Наперсница (СИ) - Лунная Екатерина - Страница 31

— Вперед, вперед!

— Ирра!

— Бегите!

Я опрометью кинулась бежать, не забыв схватить подругу за руку. Та, впрочем, уже отставать не собиралась. Ноги неслись сами, неудобная дорога нисколько не мешала держать скорость. Сзади подгонял криками Дрокк и дробно рассыпал камни под лапами (или копытами?) рогач.

Не знаю, туда ли мы бежали, куда надо, но вскоре путь вперед преградил обрыв. За спиной послышался приглушенный стон, затем фырканье, я обернулась и успела увидеть, как подбрасывает в воздух нашего единственного защитника. Тот, проехавшись по земле, сорвался ногами в пропасть и не смог затормозить — с коротким вскриком рухнул вниз.

Я зашлась воплем от ужаса, когда передо мной будто за секунду очутилась вытянутая, тупая морда с огромными, раздувавшимися ноздрями. В следующий миг земля ушла из‑под ног, чудище осталось разочарованно фыркать где‑то вверху. Я ощутила крепко сжимавшую кисть руку, а затем — обжигающую, кинжальную боль во всем теле.

Как мне удалось остаться в сознании, и к добру ли, но не захлебнуться, остаться на плаву в бурлящем потоке смогла только с помощью Ирры. Та вытягивала меня на поверхность раз за разом, подталкивала и не отпускала стального захвата.

Нас несло через острые камни, пенная вода заливала лицо, больно закладывала нос, и каждый порог отдавался болью. В очередной раз кувыркнувшись в потоке, я сначала растерялась, где верх, а где низ, снова выручила Ирра. Она, казалось, сохраняла холодный рассудок даже в такой ситуации. Тут ногу резко дернуло и прострелило, я вскрикнула, тотчас поперхнувшись и, метнувшись руками к пострадавшей конечности, упустила подругу.

К счастью, в одиночку меня промотало недолго, речка выплюнула мое безвольное тело в тихое озерцо, где я в ту же секунду пошла ко дну. Вокруг смыкалась ледяная тьма, последнее дыхание вырвалось на поверхность с пузырьками

Кажется, тогда я и потеряла сознание, всего на пару мгновений. Очнулась резко, рывком, и сразу же закашлялась, выталкивая из горла воду. А когда осмотрелась, поняла, что мы уже на берегу, в безопасности.

Ирра, бледная, растрепанная и вся мокрая, оказалась каким‑то чудом снова рядом, помогала прийти в себя.

— Ну, как ты? Дышать можешь?

— Да, — хрипло каркнула, — с — спасибо… ты…

— Потом все, — кивнув, подруга вскочила на ноги. — Там еще есть кандидат в утопленники.

Она сделала некий волнообразный жест обеими руками, затем свела их вместе и с натугой выпрямила. Послышался негромкий всплеск, на скользкие камни рядом со мной рухнуло еще одно тело. Ирра села рядом с ним, я же приподнялась на слабых, трясущихся руках, чтобы хоть как‑то помочь подруге, но ничего сделать не успела.

Мир как‑то схлопнулся в точку, я моргнула, чтобы отогнать тьму, а когда открыла глаза, ситуация снова переменилась.

В глаза ударил свет от яркого костра.

— Шани? — бледная, но сосредоточенная Ирра моментально оказалась рядом. — Как ты себя чувствуешь?

— Не знаю, — пробормотала я, поднося ладонь к лицу, чтобы прикрыть глаза, — больно…

Все предплечье покрывали багровые пятна синяков. Со второй рукой дела наверняка обстояли не лучше. Наверное, я сильно ушиблась, пока пыталась выплыть — все тело остро дергало этой болью, а особенно заходилась правая нога. Я застонала сквозь зубы и попыталась подняться, чтобы рассмотреть тревожащую рану, но Ирра не дала.

— Лежи, — приказала она. — Не на что смотреть.

— Что там?

Подруга кусала губы около минуты, не решаясь ответить и, наконец, выдала равнодушным тоном:

— Перелом.

— Как?.. — дернулась было, но ногу снова прострелило болью. Но теперь она уже не утихала, усердно ныла, как гнилой зуб, и никакие поиски более удобного положения не принесли утешения.

— А вот так.

— Но… ты знаешь, что делать? Надо вправить, наложить повязку. Если не знаешь, давай я расскажу, меня учили…

— Тебя учили вправлять открытый перелом? — рявкнула Ирра. — У тебя там кровь идет! Бедренные мышцы порваны, кость наружу торчит! Тебя этому учили?!

