Пригнувшись, Юрий скользнул в траву, благо тут она была ему по пояс. В этот момент он поблагодарил самого себя за то, что сегодня надел зеленую рубашку.

Последние пятьдесят метров Астафьев прополз по-пластунски, затем поднялся и осторожно выглянул. И тут же в висок ему уперся ствол автомата, а знакомый голос ровно сказал:

— А, так это ты, Юра. А я думаю, кто это за мной так упорно топает?

У Астафьева снова резко пересохло горло, он прокашлялся и только потом начал говорить:

— Да, решил вот вас проводить, Иван Матвеевич, посмотреть, как вы устроитесь на новом месте.

— А ты шутник, оказывается, — задумчиво сказал Пахомов, и Юрий понял, что сейчас решается его судьба.

«Вот дурак-то! — запоздало раскаялся он. — Решил со спецназовцем поиграть в прятки. Их же этому всю жизнь учили! И мужиков нет, выручить некому, ни Андрюхи, ни Михалыча».