Один в поле не воин - Тармашев Сергей Сергеевич - Страница 80

Которые ещё жалуются в один голос, мол, что-то мужики обмельчали, нормального не найти! – Медведь вновь согласно покивал, с пролетарским возмущением дожевывая кашу. – Конечно, обмельчали, никто и не спорит! Чего бы им не обмельчать, вон, в стране что творится, мужская работа не в чести, популярностью пользуются всякие слизни с больших экранов или больших кошельков. Кого выращиваем-то? Дистрофичных волосатиков, менеджеров-музыкантов-программистов? Они-то защитят, ясень пень, и Родину, и девушку, с легкостью. Где-нибудь в словесной баталии на очередном блоге-сайте-форуме. Зато это сейчас престижно, и денег они зарабатывают не в пример токарю или комбайнеру. Ну, и кто, по-вашему, с такой постановкой вопроса будет вырастать вместо мужика?! Так что нечего современным бабам ныть. И мужикам тоже! Они как раз друг другу идеально подходят. Что там – хлам, что здесь. Восхитительные пары получаются, как на подбор. Он – малодушный слизняк-подкаблучник с утонченностью придворной дамы, она – корявая и страшная жертва холодильника с грацией слона и самомнением королевы. Лучше даже не задумываться, что у них на свет появляется. Женишься тут, как же! Хлам!

Он триумфально признал за собой победу в споре с собой, прикончил остатки обеда и отправился к себе. Выброс нудно сверлил голову, стремясь медленно прогрызть в ней сквозную дыру, и лучшим лекарством от этого был сон. Медведь разулся, влез в спальник и накрыл голову подушкой. Хорошо быть Фантиком, можно залезть под подушку целиком. Майор закрыл глаза, но погрузиться в болезненный сон смог только через час. И до самого утра ему нагло снилась Бэмби. Она вышагивала на носочках в своих шортиках и футболочке без лифчика туда-сюда по его комнате, стены которой были густо затянуты Паутиной. На её запястье висел ценник с надписью «Natural Blond, $ 2.000.000», на спине красовалась надпись: «Готовлю вкусно». Время от времени Бэмби останавливалась, придирчиво оглядывала себя в огромное настенное зеркало, которого в реальности в комнате Медведя никогда не бывало, и легким движением поправляла длинные распущенные волосы. После этого она переводила на майора обиженный взгляд голубых глаз и грустно вопрошала: «А со мной-то что не так?!», и продолжала дефилировать. Здоровяк бросал в неё тапком, стремясь выгнать из комнаты, но постоянно промахивался, и помещение было усеяно десятками тапок.

Выброс длился почти двадцать семь часов и закончился к пяти вечера следующих суток поистине бесконечным потоком голодного злого зверья, мчащегося к озеру на водопой. О том, чтобы продолжить рыть укрепрайон, и речи не шло. Даже на крыше Базы стоять было неспокойно, взбешенные птичьи стаи в безразмерном количестве проносились над маскировочной сеткой, пронзительно вереща совсем не птичьими голосами. Каждую минуту от той или иной стаи отделялась кучка уродливых тварей, вооруженных длинными заскорузлыми когтями и клювами, и пикировала на Базу, но сразу же замечала поглотившую радиопередатчик Воронку и поднималась обратно, издавая злобные недовольные крики. В итоге до обеда Второго дня все безвылазно просидели на Базе в ожидании, когда зверьё начнет успокаиваться.

После прошлого обеда Бэмби ему на глаза не появлялась, и Медведь порадовался разумности её поведения. Невеселых хлопот и без неё хватало. Лаванда сильно потускнела, и даже двадцатилетний внешний вид никак не помогал ей скрыть тоскливую печаль. Понять, что произошло с Туманом, никто не мог. Даже объединенная следственная комиссия не сказала на его счет ничего конкретного. Все пытались её утешить в силу возможности, заявляя, что не об аресте, ни об уничтожении Тумана заявлено не было, а это значит, что у него ещё есть шансы. Проходя мимо комнаты Бэмби, вместе с которой пока жила Лаванда, Медведь слышал, как Володина убеждала её в том, что Берёзов обязательно вернется, причем уже скоро. Просто добраться из Москвы до Ареала не просто, тем более, если ты в розыске.

