Божественные головоломки, или Война за любовь (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 67

Герцог восторженно ухмылялся, испытывая невероятный эмоциональный подъем. Шутка ли - драться рядом с самим Нрэном! До сих пор молодому дворянину доводилось видеть лишь редкие показательные выступления Бога Войны перед турнирами, потрясавшие настолько, что после Элегор несколько месяцев доводил себя в тренировочном зале до изнеможения, пытаясь достичь недостижимого. А еще он чертовски завидовал братьям принцессы, особенно лучшему другу Лейму, до обучения коего воитель снисходил лично, ибо полагал то своей священной обязанностью опекуна. Причем, герцога нисколько не останавливал тот факт, что самого друга эта высокая честь, испортившая славные отроческие годы, почти не радовала. Лишь раз Лиенскому довелось видеть, как орудует мечом лучший из воинов в полевых условиях. Увы, поле то было самым натуральным, полным безобидной травы, а не кровожадных злодеев, а Нрэн, рассорившийся в пух и прах с Элией, находился в помраченном состоянии рассудка. Переключившись с 'зеленого' врага на герцога, обезумевший принц лишь чудом не прикончил спасителя, озабоченного здоровьем Защитника Лоуленда.

Но теперь! Теперь Элегор сражался плечом к плечу с Богом Войны! Сбывалась самая невероятная мечта подростковой поры! Дворянин был искренне благодарен завлекшим их в ловушку и напавшим демонам, вампирам, оборотням и всей прочей шушере, что встала под знамя воскрешения Губителя, не настолько впрочем, благодарен, чтобы щадить их в бою.

Волна нападающих докатилась до вставшей кругом горстки воинов и разбилась о светящиеся лезвия. И пусть самые легкие раны, нанесенные этим оружием, оказались смертельны для большинства врагов, те отступать и не думали. Даже Нрэн, обнаживший меч и невыразимо ужасающий в своем холодном боевом величии, не заставил их повернуть прочь. Принцесса краем сознания отметила этот факт, как показатель того, насколько сильно влияние Темного Искусителя на души отдавшихся его воле созданий.

О, Бог Войны был поистине грозен и прекрасен! Элия созерцала отточенные до высочайшего совершенства, безупречные движения его тела и клинка, слившихся в одно целое, и кажется, даже горевших единым холодным пламенем. Нрэн сражался, как танцевал, и партнершей его была сама Смерть. Демоны, вампиры, оборотни, гоблины, орки, бывшие адептами Губителя, ныне падали в смертной агонии у копыт коня воителя, как колосья под серпом жнеца в час жатвы. Падали, не успевая даже дотянуться до принца, он не давал им такого шанса.

Принцесса вспомнила полные горького яда слова дяди Моувэлля о том, что Нрэн мог бы стать Жнецом, если б не полюбил ее и мысленно согласилась с родичем: принц был бы великим, не знающим сомнений и жалости Слугой Равновесия. Но любовь направила бога по иному пути. Богиня Логики Элия могла бы жалеть об этом, но женщина Элия - никогда. В эти мгновения она гордилась своим мужчиной и любовалась. Нет, Нрэн не был машиной убийства, он был произведением искусства.

Воитель не только разил врагов сам, он успевал прикрывать от особо опасных ударов своих людей, сражавшихся рядом и за первые, самые опасные минуты боя не потерял ни одного. Сказывалось и величайшее мастерство самого Бога Войны и превосходная выучка его отряда, как людей, так и лошадей. Они были способны биться и по одиночке и вместе, как единое целое даже против находящегося на своей территории, неизвестного, превосходящего по силе и численности врага, одержимого целью: 'убить любой ценой!'. Нападающие действовали так, будто находились под заклятьем обезумевшего берсерка и не знали страха. Они бросались на острия клинков, стремясь добраться до людей и гибли, заливая черную землю под черными деревьями разноцветной кровью.

Странный свист послышался сверху, богиня запрокинула голову, тройка гарпий, растопырив кривые, острые как лезвия когти, клином пикировала на людей. Выпуклые, безумные глаза тварей яростно сверкали. Элегор вскинул руку, метнув молот воздуха, сбивший пару летуний и кинувший их в гущу ядовитых зилоргов. Заклятью не хватило точности и силы, ибо любая магия гасла там, где бился Бог Войны. Да, против отряда никто не мог использовать чары, но и сами лоулендцы оказались не способны колдовать.

