Одноглазые валеты - Клэрмонт Крис - Страница 29

Наконец-то, подумал Бен, добравшись до станции «Лексингтон-авеню». Он поспешил вниз по ступенькам, подальше от завывающего ветра. Там он пробежал мимо киоска с жетонами и перепрыгнул через турникет.

Коп, стоявший у прохода, положил руку на кобуру, но это было лишь оборонительное движение. Бен потрусил к платформе, небольшая толпа пассажиров от удивления бросилась врассыпную. Он посмотрел на них, увидел, что никто не потянулся за оружием, и успокоился.

– Он настоящий, – заныла какая-то леди. – Кто-нибудь, вызовите полицию. Черт, я теперь ненавижу эти подземки.

– Спорим, это туз, – сказал пожилой мужчина.

– Больше похож на джокера, – усмехнулся подросток.

– Тихо, а то он тебя услышит, – прошипела первая леди.

– Снаружи, конечно, холодно, но это просто нелепо, – сказал другой мужчина. – Эй, что это у него в зубах?

– Вы у него и спросите, – ответил подросток.

Бен не обратил на них внимания. Когда поезд остановился и двери открылись, небольшая группа людей, глядя на него, замерла на месте. Затем они поспешили выйти через другие двери, а Бен зашел внутрь. Ему пришлось сесть посреди прохода прямо у дверей, но даже так он преграждал всем путь. В вагон больше никто не вошел, а несколько пассажиров поспешно вышли на этой же остановке, только через другую дверь. Остальные невозмутимо смотрели на него.

Когда поезд тронулся, Бен почувствовал облегчение. На каждой остановке по пути к южной конечности Манхэттена он становился центром всеобщего внимания, как только открывались двери. На платформе все вздрагивали от неожиданности и либо садились в другой вагон, либо вообще решали не ехать сегодня на метро. В такой час, в такую ночь пассажиров было немного.

Наконец в «Бэттери-парк»[35] он сошел с поезда и поспешил вперед. Он понимал, что его тело слишком длинное, чтобы пройти через турникет на выход, и ему снова придется перепрыгивать. Он взбежал вверх по ступенькам и опять вышел в бурю.

Оказавшись в самом парке, Бен побежал к воде сквозь ледяные порывы снегопада. Он понял, что именно здесь находится самая ближайшая точка на суше к острову Эллис: пассажирский паром останавливался тут на пути от острова Либерти[36] к Кэвен Пойнт в Нью-Джерси. Мучительно холодный ветер дул ему прямо в лицо со стороны Гудзона, впадающего в бухту Аппер-Бей, и он осознавал, что сделал правильный выбор. Густой мех и толстый слой жира отлично защищали от холода.

А теперь пора веселиться, подумал он про себя. Он опустил светло-коричневый конверт в снег и снова подобрал, на этот раз полностью сомкнув челюсти.

Бен глубоко вдохнул через нос и нырнул в ледяную воду. Он был рад осознать, что не ощущает никакого дискомфорта. Наоборот, он отлично плыл, перебирая всеми четырьмя лапами и держа нос и глаза над водой.

Позади него призрачным светом сквозь белую вьюгу мерцали огни Манхэттена. Он не стал поворачивать голову, чтобы посмотреть в сторону Нью-Джерси и разных островов, боясь, что тогда ему не хватит сил доплыть до острова Эллис. Он лишь сконцентрировался на огнях самого острова. Волны плескали ему в морду, заслоняя обзор, но у него получалось выплевывать всю ту воду, которая заливалась ему в нос.

Тело белого медведя было сильным и подготовленным для долгого плавания в холодных волнах. Он просто продолжал плыть в темноте. Хотя он не мог верно оценить расстояние до острова, его приятно удивляло отсутствие усталости.

Однако вдруг он почувствовал сильнейшее желание сдаться, повернуть назад. Оно поразило его; он боролся с этим ощущением, фокусируя взгляд на огнях острова впереди. Сама вода стала казаться плотнее, волны – сильнее, ветер – мощнее.

Может, он все же начал уставать. Он попытался понять, сколько ему еще оставалось плыть. Возможно, несколько сотен метров, но внезапно ему показалось, что расстояние намного больше. Он заставлял себя плыть дальше. Он же почти доплыл, говорил он себе. Вообще-то он вовсе не чувствовал себя уставшим. Это был просто порыв – повернуться и поплыть назад.

