Игры невидимок - Сербжинская Ирина - Страница 43

Норлок настороженно следил за вирами. Чтобы убивать, им не нужно было оружие, тем не менее один из них держал меч – старый, сточенный, с зазубренным темным лезвием. Сульг отметил это мельком, не задаваясь вопросом, из чьих рук вырвал его вир: и так было ясно, что хозяин лежит где-нибудь со вспоротым животом.

Отчаяние и жалость шевельнулись в сердце, никогда еще норлокам не доводилось проливать кровь вир. Но уже в следующее мгновение Сульг отбросил эти мысли и нанес первый удар.

Оборотничество давало вирам силу, ловкость и реакцию диких зверей. Вир было всего трое, но они перемещались так стремительно, что казалось – их гораздо больше. Они умудрялись возникать одновременно и слева, и справа, и впереди, и, что хуже всего, сзади. Сульг вспомнил это качество вир и лихорадочно пытался к нему приспособиться. В конце концов, каким бы сильным и ловким ни был оборотень, пытающийся достать норлока зазубренным лезвием, ему нечасто приходилось пользоваться оружием. Сульг выбил меч из его руки и одним ударом прикончил оборотня. Другой вир метнулся к нему, словно кошка, норлок отпрянул, с силой выдернул лезвие, застрявшее в груди убитого, настороженно следя за противником; изготовившийся к прыжку оборотень способен убивать голыми руками, именно по этой причине виры редко и неохотно пользовались мечами.

Пронзительный визг Румиты заставил Сульга бросить быстрый взгляд в сторону.

Девушка отчаянно размахивала палкой: было совершенно ясно, что ни опыта, ни умения у нее не было, и только чудом ей пока что удавалось держать оборотня на расстоянии. Другой вир воспользовался тем, что норлок на мгновение отвел глаза, бросился вперед и нырнул под руку Сульга. Свистнул меч, вспыхнули алые камни – вир легко увернулся, уходя от удара, и в это мгновение снова раздался визг девушки.

– Румита! – закричал Сульг, пытаясь не выпускать из поля зрения вира. – Не подпускай его близко!

Но вместо того чтобы напасть на норлока, вир метнулся в сторону и серой тенью заскользил туда, где под сосной валялся скомканный; плащ Сульга. Норлок бросился к девушке.

Смелости, чтобы атаковать самой, у нее, конечно, не было и в помине. Румита изо всех сил махала палкой, крепко зажмурившись от страха. Вир легко преодолел жалкую защиту и вцепился девушке в горло. Она пыталась вырваться из цепких рук, но внезапно глаза ее распахнулись в изумлении – Румита остолбенела. Она, конечно, слышала об умении оборотней мгновенно принимать чужой облик, но никогда еще гадалке из Доршаты не приходилось видеть магию вир в действии. Потрясенная Румита внезапно увидела перед собой самое себя, ноги ее подкосились, и, если б вир не продолжал держать девушку, она рухнула бы на землю: перевоплощение всегда производило на людей сильнейшее впечатление.

Сульг мельком отметил, что вир перевоплотился мгновенно, значит, был уже взрослым, молодые тратили на это не меньше минуты-двух. Норлок схватил его за шиворот и рванул к себе. Лезвие стремительно прошло сквозь тело, жизнь и магия покинули вира. Сульг вытащил меч и отшвырнул оборотня в сторону.

Долю секунды Румита стояла неподвижно, уставившись на труп, и вдруг, сорвавшись с места, кинулась бежать прочь, с треском продираясь сквозь заросли. Сульг мельком глянул ей вслед, затем отыскал взглядом последнего вира. Кровь застыла в жилах норлока: оборотень искал меч Фиренца. Пока что он не видел его, наложенные драконом заклятия делали клинок невидимым, но вир определенно чуял магию, и это приводило его в сильнейшее беспокойство. Сульг бросился к пригорку под сосной, туда, где, сузив дымчатые глаза, замерев, стоял оборотень, улавливая легчайшее дуновение волшебства, исходящее от меча. Чары меча не позволили бы взять его никому, кроме хозяина, но сейчас, ощущая бешеную магию вира, норлок впервые усомнился в этом. Стоит оборотню случайно задеть клинок, и силой собственной магии он невольно вполне сможет сделать меч видимым. Не исключено, что на какое-то мгновение он сможет подчинить его себе, и тогда…

Сульг задержал дыхание: против собственного зачарованного меча в руках вира-мага ему не выстоять.