Герцог выругался сквозь зубы, а принцесса мысленно крикнула ему:

- Не вздумай больше бросаться заклятьями, пока Нрэн не уберет меч в ножны. С каждой секундой магия будет все более непредсказуема!

- Уже понял, - отозвался Элегор, оглушенный отдачей простейших чар, будто получил кувалдой или кулаком Кэлера по голове.

В качестве моральной компенсации бог снес башку особо гнусно ухмыляющемуся вампиру, разрубил грудь йо'фиасу и отхватил загребущую лапу оборотню. Стыд чуток поутих.

Третью гарпию, не отброшенную заклятьем, разложил на две половинки мелькнувший молнией клинок воителя. Зато первых двух, оглушенных, с переломанными крыльями и костями, но еще живых, сообразительный криосагон нашел способ использовать. Могучий демон, благоразумно предпочитавший держаться от Бога Войны на расстоянии, прикрывавшись ледяным щитом в полный рост, схватил и запустил подыхающих тварей в воинов по левую руку Нрэна. Одна влетела в лицо солдата. Вторая вцепилась в бок его лошади. Ослепленный, изнывающий от чудовищной боли мужчина не справился со вставшим на дыбы и понесшим животным. Вместе они угодили в лапы йо'фиасов и в секунды были разорваны на куски. Чудо, что тренированные кони остальных не поддались панике. Они вращали глазами, мелко подрагивали, но стояли. Место погибшего человека занял сдвинувшийся правее товарищ.

Прикрывая этот вынужденный маневр, Нрэн отклонился влево, пропуская меч одного из зилоргов вскользь по прочнейшей кольчуге, чтобы перехватить его на излете возвратного движения и сломать. Элия не поверила своим глазам, когда звенья разошлись, словно гнилая ткань, а темное, жирно проблескивающее лезвие царапнуло бок кузена. Не могло быть такого оружия, но оно было. Издав ликующий скрежещущий вопль, зилорг изготовился для следующего удара и издох. Со снесенной макушкой черепа долго прожить невозможно, но его победа вдохновила орду монстров на совершение главной ошибки. Они ослабили давление на отряд, сосредотачивая все внимание на том, чтобы добраться до командира. Теснящиеся, мешающие друг другу нападающие оказались превосходной добычей для клинка воителя и могучих копыт его жеребца. Людям оставалось лишь отбивать единичные атаки не поддавшихся общему порыву монстров и созерцать работу величайшего из воинов, какого рождала Вселенная.

Приняв урок по неприменению боевой магии в радиусе прямого влияния Нрэна к сведению, Элегор уловил момент и под прикрытием Веснушки и Ястреба, на свое везение угодивших в компанию лоулендцев, снова воспользовался луком, послав благословленные стрелы в криосагона. Этот демон почему-то казался герцогу самым важным среди врагов! Щит разлетелся на осколки, поражая темных тварей, а стрелы вонзились в голову, грудь и пах врага. Тот рухнул, и словно порвались какие-то цепи, удерживающие марионеток. Берсеркский задор врагов угас, как костер под ливнем. Немногие уцелевшие твари обратились в паническое бегство - худшее проклятие любой армии. Уйти не удалось никому. Россыпь метательных снарядов Нрэна, клинки солдат, стрелы Элегора, шипы из трубочки Элии, наконец, выпущенной из плотного охранного кольца и всерьез включившейся в забаву, оставили под черными деревьями богатый ковер.

В какой-то момент разгоряченный герцог понял, что больше никто не нападает и не убегает, кровожадные завывания, рык, вопли боли смолкли. Нрэн убрал меч, - на чудесном лезвии которого не осталось ни капли крови, - и спешился. Отряд счел это знаком верной победы.

- Все! - едва слышно облегченно выдохнул Ястреб, тщательно отирая и вкладывая меч в ножны. На его месте в руке воина появился кинжал.

Нрэн окинул своих людей беглым взглядом и уставился на лордессу, буквально ощупывая ее глазами. Не доверяя целиком внешнему осмотру, бог даже спросил:

- Ты как?

- На мне ни царапины, под защитой меча Бога Войны разве могло быть иначе? - улыбнулась Лиесса, позволил себе проявить тот восторг, каковой так часто скрывала Элия.