Русские придут наверняка - Рейхель Хуберт - Страница 25

Корреспондент официального западногерманского агентства ДПА передал информацию, но вскоре вдогонку дал такое добавление: «Снимите второй абзац в сообщении ДПА 092 (призыв к борьбе против гонки вооружений Комитета за мир — Бонн, 11 ч. 31 м.)». Причина: указанный документ принят «под влиянием ГКП».

Корреспондента ДПА не смутило, что в состав «Комитета за мир, разоружение и сотрудничество» входят многочисленные деятели политических направлений, никак не связанных с коммунизмом. Среди них пастор Мартин Нимеллер, профессора Вольфганг Абендрот и Ута Ранке-Хейнеман, артисты Мартин Хельд, Кристина Кауфман, Ганс Йорг Фелми и Эента Бергер, писатель Карл Амери, поэт-песенник Франц Йозеф Дегенхардт и другие.

Согласно конституции, цензура в ФРГ отменена. Но ее роль вполне может выполнить короткая поправка: «Снимите второй абзац…»

ДПА и «главный свидетель» Буковский

4 декабря 1981 г. ДПА передало: проживающий в Лондоне русский диссидент Владимир Буковский выступил с резкими нападками на движение за мир и разоружение, приобретающее все больший размах в европейских странах. В обширной статье, опубликованной английской газетой «Таймс», Буковский пишет, что аргументы демонстрантов «детски наивны, неразумны и эгоистичны». Он назвал опасения противников атомного оружия «ядерной истерией», он утверждал, что недавние демонстрации в Федеративной республике, во Франции, Великобритании и Бельгии направлялись Советским Союзом. «Вести дискуссию со сторонниками «друзей мира» — заявляет Буковский — так же бессмысленно, как убеждать в чем-либо престарелую даму-истеричку».

Оставим этот тон на совести Буковского, если она у него есть, и заметим, что к указанному сообщению ДПА не поступило никаких поправок. Как видно, для диссидентов, действующих по указке боссов антикоммунизма, в ФРГ создан режим наибольшего благоприятствования. Так смыкаются клевета, наглость и «свобода печати».

Ответ из Даттеяьна на «Крефельдский призыв»

««Крефельдский призыв к миру», имеющий коммунистическую направленность и явно сфабрикованный в Советском Союзе, наконец-то получил ответ» — ликовала в августе 1981 г. газета ХДС «Рейнише пост». Вот этот ответ, пришедший из Даттельна: «Движение «Граждане за мир и свободу» намерено мобилизовать «молчаливое большинство» нашего народа. Оно выступает за равное разоружение как на Востоке, так и на Западе, а не только за одностороннее разоружение у нас».

Газета ссылалась на «видных общественных деятелей, подписавших» Даттельнское воззвание. Однако у них ничего не вышло, несмотря на все усилия буржуазных средств массовой информации.

На этом можно было бы поставить точку, если бы не методы, с помощью которых пытались дискредитировать и лишить действенности «Крефельдский призыв», объявляя его делом рук одних коммунистов. «Рейнише пост», например, писала: «До сих пор не опровергнуто утверждение, что подлинным организатором «Крефельдского призыва» является член Политбюро Коммунистической партии Советского Союза Борис Пономарев».[2] Именно от него, как утверждало западногерманское радио, исходило прямое указание на этот счет Советскому комитету защиты мира. Весной 1980 г. в Москве сотрудники этого комитета якобы обсуждали с уполномоченными Немецкого союза борцов за мир (ДФУ) стратегию, которой следовало руководствоваться в ходе начавшейся дискуссии по проблемам защиты мира в Федеративной Республике Германии. ДФУ, согласно мнению Ведомства по охране конституции, является замаскированной организацией Германской коммунистической партии. В начале сентября ДФУ выступил с призывом к борьбе против довооружения Западной Европы. А в середине сентября появился так называемый «Крефельдский призыв», заимствованный из коммюнике Союза борцов за мир.

Затем появились «знатоки», которым совершенно точно было известно о существовании «прямого провода, соединявшего ДФУ с прокоммунистическим Всемирным Советом Мира в Хельсинки». Там якобы находился человек с типичной русской фамилией, некий Шапошников, который «в течение длительного времени был личным секретарем Бориса Пономарева».

