По Закону зверя - Сарафанов Валентин - Страница 65

Не хочешь брать победу, вожак, так я возьму! Меня будут помнить. Того, кто победу вырвал у врага. Мое время настало.

– Вперед! – взмахнул Дракус мечом.

Конница всколыхнулась, вначале медленно, словно снежная лавина пошла с гор, скорость набрала. За ней пехота хлынула.

Зерон давно заметил брешь в обороне врага. Усмехнулся только:

– Заманиваешь. Приглашаешь войти. А потом дверцу захлопнешь. Нет. По-другому все будет.

Зерон отдал распоряжение посыльному. На левом фланге мауронгов третья линия двинулась вперед. Линия битвы на левом фланге колыхнулась, чуть пошла вперед и остановилась. Пока остановилась. Резервы еще есть, чтобы дожать врага. А пока ждем.

– Что за..! – Зерон привстал в стременах. – Как он посмел!

Его лучшие войска, которые он придерживал для решительного удара, шли в заготовленную ловушку. Без приказа!

– Дракус! Как он мог! Остановить! – Зерон сам устремил своего коня наперерез коннице.

Поздно! Передние ряды элитных войск вломились в раскрытую ловушку. Глупо! Бездарно!

– Назад! Сволочи! – завопил Зерон. – Холодная пустота испуганно сжалась внутри, уступив место необузданной ярости.

Его не слышали. Одинокий голос перекрывался шумом битвы. Войска продолжали безрассудно втягиваться в брешь.

Танаис, сидя на полу, тупо мотала головой из стороны в сторону. Перед глазами сияли радужные круги.

– Никогда так больше не делай! – строго произнес Теуранг, помогая ей сесть на лавку. – Что ты на меня кидаешься? Я, что ли, виноват, что ты здесь? Сами там дров наломали.

– Я должна выйти отсюда, – упрямо произнесла Танаис уже спокойно.

– Не зависит это от меня, – пробурчал Теуранг.

– А от кого?

– От тебя зависит. От силы твоей.

– А яснее можешь сказать?

– Куда уж яснее. Яд Мауронга в тебе. Преодолеешь яд – вернешься в Эгирис. А ежели нет, то не обессудь.

– А других путей нет? Что молчишь?

– Что ты так назад рвешься-то? – подозрительно спросил Теуранг. – Будто ты там что-то изменишь. Все уже! Сойдутся они скоро лицом к лицу. Все к тому идет. Кто там кого порешит, уже без разницы. Один другого кончит, и сам тут же, как ты говоришь, ласты завернет. И не просто завернет, а в Великую Пустоту канет. Надо так, понимаешь. А если по правде, то не отпустит тебя Мауронг. Так что готовься идти на перевоплощение.

– Мауронг, говоришь? А как найти его?

– Мауронга-то? – ухмыльнулся Теуранг. – Меж миров он скитается.

– А есть путь?

– Есть такой, но считай что нет.

– Это почему?

– Закрыт он. Семь закрытых дверей на пути. Назад нельзя поворачивать, а вперед уже не шагнешь. «Путь Преображения» называется. По самому низу темных миров он проходит.

– Чем закрыты двери, ключом?

– Ага, а ключи внутри.

– Чего внутри?

– Тебя самой. Все внутри тебя. Найдешь ключи – пройдешь. А не найдешь – вечно на пути том затеряешься.

– Все загадками говоришь.

– Ничуть! – Теуранг развел в стороны руки. – Все как есть сказал.

– Тогда показывай. – Танаис решительно поднялась со скамьи.

– Что?

– Выход где на этот путь? Показывай!

– Решительная ты, однако. Спасти его хочешь? Вижу, хочешь. Не получится у тебя, – зловеще произнес Теуранг. – Хотя как знать. Я тебя понимаю. Сам когда-то человеком был. Давно. А она такая же красивая, как ты, была. Ты на нее похожа. Глаза такие же огромные. Как озера, что небеса отражают. Волосы темной волной играют. Словно вчера это было. Но это отдельная история. А в тебе сила есть. Великая сила. Я вижу. Не хочу я тебя отпускать, но вижу, что надо. Скажи, а там небеса по-прежнему такие же синие, как глаза твои?

– Синие, – улыбнулась Танаис. – Облака белые плывут. Птицы в небе кружатся.