Лесли Кристиан такое не оценит.

Бен болтал лапами в воде, сильнее и сильнее.

Внезапно его накрыла волна страха, от чего все внутри у него сжалось. Страх не был логичным или осмысленным; он почувствовал примитивную панику, от которой шерсть у него на загривке и плечах стала дыбом. Он продолжал плыть, но ноги начали отказывать, жутко слабеть. Еще одна волна страха, и он остановился. Его огромное тело покачивалось на волнах, поддерживаемое на поверхности мехом и слоем жира. Остров Эллис, светящийся парой огоньков вдалеке, вселял в него отвращение. Он смотрел на него сквозь пургу, и остров казался размытым, все сильнее отдаляющимся от него.

Бен сморгнул брызги воды из глаз, пытаясь сконцентрироваться. Даже падающий снег стал для него странным. Он был дезориентирован, напуган и хотел домой. Он заставил свои лапы двигаться снова, плыть по-собачьи. Однако он не повернул, а поплыл вперед. Он сфокусировал свое внимание на лапах, чтобы они не останавливались. Остров, страх и ужас перед неизвестностью, которая ждет его там, и эта странная паника никуда не исчезли, но он не обращал на них внимания. Двумя лапами зараз, толкать вперед – вот что было в его голове. Только это: раз, два, раз, два.

Бен продолжал плыть.

Казалось, что это путешествие никогда не кончится. Но наконец, он выплыл в полосу света и осмелился поднять взгляд. Свет исходил от единственной мощной лампы на здании; все остальные перегорели. Остров Эллис по форме напоминал прямоугольник; спуск к парому с вытянутой стороны походил на подкову. Остров был меньше, чем он думал, размером всего с пару городских кварталов.

Теперь, когда он знал, что все получится, он замедлился в поисках каких-либо признаков жизни. Лишь свет в некоторых окнах намекал на присутствие людей в домах, но в такую погоду это было неудивительно. Он подплыл к паромному спуску, по-прежнему осматриваясь вокруг, и наконец, зацепившись передними лапами за причал, выбрался из воды.

Он машинально отряхнулся, разбрызгивая ледяную воду в разные стороны.

Определив, где он находится, Бен почувствовал неприятный запах. Он напомнил ему о мусорных баржах, но запах был разнообразнее и отвратительнее. К счастью, подул сильный ветер, унося зловоние прочь от острова.

Он сощурил свои медвежьи глаза, защищая их от снега. В главном здании, построенном из кирпича и известняка, было шесть этажей, а в длину оно простиралось дальше, чем футбольное поле. На каждом углу стояли наблюдательные башни с медными куполами – примерно на двенадцать метров ближе к ураганному небу, чем крыша основной постройки. Строение выглядело старым, будто было возведено на рубеже веков, но Бен не сильно разбирался в архитектуре.

В шее что-то кольнуло от жуткого ощущения, будто сзади за ним кто-то наблюдает. Он повернулся посмотреть, его шерсть вздыбилась, но позади не было ничего, кроме воды. Ощущение не ослабевало, и он взглянул вверх, но там увидел лишь кружащиеся снежинки.

Краем глаза он заметил движение в тени, слева от него. Он повернулся, напрягшись. Кто-то сделал осторожный шаг вперед.

– Что тебе нужно? – требовательно спросил женский голос.

Бен никого не ожидал здесь увидеть. К тому же в медвежьем обличье он не мог говорить. Он лишь наблюдал, как говорящая сделала еще один шаг. Она шла прямо, в ней было под два метра роста. У нее было лицо хорька: черный нос, заостренная голова с круглыми ушами и черная маска вокруг глаз поверх желто-коричневого меха. На животе мех переходил в серебристый. Особенно заметны были пятисантиметровые изогнутые клыки, торчащие из ее рта.

– Осторожно, Мустелина, – послышался голос молодого мужчины. – Я никогда его раньше не видел.

Бен посмотрел на него. Это было странное волосатое существо среднего человеческого роста и металлически-серого цвета.

– Заткнись, Брилло, – сказала Мустелина. – Джокер – он и есть джокер. Как тебя зовут?