Из радостных вестей было возвращение Шороха в сознание. Боец пришел в себя незадолго до окончания Выброса и был ещё очень слаб, но уже узнавал всех и мог понемногу разговаривать. Делать всё равно было нечего, и народ устремился каждые пятнадцать минут его навещать и развлекать, и, в конце концов, Айболит всех выгнал из медотсека и закрыл дверь изнутри. Тогда Медведь направился к ученым, но там хороших новостей не было. Без помощи со стороны, расстилавшийся перед Научной Группой фронт работ придется разрабатывать десятилетиями. Появление Лаванды немного разгрузило ученых, и сейчас они очень рассчитывали на возвращение из Эпицентра Болта с действительно крупными обломками метеорита, в надежде, что подобный резкий скачок мощности вакуумной пары позволит совершить прорыв в рутинной работе. Требовались дополнительные пары, дополнительные меты и дополнительные специалисты… Из лаборатории Медведь вышел крайне задумчивым. Как организовать научный процесс в условиях осадного положения? В этот момент к здоровяку подошел Рас и добавил забот.

– Нужно в Сателлит выдвигаться, как только появится возможность, – сообщил молодой сталкер. – Выброс долго не начинался и длился больше суток. У Водяного по моим подсчетам закончились деньги на воду. Я в прошлый раз привез им совсем немного, никто не ожидал, что с Выбросом всё так затянется! Ему нужно срочно воды привезти и денег. Он там сейчас по-любому из-под крана пьёт. Хорошо, если это безвредно. А если его скрутит, и он в больницу попадет, то там быстро выяснится, что он в гриме. Его сразу же примут, наши фотографии там повсюду висят!

– Когда ты хочешь выйти? – уточнил Медведь. – Сейчас бесполезно, зверьё ещё бесится.

– Вечером надо обязательно уйти, – нахмурился Рас. – За ночь Водяной полводопровода в Сателлите выхлебает. Если это вредно, то к утру без вариантов будет уже в больнице. А если нет, то где-нибудь в Службе Безопасности, потому что вода в гостинице платная, а денег у них уже нет.

– Тогда пойдем все вместе, доведем тебя до Зеленой, – решил Медведь. – Может, до Сателлита тебя проводить?

– Не надо, – Рас покачал головой. – Один я быстрее доберусь. Я не по дорогам, я через лес поеду. Там, где квадрик между деревьев проходит. Всё равно абсолютно на всех деревьях Паутины быть не может, такого даже в Желтой нет. Так что проберусь. На всякий случай возьму двухместный, если что, мы на нём обратно втроем доехать сможем. Вы только до схрона меня проведите, дальше я сам.

– Хорошо, – здоровяк не стал спорить. По части пролезания в игольное ушко Рас был большой специалист, и много раз доказывал, что способен пройти там, где мало кто отважится. – Тогда выходим за два часа до сумерек. Как раз к схрону выйдем с появлением Паутины.

Бойцы принялись собираться в дорогу. Раса снабдили деньгами и припасами для Кварца и Водяного, заодно взяли с собой по канистре воды каждый. На обратном пути Медведь планировал зайти в Ухту и отдать воду добровольцам. У них с водой сейчас тоже должно быть не сладко. Придется тащить на себе дополнительный груз, но это всё равно лучше, чем ходить дважды. В крайнем случае, можно полчаса на метах прогуляться. Больше майора волновал тот факт, что от отряда фактически осталось трое бойцов, если не снимать с поста часового. А снимать его нельзя никак, не то положение у нас сейчас. Выручило присутствие Лаванды. Её оставили наблюдать за раненым, Айболит временно занял пост часового, после чего четверо бойцов и один сталкер покинули Базу. До Зеленой Зоны добирались больше двух часов. Часто приходилось останавливаться и пропускать стаи мутантов, возвращающиеся с водопоя. В Зеленой скорость передвижения увеличилась, и ещё через час группа добралась до схрона с квадроциклами. Рас укатил прямо через лес, быстро исчезая в поблескивающих Паутиной сумерках, и Медведь повел людей в Ухту. Пока дошли до нужных развалин, наступила ночь. Паутина исчезла, всюду расцвели россыпи Студня, из окружающих руины города зарослей зазвучали заунывные крики ночных хищников.

Медведь с пулеметом на изготовку осторожно подобрался к условленному месту, подобрал обломок кирпича и постучал им по стене, воспроизводя заранее оговоренный сигнал. В ответ прозвучал парный звук соударяющегося металла, и «Филин» показал красное пятно человеческого силуэта, приближающегося из глубины развалин. Встречающий вышел на улицу и огляделся, но «Невидимки» скрывали бойцов Спецотряда от «Филина».