Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Ирано-таджикская поэзия

Рудаки Абульхасан

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Ирано-таджикская поэзия - Рудаки Абульхасан - Страница 37

Изменить размер шрифта:

ПОСЕЩЕНИЕ ГЛУХИМ БОЛЬНОГО СОСЕДА

«Зазнался ты! – глухому говорят.-

Сосед твой болен много дней подряд!»

Глухой подумал: «Глух я! Как пойму

Болящего? Что я скажу ему?

Нет выхода… Не знаю, как и быть,

Но я его обязан навестить.

Пусть я глухой, но сведущ и неглуп;

Его пойму я по движенью губ.

«Как здравие?» – спрошу его сперва.

«Мне лучше!» – воспоследуют слова.

«И слава богу! – я скажу в ответ.-

Что ел ты?» Молвит: «Кашу иль шербет».

Скажу: «Ешь пищу эту! Польза в ней!

А кто к тебе приходит из врачей?»

Тут он врача мне имя назовет.

Скажу: «Благословляй его приход!

Как за тебя я радуюсь, мой друг!

Сей лекарь уврачует твой недуг».

Так подготовив дома разговор,

Глухой пришел к болящему во двор.

С улыбкой он шагнул к нему в жилье,

Спросил: «Ну, друг, как здравие твое?»

«Я умираю…» – простонал больной.

«И слава богу!»-отвечал глухой.

Похолодел больной от этих слов,

Сказал: «Он – худший из моих врагов!»

Глухой движенье губ его следил,

По-своему все понял и спросил:

«Что кушал ты?» Больной ответил: «Яд!»

«Полезно это! Ешь побольше, брат!

Ну, расскажи мне о твоих врачах».

«Уйди, мучитель,- Азраил в дверях!»

Глухой воскликнул: «Радуйся, мой друг!

Сей лекарь уврачует твой недуг!»

Ушел глухой и весело сказал:

«Его я добрым словом поддержал.

От умиленья плакал человек:

Он будет благодарен мне весь век».

Больной сказал: «Он мой смертельный враг,

В его душе бездонный адский мрак!»

Вот как обрел душевный мир глухой,

Уверенный, что долг исполнил свой.

СПОР О СЛОНЕ

Из Индии недавно приведен,

В сарае темном был поставлен слон,

Но тот, кто деньги сторожу платил,

В загон к слону в потемках заходил.

А в темноте, не видя ничего,

Руками люди шарили его.

Слонов здесь не бывало до сих пор.

И вот пошел средь любопытных спор.

Один, коснувшись хобота рукой:

«Слон сходен с водосточною трубой!»

Другой, пощупав ухо, молвил: «Врешь,

На опахало этот зверь похож!»

Потрогал третий ногу у слона,

Сказал: «Он вроде толстого бревна».

Четвертый, спину гладя: «Спор пустой -

Бревно, труба… он просто схож с тахтой».

Все представляли это существо

По-разному, не видевши его.

Их мненья – несуразны, неверны -

Неведением были рождены.

А были б с ними свечи – при свечах

И разногласья не было б в речах.

РАССКАЗ ОБ УКРАДЕННОМ ОСЛЕ

Внемлите наставлениям моим

И предостережениям моим!

Дабы стыда и скорби избежать,

Не надо неразумно подражать.

В суфийскую обитель на ночлег

Заехал некий божий человек.

В хлеву осла поставил своего,

И сена дал, и напоил его.

Но прахом станет плод любых забот,

Когда неотвратимое грядет.

Суфии нищие сидели в том

Прибежище, томимые постом,

Не от усердья к богу – от нужды,

Не ведая, как выйти из беды.

Поймешь ли ты, который сыт всегда,

Что иногда с людьми творит нужда?

Орава тех голодных в хлев пошла,

Решив немедленно продать осла.

«Ведь сам пророк – посланник вечных сил

В беде вкушать и падаль разрешил!»

И продали осла, и принесли

Еды, вина, светильники зажгли.