Вир перетекал с места на место, забыв обо всем на свете, скаля зубы и щуря глаза, близкое присутствие сильного магического источника будоражило его. Сульг замер, неотрывно следя за виром, и в то мгновение, когда тот на секунду замер, в воздухе блеснуло лезвие, и брошенный меч вошел в грудь оборотня. Вир упал рядом с невидимым мечом, словно пытаясь разглядеть его незрячими мертвыми глазами.

Некоторое время Сульг стоял неподвижно, глядя на убитых и не чувствуя ничего, кроме усталости и горечи. Он направился к пригорку, но успел сделать лишь несколько шагов, когда за спиной раздался короткий рык и чье-то тяжелое тело повисло на плечах. Норлок не заметил, когда еще один вир, четвертый, появился из кустов, и сейчас, рухнув на землю и пытаясь отодрать от себя вцепившегося мертвой хваткой оборотня, проклинал себя за оплошность. В следующее мгновение вир перевоплотился. Сульг ожидал этого, но все же на долю секунды опешил: каждый раз перевоплощение поражало так же сильно, как и вначале. Он глядел в свои глаза, темно-серые, полные ярости, видел собственное лицо, искаженное усилием борьбы. Но уже в следующую секунду наваждение исчезло. Сульг оттолкнул оборотня и попытался вытащить нож, пальцы скользнули по рукояти, но тут же бессильно разжались – вир стиснул его руку с такой силой, что, казалось, вот-вот раздробит запястье.

А мгновение спустя норлок почувствовал еще кое-что.

Магия вира хлынула сплошным потоком, словно горная Савина, что, сорвавшись с вершины, сметает все на своем пути. Невозможно было сопротивляться такой силе, Сульгу казалось, что он слышит, как хрустят его кости, как бурлит кровь в жилах, грозя вот-вот вскипеть, чувствовал, как застрял в легких воздух, внезапно ставший густым и обжигающим. По телу прокатилась дрожь, предвестница смерти. Вдруг вир дернулся, изо рта его хлынула кровь, заливая лицо норлока. В доли .секунды произошло обратное перевоплощение. Сульг столкнул тяжелое тело и сел, кашляя и отплевываясь от чужой крови, пытаясь отдышаться. Он вытер лицо рукавом и поднял голову: рядом стояла Румита, бледная и решительная, с его собственным мечом в руке. Мгновение Сульг смотрел на девушку, словно стараясь вспомнить, кто это, потом тряхнул головой и поднялся. Взгляд гадалки оставался настороженным, лезвие клинка целилось в сердце норлока.

– Молодец, – сказал Сульг, внимательно следя за каждым ее движением, затем улыбнулся и осторожно протянул руку. Румита поколебалась и неохотно отдала меч. Сульг прошелся по поляне, осмотрел трупы, добил одного из вир и вернулся к повозке. Рядом с колесами лежал оборотень, убитый гадалкой. Норлок склонился над телом, разглядывая, затем перевернул на спину и присвистнул. Румита нанесла свой неумелый удар с такой силой, что меч, войдя в спину виру, прошел его насквозь и пробил грудную клетку.

– Еще немного, и ты прикончила бы меня вместе с ним, – заметил норлок. Он поймал испуганный взгляд девушки и поспешил добавить: – Ну, ничего, все обошлось. Спасибо за помощь. Честно говоря, я думал, что ты убежала.

– Но я же вернулась! – резко ответила Румита, сердито блеснув глазами. – Хотя могла бросить тебя здесь вместе с вирами!

– Ладно. – Он положил меч в траву рядом с клинком Фиренца. – Вернулась – и хорошо. Займемся делом, надо убрать тела…– Он не договорил.

Глаза Румиты расширились:

– Что? Снова виры?

Сульг отрицательно мотнул головой, прислушиваясь. Кто-то мчался по заброшенной дороге, не жалея лошадей.

– Нет. Я слышу топот копыт, а виры не ездят верхом, лошади их боятся. Это патруль или почтовая служба. – Норлок окинул взглядом поляну и вдруг крикнул: – Быстро! Затаскивай убитых в кусты!

Он ухватил за шиворот труп и поволок в заросли. Румита. пересиливая страх и отвращение, с трудом потащила за ноги другого вира, стараясь не касаться мертвого тела.

– Зачем? – растерянно спросила она. – Зачем это делать?

– Шевелись! – рявкнул Сульг. – Живее! Я – простолюдин, фермер, неужели не понятно? У любого человека возникнут вопросы, как обычный огородник уложил четырех виp! А уж когда увидят раны от меча, то и вопросов не останется!