Блеф - Ковер Артур Байрон - Страница 115

Мишмэш испуганно съежился. Том был потрясен ненавистью в голосе полицейского.

– Не стоит говорить с ним в таком тоне.

Это было ошибкой с его стороны, большой ошибкой. Глаза полицейского поверх хирургической маски сузились.

– Вот, значит, как? Значит, ты один из тех, кто любит трахаться с джокерами?

Нет, ослиная задница, –подумал Том, не на шутку разозлившись, – я Великий и Ужасный Черепаха, и, если бы сейчас я был в своем челноке, я бы поднял тебя и швырнул прямо в помойку, где тебе и место.Но вслух он сказал:

– Извините, офицер, я не имел в виду ничего дурного. День был тяжелый для всех, так? Может, нам просто разойтись? – Он сделал усилие и улыбнулся, поднимая кейс и пакет. – Все в порядке, Мишмэш, – сказал он.

– Что в сумках? – неожиданно спросил коп.

Голова Модульного Человека и восемьдесят тысяч долларов наличными, подумал Том, но благоразумно промолчал. Он не считал, что нарушил какие-то законы, но правдивый ответ вызвал бы вопросы, на которые он был не готов отвечать.

– Ничего особенного, – сказал он копу. – Кое-какая одежда. – Но, видимо, он слишком замешкался.

– Почему бы нам не взглянуть? – настаивал полицейский.

– Нет, – выпалил Том. – Не имеете права. Я имею в виду, разве вы не должны предъявить ордер на обыск или достаточное основание или что-то в этом роде?

– Я сейчас выдам тебе твое дерьмовое основание, – коп начал вынимать ствол. – Сейчас военное положение, и мы уполномочены стрелять в грабителей без предупреждения. А теперь медленно опускай сумки на землю и отходи, скотина.

Тому показалось, что в этот момент время замерло. Он сделал, как ему было сказано.

– Еще дальше, – рявкнул коп. Том отошел к тротуару. – Тебя это тоже касается, идиот. – Мишмэш отошел и встал рядом с Томом. Полицейский подошел, наклонился и приоткрыл пакет, чтобы заглянуть внутрь.

Голова Модульного Человека вылетела наружу и ударила его прямо в лицо. Из носа полицейского хлынула кровь и запачкала белую марлю его маски. Он приглушенно взвизгнул и отшатнулся назад. В следующее мгновение, кувыркаясь, как пушечное ядро, голова дала ему прямо под дых. Коп задохнулся, и ноги у него подкосились. Со всего размаху он приземлился на задницу посреди улицы.

Голова атаковала его со всех сторон. Коп схватил револьвер обеими руками и стал палить наугад. Стекло окна на втором этаже разлетелось на мелкие осколки, когда голова врезалась в раму. Коп навел на нее дуло пистолета, но вдруг что-то вырвало ствол из его рук и швырнуло в сточную канаву.

– С-сукин сын, – едва выговорил незадачливый страж порядка. Он попытался подняться на ноги; его глаза остекленели, точно как у Модульного Человека. Из носа все еще текла кровь, хирургическая маска пропиталась ею насквозь и стала красной.

Голова снова атаковала. На этот раз он изловчился, схватил ее и держал на расстоянии нескольких дюймов от лица. Длинный кабель, свисавший с шеи, вдруг ожил и вполз подобно змее в окровавленную ноздрю. Коп заорал и ухватился за кабель. Голова рванулась вперед. Два лба крепко приложились друг о друга. Коп вырубился. Голова кружила над ним. Коп слабо застонал и перевернулся. Он не сделал попытки подняться. К Тому снова вернулась способность дышать.

– Он что, умер? – вожделенно прошептал Мишмэш.

Сердце Тома все еще бешено колотилось, получив добрую порцию адреналина. Понадобилось некоторое время, чтобы он мог вымолвить слово.

– Вот дерьмо, – сказал он. – Что, черт возьми, он наделал? Все случилось так быстро.

Голова Модульного Человека свалилась откуда-то сверху, ударилась оземь и покатилась. Том склонился над полицейским и потрогал пульс.

– Он жив, – сказал он. – Дыхание слабое. У него, должно быть, сотрясение, возможно, даже трещина в черепе.

Мишмэш подошел ближе.

– Убей его.

Том резко повернулся и в ужасе уставился на джокера.

– Ты спятил?

