Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Ирано-таджикская поэзия

Рудаки Абульхасан

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Ирано-таджикская поэзия - Рудаки Абульхасан - Страница 23

Изменить размер шрифта:

ЧЕМ ЛОТОС ГОЛУБОЙ ВИНОВЕН…

Чем лотос голубой виновен,- чем небосвод лазурный плох.

Ты, обвинитель, голословен,- упрямец к разуму оглох!

Нет, небосвод тобой не занят! Ему земное не под стать…

Познавший истину не станет незнающего упрекать.

Скинь со спины поклажу долга, по чести действовать учась.

Зачем откладывать надолго? Срок правосудию – сейчас!

Как счастья выпросишь у неба и счет предъявишь бытию,

Когда во мрак уводишь слепо звезду счастливую свою.

О человек! Ты разве ликом подобен ангелу? – Отнюдь!

В благотворении великом подобен ангелу пребудь.

В новруза день благоуханный в степи ты видишь неспроста,

Как распускаются тюльпаны, и каждый – яркая звезда!

Тюльпан блистающий, ликуя, звезде подобен почему? -

Он принял форму не другую, а ту, что надобна ему.

А ты, разумный, почему же не подражаешь тем, кто прав,

И образы берешь похуже, высокоправных не признав?

Нарцисса золото червонно и серебро его бело,-

Как Искандарова корона, земли созданье расцвело!

И померанец благовонный подобен царскому венцу,-

Плодами, цветом, пышной кроной он славе цезарской к лицу.

По гордый тополь жаждал славы и свысока на мир глядел,-

Он прогадал – сереброглавый: ему – бесплодия удел.

А ты,- когда венцом господства твоя прельстилась голова,-

Ищи с достойнейшими сходства, пойди в учение сперва!

Дерев бесплодных древесину сожгут, и кончено для них.

И в том бесплодие повинно,- судеб не может быть иных.

Но если знание завяжет плоды на дереве твоем,

Тебе и небо честь окажет: в плодах мы солнце познаем.

Не ошибись, о брат, считая труд стихотворца баловством!

Затея, думаешь, простая писать о сложном и простом.

Ремесла праведные эти благой указывают путь:

Тебе на том – не здешнем – свете за них причтется что-нибудь

Занятия почтенны эти, благоразумен книжный труд:

За них на том – не здешнем – свете подарки сладостные ждут.

Но если, добрый мастер слова, ты стихотворцем вздумал стать,

Ты не завидуй, что другому – быть музыкантом благодать!

Где восседать певцу в обычай, тебе не место ни на миг,

Не похваляйся глоткой бычьей, укороти-ка свой язык!…

Но есть опасность и другая… Доколе будешь ты опять,

Тысячекратно повторяя, «тюльпан» и «пальму» восхвалять.

«Явитесь, розовые щеки и стан красавицы, скорей!

Луноподобный лик жестокий и амбра черная кудрей!»

Так льешь потоки славословий на мир невежества и зла -

На тех, кто всюду наготове творить бесчинства без числа!

Нам всем их прихоти знакомы,- так для чего тебе, скажи,

Стихами прославлять законы корыстолюбия и лжи.

Обманов бездну не измеря, ты, очевидно, слишком прост!

Ложь – достояние безверья, бесчестьем пущенное в рост.

Невежд учение излечит. А я… Я – тот, благодари,

Кто перед свиньями не мечет свой жемчуг, о язык «дари»!

ШАТЕР НЕБЕС

О, доколе кружиться тебе надо мной

Днем и ночью, высокий шатер голубой?

Мчась, как бешеный конь, ты полвека меня

Обещаньем надежды влечешь за собой.

Мать ты многих и многих. Но дети твои

В униженья повергнуты, в горе тобой.

Беспредельны твои вероломство и зло.

Устыдись своей лживой природы кривой!

Мать какая и где еще, кроме тебя,

Для детей своих участи хочет худой?

Осыпаешь ты сахаром яд. Тростником

Накрываешь глубокую яму с водой.

Вот каков этот мир!! Лишь дорогой добра

Невредимо пройдешь над его западней.

В Зенд Авесте написано: гибели злых

Все их злые деяния будут виной.

Так бывает: кто яму копает другим,

В эту яму и сам попадает порой.

Если б я злодеяния не совершил,

Я бы не был в оковах, в темнице глухой.

Но доколе же своду тюрьмы тяготеть

Над твоей благородной и мудрой душой?

Поступай, как тебя наставляет худжат,

О мудрец, берегись этой бездны мирской.

Этот мир – безрассудный, бессмысленный див,

Ты один на один с этой силой слепой.

Если хочешь безумного ты укротить,

Знаний крепкий аркан ты имей под рукой.

Удались от злодеев, чтоб не возмутить

Мир душевный раскаяньем, черной тоской!

Что тебе не но нраву, того и другим

Не желай ты – чья жизнь бушевала рекой.

Ты иголку искал, а кетмень потерял,

Для смятенных исход неизбежен такой.

Завтра руки наследников жадных твоих

Достоянье растащат твое меж собой…

Сон тяжелый неведения отгони,

Солнцу знанья навстречу зеницы открой!

Если сам топором ты поранил себя,

Сам своим врачевателем будь, о больной!