Магический посох - Корсел Ингела - Страница 4

Он так сердит, что не может думать. Он горит изнутри. Ему хочется кого-нибудь ударить. Все равно кого. Он бы весь мир перевернул, если б мог.

Он ненавидит таких Томасов. Тысячу раз сталкивался с ними раньше. Все они так и сыплют словами, вроде «последствия» или «договоренность», а самые противные пытаются говорить, как подростки, и спрашивают «ну что, затусим?». Они говорят «это весьма неприятно», когда хотят сказать, что все хуже некуда. Снаружи они мягкие, а внутри каменные. Такие никогда не признают, что их ребенок сделал что-то не так. И они не верят тебе, хотя вечно талдычат, что «дают тебе еще один шанс». Но шансов у тебя нет.

Он бежит мимо Постоялого двора, через парк к замку. Какие-то парни в веревочном городке кричат ему вслед: «Давай-давай!» – жалко, что у него нет времени остановиться и убить их, но он сделает это в следующий раз.

Что ему оставалось? Позволить тем четверым поколотить Вигго?

Он заботился о Вигго с самого детства. Первый раз им пришлось справляться дома одним, когда ему было семь. Мамы тогда не было три дня. Когда закончилась еда, он позвонил в службу спасения, а потом пришли люди из социальной службы и забрали их.

Хотя Вигго тоже хорош. Почему он не может вести себя спокойно? Зачем все время лезет на рожон?

Ужасно несправедливо. Это единственная мысль, которая держится у Альрика в голове. Жутко, ужасно несправедливо. Ноги продолжают бежать, как будто он машина.

Крепостной мост. За ним он останавливается. Перед ним оранжерея, хотя это больше похоже на дворец из стекла. Что-то вроде стеклянной крепости.

Он видит свое отражение в стеклах.

Не думая, он подбирает камень и целится в окно. Берет второй. Бросает. Бам-м-м. Еще. В десятку. Звон. Треск. Еще. Стекла бьются, осколки сыплются на землю.

Сердце Альрика громко стучит.

«Плевать, – думает он. – Мне плевать!»

Но тут кто-то хватает его за руку. Альрик пытается вырваться, но ему это не удается.

– Отпусти, урод!

– «Урод» – это не то имя, которое дала мне мама, – спокойным голосом отвечает мужчина. – Меня зовут Магнар.

Глава 5

Верные знаки

Альрик снова пытается вырваться из рук Магнара, но у него ничего не получается.

«Неужели старик может быть таким сильным?» – думает он.

– Тише, мальчик. Я отпущу тебя, как только ты успокоишься.

В конце концов Альрик понимает, что сопротивление бесполезно. Как только эта мысль приходит ему в голову, тело становится мягким, как желе. Теперь Магнару приходится, скорее, поддерживать его, чтобы он не рухнул на землю. А потом подступают слезы. Горло жжет от рыданий. Почему все так?

– Ну-ну, я не причиню тебе зла. Просто не надо больше бросать камни в оранжерею.

Руки Магнара слабеют. Альрик вытирает лицо ладонью. Соленые слезы разъедают царапину, полученную в драке.

– Я сажал цветы внутри, и вдруг на меня пролился дождь из стекла, – все так же спокойно говорит Магнар.

– Я был зол.

– Вот как. Что ты говоришь. Как тебя зовут?

Альрик с удивлением смотрит на старика с грубыми, испачканными землей руками. Почему он больше не сердится?

Альрик качает головой:

– Не скажу. Вас это не касается.

– Думаю, это один из братьев, которых взяли Лайла и Андеш, – слышится чей-то голос.

Повернувшись, Альрик видит женщину в такой же зеленой рабочей одежде, как и на мужчине. Она стоит, широко расставив ноги, ее руки скрещены на груди, она строго смотрит на Альрика. Глаза у нее еще зеленее, чем одежда.

«Как кошка», – думает Альрик. От ее взгляда волоски на его руках становятся дыбом.

– Это моя сестра Эстрид. Мы садовники замка Грипсхольм, – объясняет Магнар.

«Какое мне дело до этого, – думает Альрик. – И что за имена: Магнар и Эстрид».

Но вслух он ничего не произносит.

У Альрика звонит мобильный. Это Лайла.

«Она уже наверняка все знает и дико сердится, – думает он. – Ей стопудово уже позвонили из школы». Отвечать не хочется, но он все-таки должен.

Лайла скорее встревожена, а не рассержена. Она спрашивает, где он. Говорит, что знает о том, что случилось в школе. И понимает, что ему обидно и грустно. И хочет, чтобы он пришел домой, чтобы они поговорили. Во всем разобрались.

Альрику хочется сказать ей, чтобы она не произносила слово «дом». Дом Лайлы и Андеша – это не дом Вигго и Альрика. Злость все еще сидит у него в груди. Как зверек, готовый наброситься на тех, кто рядом. Особенно на тех, кто проявляет доброту.

Но он молчит. Как бы то ни было – Лайле не все равно. Она на его стороне.

– Это еще не все, – вздыхает Альрик и передает мобильный мужчине, стоящему перед ним.

Магнар кратко рассказывает о разбитых стеклах. Потом внимательно слушает Лайлу. Кивает, поддакивает и все время смотрит на Альрика. В конце концов произносит:

– Я понимаю. Хорошо. Мы с Эстрид проводим его до дома. До скорого!

В прихожей их встречает Андеш. По приветственным объятиям Альрик понимает, что все эти люди давно друг друга знают. В кухне за столом сидят Лайла и Вигго, на другом конце напротив них – учитель труда Томас. Конечно, он первым делом позвонил Лайле и Андешу. Лайла улыбается Альрику. «Волноваться незачем» – как бы говорит ее улыбка.

На покрытом газетами большом кухонном столе лежит разобранный лодочный мотор. Повсюду промасленные детали. Андеш предлагает сесть, пытается подвинуть детали поближе к мотору, чтобы всем хватило места.

В кухне низкий потолок.

«Уютно и несовременно», – думает Альрик.

Эстрид стоит в дверях, скрестив руки на груди. Выглядит грустной.

Томас откашливается. Никто не знает, с чего начать. Повисает неловкая пауза.

Альрик пытается посмотреть в глаза Вигго, но тот сидит и что-то вертит в руках.

– Что это? – спрашивает Магнар, усаживаясь рядом.

Вигго поднимает глаза, удивленный теплым и заинтересованным тоном.

– Моя подвеска. Замо2к сломался, когда мы дрались. У Альрика такая же, – говорит он и показывает на старшего брата.

Вигго протягивает руку и показывает украшение Магнару.

– Это что-то значит? – спрашивает Магнар.

– Это крыло ворона, – отвечает Вигго. – Оно приносит удачу.

– Крыло ворона, – повторяет Магнар и рассматривает украшение.

– М-м-м, – отвечает Вигго.

– Крыло ворона, – снова говорит Магнар.

Вигго бросает на него косой взгляд – старик в маразме, что ли? И продолжает возиться с замком.

А Магнар тем временем рассматривает его руки.

– Ты одинаково хорошо владеешь обеими руками, – говорит он. – Ты двурукий. Ты двурукий.

Вигго смотрит на Магнара. Может, у старика болезнь, которая заставляет все говорить по два раза? Вигго что-то слышал об этом. Вроде того, что надо трижды нажать на выключатель перед тем, как выйти из комнаты. А еще есть люди, которые не могут говорить, не ругаясь. Интересно, а учителем такой человек может стать? «Сегодня мы с вами будем изучать европейские… НА ХРЕН… столицы».

– Да, я двурукий. Я двурукий, – отвечает Вигго и усмехается, глядя в стол.

Но Магнар его едва слышит.

– И твой брат тоже, – говорит он, поворачиваясь к Альрику. – Ты же можешь бросать камни двумя руками. Вы же двурукие братья-вороны. Неплохо!

– Плохо, если эти руки используются для того, чтобы бросать камни и драться, – ядовито подхватывает Томас. – А еще двурукость бывает признаком синдрома дефицита внимания. Может быть, поэтому они и затевают драки так часто. Это ведь, насколько я понимаю, случилось не в первый раз. Послушай, Вигго, насколько я понял, твои руки должны быть все время заняты. Но учти, в Мариефреде никто не потерпит карманных воров и тех, кто промышляет в магазинах.