берег и заглянул в воду.

– Здесь труп! – крикнул он. – Убитый норлок!

Глаза Морага вспыхнули. Сульг снова выругался про себя: не иначе, одежда Тальма зацепилась за камень, потому-то течение и не унесло тело. Проклятье!

– Следи за ним! – отрывисто бросил Мораг и направился к воде. Невысокий желтоглазый гоблин медленно подмял кривой меч, уткнув лезвие в грудь норлока, и оскалил зубы.

– Хочешь сбежать, а? Или схватить оружие?! – Он указал взглядом на меч с тремя алыми камнями в рукояти, лежавший на берегу. – Попробуем, кто быстрей!

Мораг отрывисто бросил что-то другому гоблину, тот положил лук на землю и вошел в воду, разглядывая убитого.

Через минуту Мораг вернулся на берег и уставился на Сульга, прищурив глаза:

– Это ты прикончил его? С каких это пор норлоки убивают друг друга?

Желтоглазый гоблин опустил меч и тоже отправился к реке, взглянуть на труп.

Сульг колебался недолго: уж на этот вопрос можно было ответить чистую правду!

– Он предатель. Пришлось от него избавиться.

Гоблин медленно обнажил зубы, недоверчиво щуря глаза.

– Предатель? – повторил он с коротким презрительным смешком. – Ха! Ты тоже предатель, норлок, разве нет?

– Может быть, – надменно произнес Сульг. – Но я предаю по идейным соображениям. А он – за деньги!

– Идейный предатель! – затрясся от смеха гоблин. – Похоже на норлоков! – Внезапно он прекратил смеяться, глаза его вспыхнули ненавистью. – Но вот что я тебе скажу, предатель. Я дам тебе несколько минут, чтобы ты исчез отсюда. Улепетывай быстрее бешеного зайца, иначе я своими руками разорву тебя безо всяких идейных соображений, а старейшему скажу, что вы поубивали друг друга здесь, на берегу!

Сульг поспешно отступил, согнул руки в локтях, положил на воображаемые рукояти, точно ножны висели у него на боку.

Мораг отшатнулся, глаза его сузились, как у кошки.

– Норлоки хватаются за оружие при каждом удобном случае, а? – прошипел он. – Твои невидимые клинки зачарованы? Конечно, я должен был догадаться…

Он осторожно отступил от норлока. Двое других не сводили с Сульга настороженных глаз.

– Магическое оружие, конечно… Я видел убитого. – Быстрый взгляд гоблина метнулся в сторону реки. – Его грудь вскрыта одним ударом… Ни человек, ни норлок не способны на такое! Это твои чародейские мечи дают такую силу…

– Мои хозяева позаботились о безопасности, – пояснил Сульг. Он сделал маленький шажок и очутился рядом с валуном, к которому был прислонен невидимый меч. – Вам приказано пропустить меня?! Тогда дай дорогу – и дело с концом!

Гоблин заколебался.

– Да, старейший говорил, что краем наших земель пройдут два норлока, и приказал не трогать их… Но я чую – что-то не так… Если б было время, я бы заставил тебя сказать правду! – Мораг оскалил зубы. – Ты бы рассказал мне, зачем зашел в гоблинские земли так далеко…

Раздался звук шагов, и еще один гоблин вынырнул из кустов. Он окинул взглядом галечный берег и задержал взгляд на Сульге. В желтых глазах гоблина вспыхнула ярость.

– Норлок? Те, о ком сообщила птица? А где второй? – Он подошел чуть ближе. – Если бы не слово, данное старейшим, я б своими руками свернул ему шею, – прошипел он и накинулся на соплеменников: – Долго вы будете торчать у реки?

– Проваливай! – буркнул гоблин, обращаясь к Сульгу. – И не радуйся, что остался в живых! Рано или поздно ты пойдешь обратно, и тогда… Про обратный путь уговора не было! – Он оскалил зубы.

Мораг бросил взгляд в сторону ивовых зарослей и заторопился.

– Старейший! – сообщил он. – Идет сюда?

– Старейший возвращается с наблюдательного утеса, – сказал желтоглазый гоблин. – В соседней деревне вывесили синий флаг: собираются везти ктухам кожи и шкуры на обмен. Спрашивают, не присоединятся ли воины нашего племени. Зара распорядился вывесить белый – мы согласны.

Сердце Сульга внезапно стукнуло.

– Зара? – переспросил он у гоблина-лучника, который стоял поблизости. – Кто это?

– Старейший гоблин нашего племени, – буркнул тот, не глядя. – Великий вождь. Один из тех, кто уцелел после расправы в Доршате. – Он покосился на Сульга и добавил с вызовом: – Он убил много норлоков под Шармишем!

«Зара», – мысленно повторил Сульг.

Овражник быстро, словно крыса, шмыгнул из-за камня и нырнул под валун, возле которого стоял норлок.

Послышался хруст камней, шорох веток и чей-то негромкий голос. Шаркая ногами, на берег вышел старый гоблин в сопровождении двух воинов, вооруженных изогнутыми мечами.

Мораг торопливо шагнул навстречу.

– Вот тот норлок, о котором говорилось в письме, доставленном птицей, старейший, – почтительно проговорил он. – Ты говорил, что норлоки пройдут внизу, по предгорьям, но этого, – гоблин мотнул головой в сторону Сульга, – мы задержали здесь, на берегу. Зара тяжело оперся на клюку.

Гоблин казался таким же древним, как скалы вокруг. Его лицо, темное, скуластое, было покрыто глубокими морщинами, поперек лба тянулся рубец старого шрама. На руке, которой он сжимал посох, не хватало большого пальца. На запястье виднелась черная татуировка: сплошная линия из точек, убегающая от запястья к локтю, так гоблины вели счет убитым врагам, добавляя после каждой победы еще одну точку.

Длинная рубаха из выделанных звериных шкур, доходившая гоблину почти до колен, была расшита узорами из перьев, раковин и кусочков дерева, призванных отпугивать злых духов. На груди, на тонких кожаных шнурках, завязанных особыми священными узлами, висело множество амулетов, выточенных из кости.

– Ты приказал следить за ними издалека. – Мораг явно нервничал из-за того, что старейшина хранит молчание. – Но они зашли в наши земли и подошли почти к деревне! И этот норлок убил своего спутника. – Гоблин махнул рукой в сторону реки, где возле берега все еще колыхалось на воде тело Тальма.

Старый гоблин, навалившись на клюку, молча выслушал рассказ и поднял взгляд на норлока. Сульг увидел, как зрачки желтых глаз начали медленно расширяться. По его спине поползли мурашки. Казалось, целую вечность Зара смотрел на него, затем перевел взгляд на тело, плавающее в воде, и снова уставился под ноги, беззвучно шевеля губами. Рука его, сжимавшая клюку, дрожала.

Гоблины молча ждали, глядя на старейшину, наконец, лучник, кашлянув, осмелился прервать молчание. Он переступил с ноги на ногу, хрустнув галькой, и неуверенно проговорил: