Блеф - Ковер Артур Байрон - Страница 66

– Могу я предложить вам выпить? – спросил скрытый капюшоном человек. Он прошел к бару в углу офиса и налил бренди.

– Нет, – отказался Том. Выпивка действовала на него плохо, он слишком быстро хмелел. А сегодня ему нужна была ясная голова. Кроме того, пить через лягушачью маску было совсем дерьмово.

– Скажите, если передумаете. – Взяв небольшой бокал, Даттон прошел через комнату и уселся за старинный стол на львиных лапах. – Присаживайтесь, пожалуйста, вы выглядете словно не в своей тарелке, когда так стоите.

Том не слушал. Его внимание было приковано к столу. На нем покоилась голова.

Даттон заметил его интерес и обернулся. Лицо было замечательно красивым, но… о, господи, эти прекрасные черты застыли с широко открытым от удивления ртом. Вместо волос на макушке черепа была установлена панель приборов из пластика с зеркальной антенной РЛС. Пластик треснул. Чернели поврежденные полуоплавленные кабели. Они свисали с грубо обрубленной шеи.

– Это же Модульный Человек, – ахнул Том в ужасе. Он молча опустился на край стула с дощатой спинкой.

– Только его голова, – уточнил Даттон.

Должно быть, это восковая копия, пытался убедить себя Том. Он протянул руку и дотронулся до головы. Нет, это не воск.

– Конечно, нет, – прочел его мысли Даттон. – Она настоящая. Мы выкупили ее у одного из уборщиков посуды в ресторане «Козырные тузы». Не скрою, это обошлось нам в кругленькую сумму. Наша диорама демонстрирует нападение Астронома на «Козырные тузы». Вы наверняка помните, что Модульный Человек был уничтожен в результате этой разборки. Его голова придает некоторую правдоподобность нашей выставке, вы так не считаете?

От подобной точки зрения Тома затошнило.

– А вы что, тело Малыша Динозавра тоже планируете выставить? – спросил он раздраженно.

– Малыш был кремирован, – абсолютно буднично ответил Даттон. – Нам известно из достоверных источников, что в морге подменили некоего Джона Доу, очистили его кости с помощью ковровых кожеедов и продали скелет Майклу Джексону.

Том не нашелся, что сказать на это.

– Вы шокированы, – сказал Даттон. – Этого не случилось бы, если бы вы были джокером под этой маской. Это Джокертаун. – Он поднял руку и откинул капюшон, скрывавший его лицо. На Тома, скалясь, смотрела сама Смерть; темные глаза в глубоких провалах под тяжелыми надбровными дугами, грубая желтоватая кожа была натянута на лицо, лишенное носа, губ и какого-либо волосяного покрова, зубы обнажились в гримасе, отдаленно напоминавшей улыбку. – Когда живешь здесь достаточно долго, уже ничего не шокирует, – сказал Даттон. Он снова милосердно накинул капюшон на лицо живого скелета, но Том чувствовал на себе тяжесть его взгляда. – Итак, – продолжил Даттон, – Ксавье Десмонд намекнул, что вы имеете ко мне какое-то предложение. Новый экспонат.

Когда Том был Черепахой, он встречал тысячи джокеров, но всегда на расстоянии, в основном на экранах своих мониторов, под защитой брони. Теперь же он сидел в мрачном подвале один на один с человеком, скелетообразное лицо которого было закрыто капюшоном, – и это было совсем другое дело.

– Ну, да, – ответил он не совсем уверенно.

– Мы всегда готовы приобретать новые экспонаты. Чем необычнее, тем лучше. Дес не склонен преувеличивать. Поэтому, когда он сказал, что вы предлагаете нечто уникальное, я заинтересовался. Уточним, каков этот ваш экспонат?

– Челнок Черепахи, – ответил Том.

Даттон немного помолчал.

– Не копия?

– Оригинал, – ответил Том.

– Челнок Черепахи был уничтожен в последний День Дикой Карты, – заметил Даттон. – Фрагменты извлекли со дна Гудзона.

– Это только один челнок. Были более ранние модели. У меня три из них, включая самую первую. Бронированный корпус «Фольксвагена». Там сгорели некоторые лампы, но в остальном это действующий челнок. Вы могли бы почистить его, поставить мониторы на схемах и извлечь из этого выгоду по максимуму. Берите дополнительную плату с тех, кто желает побывать на борту. Другие два челнока – это просто пустые корпусы, но они все еще могут послужить. Если у вас есть большой зал, можно повесить их под потолком, как самолеты в Смитсоновском институте. – Том подался вперед. – Если вы хотите превратить это место в настоящий музей, вместо безвкусной демонстрации подделок для путешествующих аборигенов вам понадобятся настоящие экспонаты.

Даттон согласно кивнул.

– Интересное предложение. Признаться, я заинтригован. Но построить челнок может кто угодно. Нам понадобится какое-то засвидетельствование подлинности. Не обижайтесь на мой вопрос, но как эти челноки попали вам в руки?

Том замешкался. Ему вовсе не хотелось сорвать сделку, признав, что не может поднять письменный стол, по крайней мере, вне защитной оболочки челнока. Внезапно, словно помимо собственной воли, он произнес:

– Покупайте челноки, а я их подниму и доставлю сюда – все три. – Слова сорвались с его губ совершенно спонтанно и легко, и лишь после того, как они вырвались и уже вибрировали в воздухе, Том осознал, что же он сказал.

Даттон молчал, погрузившись в раздумье.

– Да, пожалуй, мы могли бы заснять, как вы это сделаете, и крутить здесь этот видеосюжет как часть экспозиции. Думаю, это то, что надо для подтверждения ваших способностей. Сколько вы за это хотите?

На мгновение Тома охватила слепая паника. Голова Модульного Человека с грохотом упала на стол Даттона.

– Сто тысяч долларов, – выпалил он. Это было в два раза больше, чем он намеревался попросить.

– Слишком много. Я бы предложилвам сорок тысяч.

– Ни хрена себе! – ответил Том. – Это же уникальный экспонат.

– Точнее, три экспоната, – поправил его Даттон. – Ну, хорошо, могу поднять предложенную сумму до пятидесяти тысяч.

– Да только из-за исторической ценности он стоит больше. Это может придать вашей гребаной лавочке респектабельность. Да у вас тут очередь кругами будет стоять вокруг квартала.

– Шестьдесят пять тысяч, – торговался Даттон. – И боюсь, это мое последнее предложение.

Том поднялся, испытывая одновременно и облегчение, и разочарование.

– Ну, хорошо. Спасибо, что уделили мне время. У вас тут случайно копия Майкла Джексона не завалялась? – Не услышав ответа, он направился к двери.

– Восемьдесят тысяч, – крикнул Даттон вдогонку. Том обернулся. Даттон кашлянул с виноватым видом. – И точка. Действительно, я не могу больше заплатить при всем желании. Пришлось бы избавиться от моих других активов, а я вовсе не готов это сделать.

Том застыл на пороге. Ему почти уже удалось с честью выйти из ситуации, а теперь он снова увяз и не видел никакой возможности выкрутиться без того, чтобы выглядеть полным идиотом.

– Учтите, мне нужна эта сумма наличными.

Даттон хмыкнул.

– А я вовсе и не предполагал, что будет легко уговорить Великую и Ужасную Черепаху принять выписанный чек. Правда, мне потребуется пара недель, чтобы собрать столь значительную сумму, но думаю, я справлюсь. – Человек в капюшоне выбрался из кресла и вышел из-за стола. – Ну что, по рукам?

– Разумеется, – ответил Том, – если добавите к данной сумме эту голову.

– Голову? – в голосе Даттона слышалось удивление, но было заметно, что ситуация его забавляет. – Ностальгия, не так ли? – Он поднял голову Модульного Человека и уставился в пустые застывшие глаза. – Это всего лишь машина, понимаете? Сломанная машина.

– Он был одним из нас, – произнес Том с горячностью, которая удивила даже его самого. – Это неправильно – оставлять его здесь.

– Ох уж эти тузы, – вздохнул Даттон. – Ну что ж, полагаю, мы сможем смастерить восковую копию для диорамы Высших Тузов. Голова будет ваша, как только мы получим челноки.

– Вы их получите, как только у меня в руках будут деньги, – твердо сказал Том.

– Справедливо, – ответил Даттон.

Боже правый,подумал Том , какого черта я приперся сюда и все это замутил?Затем он одернул себя. Восемьдесят тысяч долларов были впечатляющей суммой. Достаточной для того, чтобы выступить в роли Черепахи в последний раз.