Безобразное обезьянье личико лилового цвета торчало из рубашки. На тонких губах блестела слюна.

– Он хотел убить нас. Ты же сам слышал, как он обзывал нас. Он не имел права. Убей его.

– Так не пойдет, – твердо сказал Том. Он встал, с отвращением вытирая руки о джинсы. Возбуждение улеглось; он чувствовал себя совершенно разбитым.

– Он тебя узнает, – прошептал Мишмэш.

Том как-то не подумал об этом.

– Вот дерьмо, – выругался он. Коп видел его водительское удостоверение.

– Они придут за тобой, – не унимался Мишмэш, – они знают, что ты это сделал, и придут. Убей его. Давай, я никому не скажу. Тогда это сделаю я, – сказал Мишмэш. Его губы раздвинулись, обнажив острые желтые резцы. Сморщенная мордочка потянулась к горлу полицейского, рубашка обвисла там, где находилось пузо. Мерзкая головенка, болтающаяся на конце глянцевитой прозрачной трубки фута три длиной, впилась в мягкую плоть ниже груди копа. Том услышал хлюпающие звуки жадного сосания. Ноги полицейского слабо задергались. Кровь била струей. Мишмэш все глотал и сосал, и густая красная жидкость начала подниматься по его прозрачному горлу.

– Нет! – закричал Том. – Прекрати это!

Обезьянья мордочка продолжала насыщаться, в то время как вторая голова на его туловище, голова кинозвезды, повернулась, уставилась на Тома ясными голубыми глазами и очаровательно улыбнулась.

Том попытался воздействовать на Мишмэша телекинетически, но ничего не вышло. Гнев, охвативший его при угрозах полицейского, прошел; теперь им правил ужас, а его сверхспособности никогда не работали, если он испытывал страх. Он стоял беспомощный, сжимая и разжимая кулаки, а Мишмэш беспощадно грыз зубами, острыми как иглы.

Том кинулся вперед, схватил джокера сзади и, вывернув ему руки назад, оторвал от жертвы. Какое-то время они боролись. Том располнел, был нетренирован, да и никогда не отличался особой силой, но тело джокера было столь же слабым, как и изуродованным. Они неуклюже пятились назад; Мишмэш дергался в руках Тома, пока голова не оторвалась от разорванного горла полицейского с тихим хлопком. Джокер шипел от ярости. Длинная прозрачная шея обвилась, как змея, вокруг левого плеча, а бесцветные глаза глядели вниз с безумным отчаянием. Кровь размазалась по всей сморщенной лиловой мордочке. Испачканные кровью зубы щелкали от бешенства, но шея-трубка была недостаточно длинной.

Том развернул его и швырнул в сторону. Разные ноги джокера подогнулись, он запутался и тяжело шлепнулся в сточную канаву.

– Убирайся отсюда! – закричал Том. – Убирайся немедленно, или я познакомлю тебя с той же штукой, с какой познакомился он.

Мишмэш зашипел, его жуткая голова болталась взад-вперед. Затем жажда крови прошла так же неожиданно, как и возникла, джокер съежился от страха.

– Не надо, – зашептал он, – пожалуйста, не надо. Я просто хотел помочь. Не делайте мне больно, мистер. – Его шея медленно убралась в ворот рубашки, словно длинный толстый стеклянный угорь вернулся в свое логово, осталась только крохотная испуганная мордочка, снующая между пуговиц. К тому времени Мишмэш уже поднялся на ноги. Он бросил на Тома последний умоляющий взгляд, потом вдруг развернулся и пустился наутек, неуклюже работая руками и ногами.

Том остановил кровотечение, перевязав шею полицейского носовым платком. Пульс еще слабо прощупывался, хотя бедолага явно потерял очень много крови. Он надеялся, что еще не поздно.

Том оглядел все брошенные машины и направился к одной из них. Однажды Джой показал ему, как включить зажигание, замкнув два провода. Он надеялся, что еще не забыл, как это делается.

В приемном отделении Клиники Джокертауна не было сидений, поэтому Том поставил кейс у стены и сел на него. Пакет с окровавленной головой Модульного Человека он сунул между ног. В приемной было жарко и шумно. Он старался избегать смотреть на испуганные лица людей вокруг, пропускал мимо ушей вопли боли в соседнем кабинете и сосредоточил внимание на напольной плитке, пытаясь ни о чем не думать. Пот покрыл лицо под прилипшей маской лягушки.