Абсолютное оружие Америки - Сейфер Марк - Страница 78

Анархия стала вполне, реальной политической альтернативой «морганизации». Хотя Морган и выступал за силу и стабильность бизнеса, в действительности создание «Ю.С. Стил» было тоже своего рода великолепной азартной игрой. Карнеги это знал и говорил: «Пирпонт не фабрикант железных изделий. Он ничего не смыслит в изготовлении и продаже стали. Мне случалось вести с ним дела, при этом я получал не акции, а долговые расписки! Он провалит дело и не сможет выплатить проценты. Тогда я лишу его права выкупа заложенного имущества и верну свою собственность».

Шваб этого тоже боялся. Через два года лукавый миротворец покинул концерн и купил более устойчивую и доходную «Бетлем Стил».

Таким образом, у Моргана начались проблемы с монополией на сталь из-за затруднений на рынке, но в основном из-за споров с рабочими, в особенности забастовки, которая едва не разрушила компанию. Вероятно, главной причиной успеха концерна стало изобретение автомобиля, открывшего возможности для выхода на новые рынки.

Чтобы избежать крушения исполинского концерна и увеличить возможный доход, Морган «поручил» известному игроку на бирже Джеймсу Кину вызвать к ним искусственный интерес. Кин купил и продал большие части собственности «Ю.С. Стил» псевдоизобретателям, чтобы создать иллюзию игры на повышение. Схема сработала, и через несколько недель нью-йоркская биржа пережила самые бурные дни в истории. «Акции компании, выпущенные на рынок по цене 38 долларов, немедленно взлетели до 55, и Пирпонт Морган стал героем финансового мира и настоящим проклятием для тех, кто опасался и ненавидел монополию».

Сделка Тесла. Тесла встретился с Морганом в разгар переговоров по поводу стали, когда последний пытался упрочить сделку. Во время рождественских праздников ученый взял экипаж и направился в офис Моргана на Уолл-стрит, 23, где изложил финансисту детали своего плана.

– Мистер Морган, благодаря моему плану и патентам, которые я предлагаю вам, ваша позицию укрепится больше, чем у держателей телефона Белла или владельцев патентов, основанных на моих открытиях в области передачи энергии с помощью переменного тока.

– Пришлите мне подробности на бумаге, и я подумаю.

– Сэр, ввиду необычайной активности в этой области желательно, чтобы мои непосредственные – знания без задержки смогли приносить пользу.

Морган отошел к окну и стал рассматривать Уолл-стрит.

– Если я соглашусь помочь вам построить вашу станцию для передачи через Атлантику, я хочу, чтобы вы знали, что я, – Морган повернулся к ученому и понизил голос почти до шепота, – пассивный компаньон. Вы понимаете, что это значит, мистер Тесла?

– Да, сэр, понимаю.

– Отлично, буду с вами откровенен. У меня о вас сложилось не очень хорошее впечатление. Вы противоречивы, хвастливы, и, не считая вашей сделки с Вестингаузом, вам еще только предстоит доказать жизнеспособность других изобретений. С другой стороны, я ценю ваш талант, поэтому выложу все карты на стол. Если мы станем партнерами, то твердо определимся на конечной сумме, и вам не удастся уговорить меня дать вам еще.

– Мне нужны не деньги, хотя эти изобретения в ваших надежных руках с вашим отличным знанием дела приобретают несказанную ценность. Вы знаете цену научным открытиям и творческим изобретениям. Я согласен на ваши условия.

– Этого недостаточно. Дайте мне конкретику. Дайте мне цифры.

– Как я уже говорил во время нашей первой встречи, думаю, ста тысяч долларов хватит для строительства трансатлантического передатчика высотой девяносто футов.

– Давайте поточнее. Вы имеете в виду сто пятьдесят тысяч на возведение упомянутой передающей башни и половину капитала компании? – Морган полез за чековой книжкой, выписал чек и передал его изобретателю.

Потеряв голову от столь фантастической суммы и робея в присутствии финансового короля, Тесла не мог удержаться:

– Передаю вам управление предприятием, мистер Морган. Я настаиваю, чтобы вам принадлежал пятьдесят один процент капитала, а мне сорок девять.

– Вы странный человек. Ладно, по рукам. Когда подпишем документы, вы сможете обращаться в дом Моргана до окончания кредита.

Финансовому спруту было недостаточно оформить партнерские отношения только в области беспроводной передачи. Без ведома ученого Морган хотел также получить осветительный концерн, а также я контроль за патентами Тесла. Они смело были прибавлены к соглашению. Тесла оказался в сложной ситуации, потому что Астор был главным спонсором другого предприятия, а ученый не собирался прилагать предыдущие патенты к новому контракту. «Когда я получил ваше официальное письмо, – писал Тесла три года спустя, – в нем указывалась доля в пятьдесят один процент на патенты этих изобретений. Это совсем другое дело, хотя моя доля составляет столько же. Это была обычная продажа. Условия показались для меня несущественными, и я промолчал, боясь обидеть вас. Вы постоянно ссылались на какой-то капитал, и возможно, была просто допущена ошибка». Вместо того чтобы прямо обвинить своего нового благодетеля, Тесла молча согласился.

Вместо того чтобы попытаться исправить положение и устранить этот важный пункт, который, по словам Тесла из того же самого письма, «произведет промышленную революцию», ученый отмечал огромные преимущества осветительной системы и вложил в конверт рекламный проспект под названием «Искусственный дневной свет Тесла». В заключение он писал: «…кроме меня, заинтересован еще полковник Астор. Поэтому мне необходимо уладить формальности, прежде чем заключать соглашение. Я займусь этим делом при первом же удобном случае».

За месяц до этого (возможно, предчувствуя возникновение проблемы), Тесла вновь обратился к своему первому спонсору.

Неделю спустя Астор позвонил. Он сообщил ученому, что его беспокоит отсутствие у него основных патентов и что другие ученые могут доказать свой приоритет, особенно когда дело касается беспроводной передачи.

– Не верьте тому, что пишут газеты, полковник, все права у меня. Почему бы вам не присоединиться к мистеру Моргану и ко мне?

Астор уклонился от прямого ответа, и Тесла присоединил свой осветительный концерн к сделке с магнатом с Уолл-стрит. Теперь Морган контролировал все основные патенты в совершенно новых, независимых отраслях промышленности. Тесла было почти не на что жаловаться: он сам согласился на это предложение. Ему оставалось только оправдать вложенные в его дело средства.