Гармония игры - Демьяненко Анатолий - Страница 10

Шотландские футболисты, типичные представители британского стиля, как и ожидалось, делали ставку на игру силовую, жесткую, мобильную, основанную на опережениях и маневренности. Отбив наши атаки, они перехватили инициативу, и тут уже раз за разом свое незаурядное мастерство приходилось демонстрировать Дасаеву. В тот момент о наступлении мы и не помышляли, все усилия были направлены на то, чтобы выстоять, не пропустить. Даже Блохин пришел на помощь защитникам. Второй наш форвард Шенгелия надежно был прикрыт соперниками.

Неутомимый Джордан продолжал терзать нашу оборону в центральной зоне. В конечном итоге его активность привела к тому, что Чивадзе, принимая мяч на грудь, ошибся, и Джордан, оказавшись в одиночестве прямо против ворот Дасаева, спокойно отправил мяч в сетку — 1:0. Шла 15-я минута встречи.

— Это был, наверное, самый трагический момент в моей футбольной биографии, — признался потом Чивадзе.

Мы, конечно, попытались успокоить своего капитана, ведь впереди было много игрового времени. К чести самого Александра, он сумел найти в себе силы, чтобы забыть неудачу и в дальнейшем действовать безукоризненно. Именно Чивадзе, который постоянно рвался вперед, помог нашим полузащитникам наладить комбинационную игру, придать ей осмысленный, целенаправленный характер.

Блохин прекрасной передачей вывел на удар Сулаквелидзе, но сильно посланный им мяч угодил в защитника шотландцев. Оживился и Шенгелия, которого снабжали пасами Бессонов и Баль, на левом фланге частыми подключениями в атаку я пытался растянуть оборону соперников. Но на перерыв мы ушли, проигрывая один мяч.

В раздевалке Бесков нас не ругал. Напротив, был спокоен, только призвал действовать в прежнем ключе, уделив больше внимания ударам по воротам издали.

На 60-й минуте нам удалась красивая многоходовая комбинация, завершил которую Александр Чивадзе — 1:1. Буквально через пару минут хорошую передачу на подступах к штрафной площадке шотландцев сделал мне Блохин. Я пробил сильно, без подготовки, но мяч пролетел рядом со штангой.

Соперники в растерянности. Их тренер Стин вместо Джордана выпустил на поле Макгрейна, который должен был нейтрализовать разыгравшегося Блохина. Вышел и нападающий Брэзил.

Но мы уже обрели свою игру. И теперь, спустя пять лет, я с удовлетворением вспоминаю наши действия во втором тайме. Это был футбол действительно высокого международного класса, в котором коллективные, синхронные действия игроков гармонично сочетались с индивидуальным мастерством. Невзирая на усталость, ребята вели отчаянную борьбу за мяч в каждом игровом эпизоде. И хотя Бесков и Лобановский то и дело кричали со скамейки запасных, чтобы мы не забывали об обороне, команда продолжала играть в атакующий футбол.

А когда за пять минут до конца матча Шенгелия, воспользовавшись ошибкой двух защитников шотландцев, забил гол, стало ясно, что выход в следующий круг соревнований нам обеспечен. Мяч Саунесса за три минуты до финального свистка носил уже престижный характер.

Таким образом вслед за бразильцами, которые в заключительном матче легко обыграли новозеландцев — 4:0, мы получили право продолжить борьбу за медали.

Двенадцать победителей группового турнира были разбиты на четыре четвертьфинальных группы: «А» — СССР, Польша, Бельгия; «В» — ФРГ, Англия, Испания; «С» — Бразилия, Италия, Аргентина; «Д» — Франция, Австрия, Северная Ирландия. Победители групп образовали потом две полуфинальные пары.

Играть нам предстояло в Барселоне. Первый матч — через девять дней. На чемпионате наступил своеобразный тайм-аут.

Нам важно было успокоиться, отдохнуть, поработать над тем, чтобы поднять функциональную подготовку. Было решено, что команда останется пока в курортном городке Мабия Эстепона, а в Барселону отправится накануне матчей.

