Путешествия ворона Кутха по северным странам - Меновщиков Георгий Алексеевич - Страница 13

Кутх снова летел над Корякией и Чукотией, где он уже побывал вместе с Мити и своими детьми. Он останавливался на отдых в тех местах, где его не знали.

После долгого пути из Ительмении в Эскимосию Кутх приземлился наконец около большого селения береговых жителей. Это были эскимосы. На берегу охотники свежевали только что добытого кита. Женщины и дети убирали мясо и жир в ямы-склады. Множество чаек с криком кружилось вокруг огромной туши морского великана. Стаи собак и местных воронов вертелись около охотников, которые бросали им мелкие куски от своей добычи. «Эх, как бы мне кусочек китового жира», — подумал проголодавшийся Кутх. И тут неожиданно подлетает к нему местный ворон и спрашивает:

— Кто ты и откуда?

— Я Кутх из страны Ительмении, — отвечает он.

— Слышали здешние жители о твоей стране. Уж не тот ли ты Кутх из сказок, который превращается из человека в ворона и из ворона в человека? — спросил эскимосский ворон.

— Может быть, может быть, — сказал Кутх и, сбросив с плеч одежду с крыльями, обернулся человеком. Он присел на камень и сказал здешнему ворону:

— Сначала ты накорми меня китовым жиром, а уж потом расспрашивай.

Поражённый ворон принёс кусок розового китового жира.

Кутх вынул свой охотничий-нож из чехла, висевший на расшитом бисером поясе, и, отрезая кусок за куском, стал есть.

— Скоро день кончится, — сказал Кутху ворон, — иди и отдохни у здешних людей. Вон в той яранге вечером старики будут рассказывать сказки. Послушай их!

Ворон улетел, а Кутх спрятал свою воронью одежду в мешок и пошёл к людям. А люди эти жили в большом селении Сиреники. Подошёл к первой яранге и кашлянул.

— Кто ты? — спросили из яранги.

— Гость я из страны Ительмении.

— Ну входи, есть будем, чай пить будем.

Кутх вошёл в сени, из сеней — в полог.

У жирника на корточках сидел седой старик, а около него мужчины, женщины и дети. Они ели свежую китовую шкуру с розовым жиром и пили чай. Угостили и Кутха. Затем дети стали просить старика:

— Расскажи нам сказку про хитреца Кукылына!

Старик сказал:

— Слушайте, но не перебивайте. Кто перебьёт, сам будет досказывать. Ты, гость, послушай тоже.

И старик начал рассказывать про Кукылына, обманувшего жену и детей.

Хитрый Кукылын

«Давно, говорят, было. Жил в далёкой от нас стороне хитрый человек, обманщик и плут по имени Кукылын. Была у него работящая жена Мити и много детей. Кукылын был большим лентяем и не хотел добывать зверей для еды и одежды. Мити с трудом удавалось заставить Кукылына ставить силки на куропаток. Семья питалась мясом куропаток, а из их шкурок Мити шила детям одежду.

Надоело Кукылыну ловить куропаток. Решил он обмануть Мити и детей».

Тут старик немного помолчал, а наш Кутх подумал: «Да ведь это обо мне он начал рассказывать. Только имя моё перепутал. Ведь это я много лет тому назад обманывал мою Мити и детей. Но послушаю, что дальше будет».

А старик так продолжал свою сказку.

«Кукылын притворился больным и сделал вид, что умер. Мити и дети стали оплакивать его, а затем отнесли в тундру и похоронили. А когда Мити с детьми домой ушла, Кукылын встал, оделся и построил в тундре себе ярангу. После этого пошёл добывать куропаток. Куропаток добыл, много жиру заготовил. Из мяса и жира вкусный паштет сделал. Ест и напевает:

А Мити последними куропатками детей кормила. Совсем мало осталось припасов. Кукылын тем временем паштет из жира и мяса делал и припевал:

Однажды в ярангу Мити через отверстие влетела куропатка и заговорила:

— Кру-кру-кру, слушай меня, Мити. Кукылын не умер, а там, в тундре, куропаток добывает да паштет делает. Вот возьми, Мити, мою шкуру, надень её и лети туда. По пути ярангу увидишь. Это Кукылына яранга.

