Зеркальная игра - Чейз Джеймс Хедли - Страница 98

— А не можете ли вы сказать, почему вы сами на заметке у полиции, мистер Питербай?

Питербаю, видимо, это не понравилось, и он ничего не ответил.

Роджер бросил быстрый взгляд на скрюченную руку, а потом и на ту, которая была спрятана. Только передвинув свое кресло, он мог бы видеть, что находится в той руке. Роджер не двинулся с места, однако Эпалбай, безмолвный свидетель, увидел, куда посмотрел Роджер.

— Прекрасно,— сказал Роджер.— Я сообщу вам. Вы обкрадывали вашу компанию, и директора предупредили вас. Они были слишком снисходительны, им следовало бы отдать вас под суд. Если бы они сделали это, мы бы взяли вас уже давно и установили бы вашу личность, мистер Питербай, и личности ваших друзей, особенно Джина.

Он сделал паузу. Питербай выглядел озлобленным.

— Джин действительно весьма гнусный человек, и он ускользнул от нас,— продолжал Роджер.— Он сказал, что отправляется в море, и все этому поверили. Но он этого не сделал. По примеру Ридона, которого он знал уже много лет, Джин решил стать другим человеком. И вот свидетельство этому.

Вест вытащил из кармана флакон с таблетками никотиновой кислоты, найденный им в развалинах.

Питербай бросил на него быстрый взгляд, потом отвел глаза.

— Под действием этих таблеток цвет кожи делается ярким — вы выглядите румяным. Но когда действие таблетки кончается, вы принимаете снова обычный вид, а, умело натерев лицо жиром, становитесь не румяным, а наоборот, лихорадочно-желтым. Становитесь как бы другим человеком.

Вы, конечно, не обманете того, кто знает вас, но два описания вашей внешности будут совершенно различны.

Питербай по-прежнему смотрел в одну точку.

— Другая улика, о которой я говорил, была также найдена в подвале разрушенного дома, то есть в том месте, которое Джин использовал как убежище.

Она убедительно доказывает, что Джин имел специально изготовленные перчатки. Эти перчатки выполняли две функции: он не оставлял отпечатков пальцев на месте преступления; когда же он надевал их, будучи в своем втором обличье, они являлись характерной чертой и приметой этого второго человека, настолько натуральной, что никто даже не подозревал истины.

Таким образом, Джин имел два обличья и прекрасно чувствовал себя в любом из них.

Приехав в своем втором обличье по делам в Хул, Джин случайно встретился с Роусоном и узнал в нем Ридона; он знал и то, что Ридон располагает значительной частью добычи от давнего ограбления.

Но и Роусон узнал в нем Джина. Поэтому оставлять Тони Роусона в живых было опасно. Джин решает избавиться от него и завладеть деньгами и драгоценностями.

С помощью Нориса, своего сообщника, Джин заманил Моллоу в коттедж Ридона. Все должно было произойти именно так: Ридона, убить, Моллоу, подставить, чтобы на него пала вина за убийство и ограбление. Но план Джина сорвался. Моллоу исчез вместе с деньгами. Кроме того, затеяв крупное дело, Джин вынужден был открыть Норису свою вторую сущность. И поэтому теперь Норис должен был умереть, но вина и за его смерть должна была опять лечь на Моллоу. Оставался только один человек, который знал о двух обличьях Джина Лефти. Это была Глэдис Домуэл. Но и от нее Джин избавился. Все свидетели были убиты, и Джин чувствовал себя в полной безопасности.

С этого момента Лефти Джин полностью перестал существовать. Но оставалось второе обличье, что позволило ему до сих пор оставаться на свободе.

Роджер сделал паузу.

Питербай сидел прямо, неподвижно. Левая рука была по-прежнему спрятана, но правое плечо его дернулось.

Как только рука показалась над поверхностью стола, Роджер резко бросил свой портсигар прямо в лоснящееся красное лицо.

Питербай успел уклониться. Его правая рука поднялась над столом, сжимая пистолет. Прежде чем он успел выстрелить, Эпалбай схватил его за кисть и вывернул ее.

Пистолет упал на пол.

— Превосходно,— сказал Роджер,— все кончено.

Перед Роджером промелькнули Дафни Моллоу, юный Джордж Смит, Жанет и сыновья — все их страхи были окончены.

Эти мысли помогли забыть мрачные картины.

— Прекрасно! — повторил Роджер и поправил пальто.— Гарольд Джулиус Питербай, именем Его Величества я обязан арестовать вас по обвинению в преднамеренном убийстве Глэдис Домуэл приблизительно в десять часов пятнадцать минут вечера в понедельник, восьмого июня.

Мой долг предупредить вас, что все, что вы скажете, может быть использовано против вас. Далее, я обязан информировать вас о том, что обвинение может быть предъявлено вам не только как Гарольду Джулиусу Питербаю, но и как Ролланду по прозвищу Лефти Джин.