Блеф - Ковер Артур Байрон - Страница 120

Андроида охватил холодный ужас. Он никогда не видел своего создателя в таком состоянии.

Травничек продолжал бормотать в том же духе несколько минут. Потом вдруг резко пробудился. Повернулся к Модульному Человеку.

– Я что-то говорил? – спросил он.

Андроид слово в слово повторил все сказанное. Травничек хмуро слушал его.

– Незамкнутые струны, ладно, – сказал он. – Мнимый оператор струн, вот в чем загвоздка. Я ничего не говорил про сигма суб плюс один на два?

– Простите, – ответил андроид.

– Черт с ним, – тряхнув головой, сказал Травничек. – Я физик, а не математик. Слишком переработался. А еще долбаная нога чешется.

Он плюхнулся на раскладушку, уселся поудобнее, снял ботинок и носок. Начал чесать между пальцев.

– Если я смогу вычислить критическую точку кривой эмиссии фермионов, то смогу решить проблему с утечкой энергии при вращении за пределами нормального спектра. Лишенные массы частицы проще, это…

Он перестал говорить и посмотрел на ногу.

Два пальца отвалились от ноги. Из ран обильно сочилась синеватая жидкость.

Андроид смотрел, не веря себе. Травничек закричал.

– Рассматриваемые операторы, – сказал Травничек, – фермионны лишь в двумерном мире, плоской размерности, но не в пространстве-времени размерности Д.

Лежа на носилках в приемном покое клиники имени Ренссэйлер, Травничек снова впал в транс. Модульный Человек раздумывал, не связано ли это с мнимым оператором, который упомянул ранее его создатель.

– Ограничивая спектр областью равной гравитации… удаляем из спектра тахионы…

– Дикая Карта, – сказал Модульному Человеку доктор Финн. Сомнений в этом уже не было. – Но странная. Я не понимаю ее структуры.

Он поглядел на несколько распечаток. Нервно постукивал копытами по полу.

– Тут, похоже, два штамма Дикой Карты.

– Свободный от мнимости расчет светового конуса… инвариантность Лоренца становится применимой…

– Я сообщил Тахиону, – сказал Финн. Он был кентавром, но размером с пони. Человеческая его часть была одета в белый халат, на шее висел стетоскоп. Он снова поглядел на Травничека, а потом на андроида.

– Можете ли вы взять на себя ответственность за этого человека, если мы решим дать ему сыворотку? Вы член семьи?

– Я не могу подписывать официальные бумаги. Я не человек, а искусственный интеллект шестого поколения.

Финн с трудом воспринял это.

– Тогда дождемся Тахиона, – решил он. Раздвинулись пластиковые занавески. Ярко-синие глаза инопланетянина изумленно расширились.

– Ты вернулся.

Модульный Человек понял, что Тахион впервые в жизни так краток. Он был одет в белый халат, поверх которого он надел гусарский ментик с таким количеством золотой шнуровки, что мог бы с легкостью превзойти королевскую гвардию Руритании. Поверх него висел «кольт-питон», на черном поясе с серебряными кончо, отделанными бирюзой.

– Шестизарядник у вас, – сказал Модульный Человек.

Тахион быстро оправился от удивления. Небрежно махнул рукой.

– Тут были… угрозы. Мы справляемся, но я рад, что тебя заново собрали.

– Благодарю вас. Принес вам пациента.

Тахион взял распечатки у кентавра и начал поглядывать.

– Первый случай Дикой Карты за три дня, – заметил он. – Если бы мы могли узнать, где пациент заразился, то смогли бы выследить Кройда.

– Репараметрическая инвариантность бозонной струны! – выкрикнул Травничек. У него на лбу выступил пот. – Сохранение ковариантного критерия!

Тахион продолжал проглядывать распечатки, и его глаза сузились.

– Два штамма Дикой Карты, – сказал Тахион. – Один – изначальный, второй – новый.

Модульный Человек удивленно посмотрел на Тахиона. В его сознании замельтешили вероятности. Травничек был заражен Дикой Картой с самого начала. Его способность построить Модульного Человека была талантом, дарованным ему вирусом, а не врожденной гениальностью.

Тахион поглядел на Травничека.

– Можно пробудить его из этого состояния?

– Не знаю.