Мити надела куропаточью шкуру и полетела. Увидела ярангу и вошла. А Кукылын в это время сидел и ел. Мити голосом куропатки сказала:

— Ты жив разве? Надо твоей Мити и детям сказать об этом, кру-кру-кру.

Кукылыну стыдно стало, а Мити домой отправилась. Прилетела. Птичью шкуру сняла и отдала её куропатке. Та вспорхнула и улетела. Кукылын домой вернулся. Мити, увидев его, сказала:

— Кто ты? Ведь Кукылын умер!

Кукылын сказал:

— Да нет, не умер я. Бегите скорее за куропатками, много их добыл я.

После этого детей ласкать стал и больше, говорят, не оставлял их».

Кутх узнаёт свои новые имена

Слушал-слушал Кутх сказку старика и не выдержал:

— Про меня эта сказка, только имя моё ты не так называл. Не Кукылын я, а Кутх из страны Ительмении.

Старик ответил ему:

— На нашем эскимосском языке твоё имя Кукылын, а не Кутх. Может быть, ты и есть тот самый человек, о котором сказано в сказке, но мы впервые видим тебя, а сказке уж более ста лет.

Кутх сказал:

— Я и есть тот человек-ворон, которого в Ительмении зовут Кутхом, в Корякии — Куткынняку, а в соседней вам Чукотии — Куркылём. Вот сколько у меня имён на разных языках. А маленькое племя кереков в Чукотии называет меня Кукки.

Старик удивился:

— Какой же ты ворон Кутх — Куткынняку — Куркыль — Кукки — Кукылын, если у тебя нет крыльев и ты похож на нас, людей?

— Так смотрите же! — сказал Кутх, сунул голову в свой заплечный мешок, закаркал и превратился в ворона. Затем он выскочил из жилища и полетел в северную сторону страны Эскимосии.

Все люди, слушавшие сказку и разговор старика с Кутхом, замерли от удивления.

А Кутх, высоко поднявшись, летел, летел и приблизился к старинному селению морских зверобоев Уназику, приземлился на его окраине и обернулся снова человеком. А в том селении в этот день все жители трудились на песчаном берегу. Зверобои вернулись с дальней морской охоты и привезли на байдарах много добытых ими моржей. Мужчины свежевали добычу, а женщины, старики и дети уносили в мясные ямы-склады куски мяса с жиром.

И здесь чайки с криком и шумом кружились над добычей людей, а собаки и вороны наслаждались лакомыми кусочками моржатины, которые им щедро подбрасывали охотники.

Кутх подумал: «В том селении люди китов добывают, в этом — моржей. Сколько же мяса и жира они имеют! Вот столько бы еды моей Мити и детям!».

Затем Кутх дождался темноты, когда люди разошлись по ярангам, и пошёл в селение. У каждой яранги, свернувшись клубком, лежало по множеству сытых собак. Собаки были мирные и не лаяли на Кутха.

Кутх подошёл к большой яранге и услышал голос хозяина:

— Давайте поедим свежей моржовой печени, а потом расскажу я вам интересную сказку.

Кутх кашлянул. Из полога спросили:

— Кто там?

— Это я, гость из страны Ительмении, — ответил Кутх.

— Входи, поужинай с нами и отдохни.

Кутх вошёл в полог. Женщины по эскимосскому обычаю хотели было снять с гостя одежду и обувь, чтобы повесить на просушку, но Кутх сказал:

— Я сам разденусь перед сном. В нашей стране не принято, чтобы женщины раздевали гостя.

Кутх обманывал здешних людей. В его местности были схожие с эскимосскими обычаи. Он просто боялся, как бы люди не заметили, когда он разуется, что у него не человеческие ноги, а вороньи когти.

Когда поели, проветрили ярангу, хозяин сказал:

— Теперь послушайте сказку про Кушкли — ворона.

Кутх подумал: «Кушкли — это тоже я, наверное. А ну, послушаем».

И хозяин стал рассказывать.

Глупый Кушкли

«Так, говорят, было. Жил в одном селении Кушкли с женой Митикой и сыном Эмэмкутом. Однажды девочки из соседних яранг нашли выброшенную морем нерпу. Решили они спрятать нерпу, чтобы ленивый и глупый Кушкли не увидел и не взял её. Но не успели девочки утащить нерпу, как к ним подошёл Кушкли и спросил: