Мичман Изи - Марриет Фредерик - Страница 56

— Что делать, Собридж? Послать Тихоню или Гаскойна? Или их обоих? Или никого из них? Если они не справятся с делом и бычки не будут доставлены в Тулон, адмирал им этого не спустит.

— Да, нужно кого-то послать, — ответил Собридж. — Обычно посылают двух офицеров, из которых один занимается приёмкой бычков на палубе, а другой руководит их погрузкой на молу.

— Значит, так тому и быть. Собридж, пошлите их двоих, но сперва строго им внушите, как себя вести.

— Я думаю, что им не удастся выкинуть там какой-нибудь шалости, — возразил Собридж. — Тетуан — такая дыра, что они будут без ума рады вырваться оттуда.

Джек и Гаскойн почтительно выслушали всё, что сказал им капитан Собридж, обещали вести себя должным образом, получили письмо к вице-консулу Тетуана и отправились со своими гамаками и сундучками на борт брига «Мэри-Энн», судна двухсот шестидесяти тонн водоизмещения, зафрахтованного правительством как транспорт. Когда Джек и Гаскойн прибыли на судно, шкипер и его команда были заняты подъёмом якоря, готовясь покинуть борт. Шкипер транспорта поднялся на корму, чтобы встретить их. Это был низенький рыжий молодой человек с широкими плечами и широкими ладонями, похожими на ласты черепахи. У него было круглое веснушчатое лицо, на котором пуговкой торчал маленький курносый нос. Но если его лицо не отличалось красотой, зато являло отменное добродушие. Когда гамаки и сундучки мичманов были водворены на палубу, он объявил, что как только якорь будет поднят, а паруса поставлены, он угостит их бутылочкой портера. Джек предложил ему поступить наоборот: сперва поставить им портер, а потом поставить паруса, и таким образом они сэкономят время, потому что они будут поднимать бокалы, пока он будет поднимать якоря.

— Время вы, может быть, и сэкономите, но не портер, — возразил шкипер. — Однако ладно, вы его сейчас получите.

Он кликнул юнгу, велел ему принести бутылку портера и ушёл на бак. Джек приказал юнге вынести на палубу два стула, поставил бутылку на крышку люка, и оба мичмана удобно устроились рядом. Как только якорь подняли, транспорт вышел из порта под фор-марселями, поскольку на судне не хватало людей — они в это время занимались креплением якоря. Транспорт прошёл мимо «Гарпии», и капитан Собридж, видя, как наши мичманы вовсю наслаждаются жизнью за бутылкой вина, развалившись на стульях и задрав ноги на люк, испытал сильное желание остановить судно и вернуть мичманов, но кого другого он мог послать? Поэтому он отвернулся и пошёл по своим делам, бурча себе под нос: «Ну, будет ещё одна историйка для губернатора. Чтоб мне провалиться тут, если я ошибаюсь!».

Как только все паруса были поставлены, шкипер по фамилии Хрякк подошёл к мичманам и справился, как им понравился портер, на что Джек ответил, что по первой бутылке судить трудно, — «так что, капитан Хрякк, мы вас побеспокоим насчёт второй», — после чего последовала очередь третьей, затем попросили четвёртую, чтобы выпить за его здоровье, затем и пятую, чтобы выпить вместе, и наконец, шестую, чтобы довести счёт до полудюжины. К тому времени они почувствовали лёгкое головокружение и сонливость, поэтому завалились в гамаки, приказав капитану Хрякку смотреть в оба и не будить их ни под каким предлогом.

На следующее утро мичманы проснулись поздно. Дул лёгкий попутный бриз. Они попросили капитана Хрякка не стесняться с расходами, так как они заплатят за всё, что съедят и выпьют, как и за все услуги, которые он окажет им, пообещав расплатиться по прибытии в Тетуан.

Получив такое обещание да ещё звание капитана в придачу, польстившее самолюбию шкипера, мистер Хрякк, добродушный и покладистый малый, позволил нашим мичманам делать всё, что им было угодно. К тому же Джек бросил дублон матросам, чтобы они выпили за его счёт в Тетуане, отчего все матросы пришли в восторг и пожелали Джеку «царствовать им на славу», и нужно признать, что царствие Джека было «счастливым и славным», хотя и коротким. Наконец они прибыли в Тетуан, и наши неразлучные друзья отправились на берег к вице-консулу в сопровождении капитана Хрякка. Они предъявили ему свои верительные грамоты и потребовали бычков. Вице-консул был очень молод, низенького роста, худенький и блондинистый. Свою должность он получил в наследство от отца, потому что никто другой не польстился на неё. Тем не менее мистер Мужлант считал её очень высокой и почётной, а свою персону — важной и ответственной. Однако в данный момент должность приносила ему довольно мало доходов, хотя у него на руках была многочисленная семья, не считая сестры, которая, будучи единственной англичанкой в городке, являлась здесь законодательницей мод и объектом поклонения морских офицеров с судов, заходивших в Тетуан время от времени за грузом бычков. Но мисс Мужлант в сознании своей исключительности отказала поочерёдно трём мичманам, штурманскому помощнику и казначею: африканские бычки были в избытке, а английские дамы — в дефиците. Кроме того, у неё самой было небольшое состояние, а именно: триста долларов в холщовом мешочке, полученных в наследство от отца, которыми она могла распоряжаться по своему усмотрению. Мисс Мужлант очень походила на своего брата, только была приземистее и светлее цветом волос, у неё были довольно приятные черты лица и очень белая кожа.

Как только предварительные переговоры были закончены и стороны пришли к соглашению, мистер Мужлант попросил их пройти из комнатушки с голыми стенами, которую вице-консул величал своей «канцелярией», в гостиную, где он представил гостям свою сестру. Мисс Мужлант вздёрнула носик при виде двух мичманов, но милостиво улыбнулась капитану Хрякку: она-то уж разбиралась в сравнительных достоинствах званий мичмана и капитана. Спустя некоторое время она попросила мистера Хрякка оказать им честь отобедать у них и разрешила ему привести с собой своих мичманов. Джек и Гаскойн переглянулись и прыснули, после чего мисс Мужлант хотела было отменить вторую часть своего приглашения. Выйдя из дома, они отправили капитана на судно, чтобы он занялся там приготовлениями, а сами отправились бродить по улицам городка. Заглянув во все его закоулки и досыта наглазевшись на арабов, мавров и евреев, они вернулись на пристань, где им повстречался капитан Хрякк, который заявил, что ему ничего не удалось сделать, поскольку все матросы пьяны в стельку на дублон Джека. На что Джек заметил, что дублона им хватит ненадолго, и чем скорее они его пропьют, тем лучше. Потом они вернулись в канцелярию вице-консула и попросили его закупить партию домашней птицы, двадцать баранов и другие продукты, какие только можно достать в городке, ибо, как сказал Джек, они не собираются себе ни в чём отказывать, плывя в Тулон, а всё, что останется, пойдёт в подарок адмиралу. Таким образом, прежде чем расстаться с Тетуаном, Джек хотел ещё раз проверить жизнью философию отца.

Получив такой щедрый заказ, оплаченный кругленькой суммой, из которой вице-консул прикарманил не менее трети, мистер Мужлант счёл своим долгом отблагодарить Джека и пригласить обоих мичманов и капитана Хрякка в свой дом на тот срок, пока их судно стоит в гавани. После обеда у вице-консула Джек отправил капитана на судно, чтобы тот привёз их пожитки в дом мистера Мужланта. Поскольку вся процедура закупки и погрузки бычков на транспорт обычно занимала не менее трёх недель, наши мичманы решили остаться на берегу на этот срок в надежде, что им найдётся какое-нибудь занятие, а если и не найдётся, то не беда.

Итак, они расположились в апартаментах вице-консула, послав за портером и другими продуктами, которых нельзя было раздобыть в городке. В доказательство того, что он не обманщик, каковым его посчитал капитан Хамлоу, Джек вручил шкиперу Хрякку сотню долларов в счёт причитавшейся тому суммы, так как шкипер располагал большими запасами портера и других деликатесов, доставленных им из Англии на распродажу по случаю. Все эти вещи поступили в кладовые мистера Мужланта и поставлялись на общий стол, а поскольку вице-консул не только нагрел их на сделке, но и стал пользоваться их щедротами во время совместных трапез, он стал очень гостеприимным и все в его доме были готовы к услугам, кроме мисс Джулии: она воротила нос от наших мичманов, хотя и обоняла им запах пищи, приготовленной за их счёт. Однако она вертелась мелким бесом перед капитаном Хрякком, который в свою очередь был отчаянно влюблён в неё. Итак, штурман и матросы вертелись на работе, подготавливая судно к приёму бычков, капитан Хрякк вертелся вокруг мисс Мужлант, только Джек и Гаскойн предпочитали вертел с жареным мясом и бутылочку вина к нему. Так прошла первая неделя.