Тахион наклонился над носилками и внимательно поглядел на Травничека. Использует силу своего сознания, понял Модульный Человек.

Травничек издал крик и отмахнулся от рук инопланетянина. Сел, глядя прямо перед собой.

– Это та долбаная Лорелея! – сказал он. – Она со мной это сделала, сука. Просто потому, что я не оставил ей чаевых.

Тахион посмотрел на него.

– Мистер, а…

Травничек погрозил пальцем.

– Прекрати петь, когда мы этим занимаемся, говорю, а тогда, может, чаевые оставлю! Кому понравится такой отвлекающий фактор?!

– Сэр, нам нужен список тех, с кем вы контактировали последние пару дней, – сказал Тахион.

По лицу Травничека тек пот.

– Я ни с кем не виделся. Последние три дня был у себя на чердаке. Съел только пару кусков пиццы из холодильника. Это Лорелея, говорю вам! – срываясь на визг, крикнул он. – Она это сделала!

– Вы уверены, что контактировали только с этой Лорелеей?

– Боже, да!

Травничек выставил руку. Он все еще держал в ладони пальцы с ноги.

– Поглядите, что со мной сделала эта сука!

– Вы не знаете, как найти ее? Где она может прятаться?

– «Шангри-ла По Вызову». Они есть в телефонной книге. Просто попросите их прислать ее.

Его глаза запылали яростью.

– Пять баксов на такси!

Финн посмотрел на Тахиона.

– Не мог Кройд за последние три дня превратиться в женщину?

– Вряд ли, но это единственная ниточка, которая у нас есть. Если не выяснится другое, эта Лорелея может дать нам информацию о Кройде. Вызывай Отряд. И полицию.

– Сэр, – ответил Финн и грациозно ускакал за ширму, цокая копытами по кафельному полу. Тахион снова посмотрел на Травничека.

– Вы раньше болели Дикой Картой? Были ли какие-то проявления?

– Нет, конечно, – ответил Травничек, потянувшись к своей босой ноге, но тут же резко отдернул руку.

– Я пальцев на ногах не чувствую. Будь они прокляты!

– Причина, по которой я задал вопрос, сэр… это ваше второе заражение Дикой Картой. У вас было и первое.

Травничек резко поднял голову. Пот каплями полетел на халат Тахиона.

– Какого черта вы несете, первое заражение? Ничего такого у меня не было.

– Похоже, что было. Ваша генетическая структура пронизана вирусом насквозь.

– Я никогда в жизни не болел, коновал хренов!

– Сэр, – перебил его андроид. – У вас необычные способности. В том числе… репараметрическая инвариантность бозоновой струны.

Травничек долго глядел на него. А потом осознал. И пришел в ужас.

– Боже мой, – сказал он.

– Сэр, есть сыворотка, – сказал Тахион. – Вероятность успеха – двадцать процентов.

Травничек продолжал смотреть на андроида.

– Успеха, – повторил он. – Это означает, что обе инфекции уйдут из меня, так?

– Да, если сыворотка сработает. Но есть риск…

По полу зацокали копыта. Из-за занавесей появился Финн.

– Все сделал, док, – сказал он. В руках у него был чемоданчик. Он открыл его. Внутри лежали флаконы и шприцы. – Я принес сыворотку. И бланк согласия на лечение.

Травничек только что заметил кентавра. Отшатнулся.

– Отвали от меня, чудила!

Финн обиделся, а лицо Тахиона сделалось жестким. Он выпрямился. Его лицо запылало гневом.

– Доктор Финн здесь главный. Он дипломированный врач…

– Мне плевать, пусть у него хоть диплом на право телеги возить в Центральном парке! Джокер со мной это сделал, и я не намерен, чтобы лечил меня тоже джокер!

Травничек поглядел на пальцы ноги, которые держал в руке, и задумался. Его взгляд стал решительным. Он бросил пальцы на пол.

– На самом деле, я вообще не собираюсь получать эту долбаную сыворотку.

Он поглядел на андроида.

– Тащи меня отсюда. Немедленно.

– Да, сэр, – со стыдом ответил андроид. Его программа не подразумевала возможности отказаться выполнить четкий приказ создателя. Взяв Травничека на руки, он начал подниматься в воздух. Тахион смотрел на это с нескрываемой враждебностью, сложив руки на груди.