Я захлебнулась словами. Теперь уже не возникало желания осмотреть собственную рану, я знала примерно, как она выглядит. И стало очень — очень страшно.

— Шани, милая, прости, — Ирра прикрыла глаза на миг. — Шани, я не знаю, что делать. Я промыла, наложила повязку, чтобы кровь остановить, но как быть с переломом? Я боюсь, моих знаний тут не хватит. Еще бы заражения крови не случилось, но тут же ни перекиси, ни спирта… Была надежда на мой Дар… — иномирянка помолчала, потом махнула рукой. — Он совсем не откликается на тебя. Я уже и к этому Древнему пыталась обратиться, и ругалась, и молилась, все без толку. Шани, прости!..

Я сморгнула набежавшие слезы. Это все от страха и жалости к себе. Надо быть сильной, найти какое‑нибудь решение, невозможно, чтобы его не было!

— Где мы? Сколько времени прошло?

— Не знаю. Мы около километра спустились по реке, места незнакомые, и ребят не видно… — Ирра запнулась.

— Что такое? — прикрыв глаза, прошептала я, уже готовая к очередной безнадежной вести.

— Дрокк. Его с нами промотало и выбросило здесь. Но он…

— Что? Тоже перелом?

— Хуже. У него живот распорот, судя по всему, сломана ключица и что‑то с ногами. Он пришел в себя только один раз, когда я его вытащила, с тех пор бредит. Шани… Мне кажется, он не выживет.

Эта новость разметала последние осколки выдержки. Я всхлипнула и, оттолкнув руку Ирры, приподнялась сама, смутно огляделась сквозь черные мушки. Ногу все еще дергало, по телу прокатывались странные судороги, но все это неважно. Мне удалось подползти к неподвижному телу справа, однако, как только я рассмотрела состояние мужчины, отвернулась, сглатывая тугой комок слез. Ирра смотрела на меня таким же испуганным, мучительным взглядом.

— Нам надо найти остальных, — выдавила я. — Одни мы не справимся.

— Это да, — без промедления согласилась подруга, — вот только ни ты, ни Дрокк — вы не транспортабельны. Вам нельзя никуда идти.

— Значит, надо идти тебе.

— Я не могу оставить вас одних.

— Ты должна! Иначе мы точно погибнем, все!

— Не истери, — нахмурилась Ирра. — Мне нельзя уходить. Вы оба не можете ни защитить себя, ни укрыться от опасности.

— Это замкнутый круг! — всплеснула руками. Вдруг в голову пришла мысль, словно ударом молнии осветив ситуацию кристально чисто. Это страшно, ужасно, но я обязана это сказать! Но в горле моментально запершило, и вместо уверенного голоса вышел сдавленный шепот: — Мы не выживем, ни с тобой, ни без тебя. Поэтому должна спастись хотя бы ты.

Ирра, кажется, утратила дар речи: беззвучно разевала рот в немом возмущении, которое прорвалось криком.

— Ты сдурела?! — вскочив на ноги, заорала она. — Ты конченая сумасшедшая, идиотка малолетняя! Стать жертвой захотелось?!

— Но ведь это единственный выход!

— Никакой это не выход, мать твою так! Думаешь, это так благородно — собой пожертвовать?! Да ни х…! Черта с два я тебе это позволю!

— Ирра, ну подумай сама, — взмолилась я, — к чему тебе возиться с нами? Если вдруг кто нападет, ты не сможешь спасти ни нас, ни себя!

— Да я лучше сдохну! Ты соображаешь вообще, о чем говоришь?! Так бы и врезала тебе, ей — богу!

— Ты и умрешь напрасно! Ты должна выжить, ты жрица Древнего, и… и Аарон — подумай о нем!

— А ты подумай лучше о своем женихе, — огрызнулась подруга. — Подумай, что бедному мужику придется в пятый раз искать себе жену и хоронить четвертую, которая и женой‑то побыть не успела.

— Ч‑что?

— Т‑то! — передразнила она. — Ты что, о своем «лорде Эверде» совсем ничего не знаешь?

— Леди Ивонн… — дрожащим голосом проговорила я, — л — леди Ивонн говорила… она сказала, что ему нужна послушная жена, и что он хороший человек…

— Хороший человек, вы только послушайте, какая исчерпывающая характеристика! Дура твоя леди Ивонн!

— Ирра! — возмутилась я, но та перебила:

— А дура она потому, что ничегошеньки о твоем собственном женихе не рассказала!