Смерть в кредит - Селин Луи Фердинанд - Страница 126

В конце концов я сосредоточился и был готов ко всему. Я несколько раз повторил про себя все… все, что я должен был говорить… все эти бредни… О причинах неудачи… начиная с предварительных испытаний!.. Всему виной были очень серьезные разногласия между учеными по организационным вопросам, противоречий оказалось слишком много… Но все опять будет организовано в следующем году… Наконец, все это не так просто! В этом месте я предвкушал драку! Держись, малыш!.. Сначала я должен был вернуть им все их планы, модели, чертежи и прочую чепуху!.. а также извиниться…

Я начинал издалека… интересовался, не получили ли еще они наше письмо?.. Предупреждающее о моем визите?.. Нет?.. Они даже немного подпрыгивали от нетерпения… Предвкушая свою победу!.. Если они в момент моего появления жрали, меня приглашали к столу! Если они были вместе с семьей, моя миссия перед таким количеством людей становилась делом крайне деликатным!.. Я старался быть как можно более тактичным! Они все витали в облаках!.. Это было неприятно… Но приходилось их разубеждать… Ради этого, собственно, я и приходил… Я пытался объяснить происшедшее неоднозначно!.. Когда, наконец, до них начинало доходить, аппетит у них пропадал… Они выпрямлялись и сидели, как загипнотизированные, с тупо застывшим взглядом… Я следил за ножами… В тарелках начиналась буря!.. Я прижимался спиной к стене!.. Готовясь к возможному нападению!.. И продолжал излагать свои доводы… При первом хоть немного подозрительном движении я сам поднимал шум!.. Нацелившись придурку прямо в башку… Тем не менее в большинстве случаев мое решительное поведение меня спасало… Заставляя любителей острых ощущений задуматься… В общем, как правило, это кончалось не так уж плохо… слюнявыми поздравлениями… и хором пьяных отрыжек и вздохов… особенно если я доставлял эти два пятифранковика!.. Но однажды, несмотря на все предосторожности и приобретенный мною опыт, мне пришлось очень туго… Это было, как помню, на улице Шарон, в доме 72, существующем до сих пор… Этот тип был слесарем, он мастерил в своей комнате… Не на третьем, а на четвертом этаже… Знакомство с ним мне дорого обошлось… Главным его занятием было изготовление отмычек для взломщиков… Он предложил на конкурс вечных двигателей мельницу наподобие динамо с включением «фарадеевских переменных»… Таким образом, он накапливал энергию грозы… Это не должно было прекращаться… от одной грозы до другой…

Итак, я вошел, поискал хозяина внизу и спросил, где его найти… «Он на четвертом!..» Я поднялся и постучал… Я уже взмок. Мне все это порядком надоело… И я сразу ему все и выпалил! Этот тип даже не ответил… Я не сразу его рассмотрел… Это был настоящий атлет!.. Не успел я закончить свою речь… Как он, не проронив ни слова!.. «Бум!» Ударил меня!.. Скотина!.. Я врезался в буфет!.. Отлетел в сторону… и упал навзничь… он был страшнее разъяренного быка!.. Я выскочил… пересчитав ступени с четвертого этажа… Меня подобрали на тротуаре… На мне места живого не было… Я был весь в крови… Меня отвезли на извозчике! Воспользовавшись тем, что я был без сознания, меня обчистили… Исчезли даже два пятифранковика!..

После этой стычки я стал гораздо осторожнее… Я старался входить в комнату не сразу… А вступать в переговоры на нейтральной территории… Для запросов из провинции у нас была другая системы… Мы утверждали, что денежки высланы в письме… что они не опоздают… просто ошиблись адресом… департаментом… именем… еще чем-нибудь!.. в суете конкурса… В конце концов им надоедало переписываться с нами… Можно было разориться на почтовых марках…

С теми, кто был вне себя от ярости, все было предельно просто… Нужно было успеть перепрыгнуть через балюстраду до того, как они успеют выпустить вам кишки!.. Но с кроткими, затравленными, застенчивыми, теми, что сразу же начинают думать о самоубийстве… с ними было гораздо сложнее!.. Крушение иллюзий оказывалось для них слишком тяжелым ударом!.. Они не могли вынести такого горя!.. Они тыкались носом в тарелку и начинали жалобно блеять… Они ничего не хотели слушать… Их глаза проваливались, на лбу выступала испарина… Лицо дрожало… Смотреть на это было невыносимо… Это были чокнутые… Попадались и такие, для которых это был конец… Они садились, снова вставали… вытирали лицо… они не верили собственным ушам, что их машина плохо функционирует… Им нужно было тихонько повторять это и сунуть их чертежи в руки… Горе переполняло их! Они не хотели больше жить!.. дышать!.. Они буквально разваливались на части!..

Мне надоедало все больше то, что я должен был постоянно сюсюкать с ними. Я усвоил множество утешительных фраз… «Profundis» Надежды!.. В результате моих визитов я иногда приобретал знакомых… Я налаживал связи… в районе Сен-Мар образовалась уже целая группа… страстно заинтересовавшихся нашими исследованиями… и оценивших мои усилия… От Порт Вильмонбль до Винсенн таких было очень много!.. тонких знатоков магических планов и совсем не злопамятных… И в западном пригороде тоже… В дрожащей от ветра палатке сразу за Порт Клиньянкур, где сейчас живут португальцы, я познакомился с двумя изобретателями, соорудившими из волос, спичек и трех скрипичных струн на эластичной основе маленькую самокомпенсирующуюся систему, которая, кажется, действительно работала!.. На пирометрической энергии!.. Все держалось на наперстке!.. Это был единственный настоящий «вечный двигатель», который я видел в действии.

Женщины среди изобретателей встречались редко… И тем не менее с одной я познакомился… Она работала счетоводом на железной дороге. На досуге она расщепляла воду Сены при помощи английской булавки. Она носила пневматический аппарат и катушку Румкорфа в рыбачьем сачке. А кроме этого, карманный фонарик и пикриновый элемент. Она пополняла запасы горючего прямо из реки… Она производила свои опыты на уровне Пон-Мари, вверх по течению от «места для стирки»… Ее интересовал гидролиз!.. Она была недурна… Правда, у нее был тик, и она немного косила… Я сказал ей, что я из газеты… Она сперва, как и другие, конечно, подумала, что ей достался крупный выигрыш, и настояла, чтобы я остался… Она хотела подарить мне розы!.. Напрасно я старался что-то объяснить ей… Она ничего не понимала… Ей захотелось сфотографировать меня!.. У нее был аппарат, действовавший только на инфракрасном излучении… Поэтому ей пришлось закрыть окна… Я приходил к ней еще раза два… Она находила меня чертовски красивым… И хотела, чтобы я сейчас же на ней женился. Она еще долго писала мне, присылая заказные письма… Ее звали мадемуазель Ламбрисс… Жюльетта…