«Сегодня добрый ужин будет нам!» -

Кричали, подымая шум и гам.

«До коих пор терпеть нам,- говорят,-

Поститься по четыре дня подряд?

Доколе подвиг наш? До коих пор

Корзинки этой нищенской позор?

Что мы, не люди, что ли? Пусть у нас

Веселье погостит на этот раз!»

Позвали – надо к чести их сказать -

И обворованного пировать.

Явили гостю множество забот,

Спросили, как зовут и где живет.

Старик, что до смерти в пути устал,

От них любовь и ласку увидал.

Один бедняге ноги растирал,

А этот пыль из платья выбивал.

А третий даже руки целовал.

И гость, обвороженный, им сказал:

«Коль я сегодня не повеселюсь,

Когда ж еще, друзья? Сегодня пусть!»

Поужинали. После же вина

Сердцам потребны пляска и струна.

Обнявшись, все они пустились в пляс.

Густая пыль в трапезной поднялась.

То в лад они, притопывая, шли,

То бородами пыль со стен мели.

Так вот они, суфии! Вот они,

Святые. Ты на их позор взгляни!

Средь тысяч их найдешь ли одного,

В чьем сердце обитает божество?

Придется ль мне до той поры дожить,

Когда без притч смогу я говорить?

Сорву ль непонимания печать,

Чтоб истину открыто возглашать?

Волною моря пена рождена,

И пеной прикрывается волна.

Так истина, как моря глубина,

Под пеной притч порою не видна.

Вот вижу я, что занимает вас

Теперь одно – чем кончится рассказ,

Что вас он привлекает, как детей

Торгаш с лотком орехов и сластей.

Итак, мой друг, продолжим – и добро,

Коль отличишь от скорлупы ядро!

Один из них, на возвышение сев,

Завел печальный, сладостный напев.

Как будто кровью сердца истекал,

Он пел: «Осел пропал! Осел пропал!»

И круг суфиев в лад рукоплескал,

И хором пели все: «Осел пропал!»

И их восторг приезжим овладел.

«Осел пропал!» – всех громче он запел.

Так веселились люди до утра,

А утром разошлись, сказав: «Пора!»

Приезжий задержался, ибо он

С дороги был всех больше утомлен.

Потом собрался в путь, во двор сошел,

Но ослика в конюшне не нашел.

Раскинув мыслями, решил: «Ага!

Его на водопой увел слуга».

Слуга пришел, скотину не привел.

Старик его спросил: «А где осел?»

«Как где? – слуга в ответ.- Сам знаешь где

Не у тебя ль, почтенный, в бороде?!»

А гость ему: «Ты толком отвечай,

К пустым уверткам, друг, не прибегай!

Осла тебе я поручил? Тебе!

Верни мне то, что я вручил тебе!

Да и слова Писания гласят:

«Врученное тебе отдай назад!»

А если ты упорствуешь, так вот -

Неподалеку и судья живет!»

Слуга ему в ответ: «При чем судья?

Осла твои же продали друзья!

Что с их оравой мог поделать я?

В опасности была и жизнь моя!

Когда оставишь кошкам потроха

На сохраненье, долго ль до греха!

Ведь ослик ваш для них, скажу я вам,

Был что котенок ста голодным псам!»

Суфий слуге: «Допустим, что осла

Насильно эта шайка увела.

Так почему же ты не прибежал

И мне о том злодействе не сказал?

Сто средств тогда бы я сумел найти,

Чтоб ослика от гибели спасти!»

Слуга ему: «Три раза прибегал,

А ты всех громче пел: «Осел пропал!»

И уходил я прочь, и думал: «Он

Об этом деле сам осведомлен

И радуется участи такой.

Ну что ж, на то ведь он аскет, святой!»

Суфий вздохнул: «Я сам себя сгубил,

Себя я подражанием убил

Тем, кто в душе убили стыд и честь,

Увы, за то, чтоб выпить и поесть!»