Томительное ожидание решающих поединков угнетало, по всему чувствовалось, что ребята скучали по дому. Многие как-то замкнулись, ушли в себя, все меньше было шуток, смеха. Хотя тренер по воспитательной работе В. Ясенев (трудно уж и сосчитать, каким по счету был он в многочисленном тренерском корпусе советской сборной) и пытался как-то расшевелить игроков, поднять их дух. Ежедневно Бесков приглашал нас к себе и в индивидуальных беседах стремился определить настроение футболистов, готовность каждого к предстоящим матчам, чтобы, учитывая все факторы, безошибочно определить состав.

Первые четвертьфинальные поединки в группах особых неожиданностей не принесли. Во второй группе команды Англии и ФРГ сыграли вничью — 0:0, в третьей — итальянцы победили сборную Аргентины — 2:1, а в четвертой — французы выиграли у австрийцев — 1:0.

В нашей группе в первом матче встретились сборные Польши и Бельгии. Уже в дебюте ветеран польской команды Гжегош Лято, проводивший в составе сборной свой сотый матч, стремительно прошел по флангу и выложил мяч под удар Збигневу Бонеку. Атакующий полузащитник пробил с такой силой, что голкипер бельгийцев Костер даже не шелохнулся.

Быстрый гол вдохновил польских футболистов, они доминировали на поле почти все 90 минут игры, демонстрируя острый и техничный футбол. В ударе был в тот вечер и лидер их атак Бонек, записавший в свой актив «хет-трик». Итак, 3:0 — уверенная победа сборной Польши, которая сразу же сделала хорошую заявку на победу в группе. А нам теперь нужно было выиграть оба матча или же делать ничью с поляками и побеждать бельгийцев с разницей в четыре мяча, что было маловероятно.

И вот 1 июля на поле барселонского стадиона «Ноу Камп» под оглушительный рев 40 тысяч зрителей, среди которых немало было болельщиков из Бельгии, команды вступили в борьбу в четвертьфинале.

У нас вместо заболевшего Сулаквелидзе на правом фланге обороны играл Боровский, впервые появился в составе Оганесян, полузащитник атакующего плана. У бельгийцев из-за травмы уже второй матч вынужден был пропустить основной голкипер Пфафф, но было в стартовом составе также Ван Мура, Плессера и Чернятински, которые играли в первом матче с поляками.

В отличие от поединка с шотландцами на этот раз мы действовали не с пятью, а с четырьмя защитниками. По логике атаковать с первых минут встречи должны были мы, но в футболе прогнозы — дело ненадежное, особенно когда играют приблизительно равные по классу команды. Бельгийцы сразу же попытались доказать, что отнюдь не намерены соглашаться с ролью аутсайдера, и всей командой пошли вперед. Кулеманс, Ванденберг, Веркатурен при поддержке партнеров создали несколько опасных моментов у ворот Дасаева. Наши же атаки соперники прерывали, умело применяя искусственное положение «вне игры». Правда, в одном эпизоде Чивадзе едва по наказал за это бельгийцев, пробросив мяч себе на выход.

В один из моментов я, набрав скорость, стремительно вошел с мячом в штрафную площадку соперников. До ворот было метров двенадцать. Гол, казалось, неминуем. Но удар у меня не получился, и мяч угодил прямо в Мунарона. А рядом в гораздо более выгодной для атаки позиции находился Шенгелия. Были хорошие возможности отличиться у Бессонова, Баля, Блохина, но в целом в первом таимо излишняя нервозность не позволила нам добиться результата.

В перерыве, обеспокоенные ничейным счетом, наши тренеры призвали команду к атакующим действиям. Мы, впрочем, и сами понимали, что с такой игрой на победу рассчитывать было нечего. Но лично у меня создалось впечатление, что постепенно монолитный наш коллектив утрачивал единство и превращался в сборную, где были киевляне, тбилисцы, спартаковцы, но не было команды, сплоченной и устремленной к единой цели.

Все же в начале второго тайма красивая трехходовка Блохин — Гаврилов — Оганесян завершилась отменным ударом последнего. Мы повели в счете и, словно по инерции, продолжали атаковать еще минут десять, а потом основное внимание сосредоточили на безопасности собственных ворот. В наших действиях вновь появилась осторожность, опасливость и, как следствие, множество ошибок. В один из моментов арбитр встречи француз М. Вотро усмотрел у Дасаева нарушение правила четырех шагов. Бельгийцы разыграли свободный, и Верхейн нанес сильный удар. Дасаев в броске парировал мяч.