Итак, круг замкнулся. «Доказательство» налицо. Допустим, кто-то поверил этой галиматье. Но как быть с католическими епископами, с западными парламентариями, которые выступают за замораживание ядерных арсеналов? Не потому ли они против размещения оружия первого удара в Европе, чего так настойчиво добивается президент США, что оно создает угрозу всем — и социал-демократам, и коммунистам, и христианам, и атеистам, и «зеленым», и беспартийным, и солдатам, и гражданскому населению?

Не в этом ли причина воздействия «Крефельдекого призыва», в котором лаконично и убедительно говорится:

«Атомная смерть угрожает всем нам!

Никаких атомных ракет в Европе!

Я присоединяюсь к «Крефельдскому призыву», обращенному к федеральному правительству, и требую от него взять обратно согласие на размещение в Европе ракет «Першинг-2» и крылатых ракет».

К маю 1983 года этот призыв подписали четыре миллиона граждан ФРГ.

А в Даттельне между тем царило гробовое молчание.

Легенда, рассчитанная на подрыв профсоюзной солидарности

После 1945 года, с самого начала «холодной войны», начались происки антикоммунизма, направленные против рабочего движения и профсоюзов.

«Оглядываясь назад, мы можем с полным основанием заявить: во всех случаях, когда мы использовали для защиты интересов наших членов все доступные нам средства профсоюзной борьбы, раскольники не заставляли себя долго ждать. Их основным оружием всегда были дискредитация и распространение подозрительности по отношению к коммунистам. В 50-е годы ни одно столкновение профсоюзов с капиталом не обходилось без обвинения коммунистов в подстрекательстве. За три последних десятилетия мало что изменилось».

Члены правления крупнейшего западногерманского профсоюза металлистов Майер и Прейс, обобщая опыт борьбы с антикоммунизмом, написали об этом в брошюре «Легенда о коммунистическом проникновении как средство подрыва профсоюзной солидарности». Авторы однозначно заявили: «Мы не нуждаемся в поучениях тех, кто, подобно союзам работодателей и предпринимателям, не скрывал своего злорадства, наблюдая за тем, как в 1933 г. методично уничтожались демократия и права профсоюзов. Мы, члены профессиональных союзов, сумеем отстоять наше единство, выкованное в ходе тяжелой борьбы, от любых нападок. Мы придаем значение не тому, что нас разделяет, а тому, что объединяет: совместной борьбе за общие цели».

В заключение брошюры говорится: «С момента создания Объединения немецких профсоюзов легенда о «коммунистическом проникновении» всегда была неотъемлемой частью политики предпринимателей. Ее цель состояла не только в том, чтобы полностью заставить замолчать профессиональные союзы, но, кроме того, затруднить их активную борьбу в защиту экономических интересов своих членов.

С изменением соотношения политических сил в конце 60-х годов начали меняться и методы дискредитации профсоюзного движения. Наряду с клеветой по поводу выступлений рабочего класса стало широко использоваться очернение отдельных лиц, групп и даже целых направлений профсоюзной деятельности с целью создания внутри профсоюзных организаций обстановки взаимной подозрительности».

По поводу этой опасности Майер и Прейс пишут: «Все попытки ослабить нашу безопасность с помощью политики расколов и дискредитации обречены на провал. Мы не позволим увести себя с избранного пути. Наш главный враг — объединения предпринимателей и их политические пособники.

Легенда о коммунистическом проникновении в профсоюзы остается тем, чем была всегда: средством, используемым нашим противником для подрыва профсоюзной солидарности».

Дело Ящчика, или месть агента Ведомства по охране конституции

«Шесть коммунистов совершили нападение в Эссене на квартиру сотрудника Ведомства по охране конституции. Они вытащили его голым из квартиры, избили и влили в него бутылку водки, пытаясь заставить его выдать служебную тайну». С этой истории, опубликованной в «Бильд ам зонтаг» 7 июня 1981 г., началась «страшная месть» господина Дегенхардта. Предыстория же скандала такова.