– Да, красиво там, – согласился Теуранг. – Знаешь что. Я слышал, кто путь пройдет, тот в конце может Хозяина Пути увидеть. Он желания исполняет. Не все, правда. Но если хорошо попросить, то исполнить может. Попроси его за меня.

– Что ты хочешь, Хозяин Дома?

– Человеком вновь стать хочу. Облака увидеть, небо голубое. В воды реки руки опустить. Я хочу, чтобы выбор у меня был. Путь открылся. Не могу я больше тут быть. Понимаешь?

– Понимаю. За какие же такие заслуги ты стал Хозяином Дома?

– Я же сказал. Это отдельная история. Долгая и невеселая. Пойдем же, красавица. Я тебе выход на путь покажу. Он недалеко. Пошли. Коль уж решила, так не будем время терять.

Клин конницы завяз. Пехота, что старалась поспеть за конниками и бестолковой толпой втянулась в прорыв, теперь беспорядочно топталась на месте под градом тысяч стрел, что методично, залпами обрушивали на нее лучники. Дракус понял свою ошибку и отчаянно рубился в первых рядах. Отступать было некуда. За спиной враг сомкнул ряды и отрезал гвардию от основных сил. Ловушка захлопнулась.

Зерон все видел. У него был выбор. Он мог направить резервы и помочь Дракусу. Но он сделал по-другому. Холодная пустота вновь заполнила его.

– Оно к лучшему. Дурак ты, Дракус, – Зерон сплюнул и оглянулся на личную охрану. – Пехару ко мне. Быстро!

Теуранг поднялся из-за стола, подошел к двери, что вела в коридоры Дома, остановился и оглянулся на Танаис.

– Теперь слушай меня и все исполняй. Не спрашивай ничего, – произнес он. – Сейчас первое испытание будет. В начале пути. Оно несложное. Будет больно. Но ты терпи. Иначе путь на этом закончится. Я первый ключ помогу тебе достать. Знаю я его и вижу. Это все, чем смогу помочь. Протяни руку и держи ладонью вверх. Ровно держи.

Танаис послушно протянула руку. Теуранг неуловимо быстро прикоснулся кончиками костлявых пальцев к ее ладони, где мгновенно вспыхнуло яркое пламя.

Боль пронзила руку, а затем все тело. Танаис зубы стиснула. Изнутри, из глубины будто исходило что-то в руку потоком. Пламя на ладони вспыхнуло ослепительно. Танаис глаза зажмурила. Вновь открыла. Боль ушла. На ладони птичка скачет, маленькая такая. Огоньком светится. Перья искрами сверкают. Коготки пальцы царапают.

– Что это? – удивленно раскрыла глаза Танаис.

– Это смелость твоя, – пояснил Теуранг. – Смотри, как огнем-то светится. Это первый ключ твой. Она тебе дверь первую откроет и путь укажет. Смелость нужна, чтобы первый шаг сделать. Но одной смелости мало на пути.

– А что нужно еще?

– Не знаю я! – развел Теуранг руками. – Только тот, кто путь прошел, знает. Но такие назад не возвращаются. А были ли они? Я не знаю. Иди же. Птичку к двери поднеси. Дверь сама отворится. Не медли. Делай шаг. Что бы там ни было. Делай шаг. Иначе дверь закроется. Давай, действуй.

Танаис осторожно приблизила ладонь к двери. Птичка засуетилась, защебетала, и тяжелая дверь сорвалась с петель, упала в вязкую темноту. Ветер ударил в лицо. Зигзаг молнии разорвал мрак.

– Иди! – услышала Танаис возглас Теуранга. – Иди и не оглядывайся!

Она шагнула в темноту. Струи холодного дождя, смешанного со снегом, ударили в лицо. Она не видела дороги, ступая на ощупь. Птичка вспорхнула с ладони и маленьким ярким огоньком впереди полетела. Танаис пошла за ней медленно. Птичка нетерпеливо прощебетала короткой трелью. Поторопись, дескать. Танаис ускорила шаг.

Фронтальный натиск мауронгов не ослабевал. Их новые резервы нескончаемо выползали из-за холмов и вступали в битву. Александр вынужден был вводить в бой свежие силы. Уже задействована третья линия, а мауронги продолжали давить. Александр полагал, что Зерон пустит основные силы на выручку своим войскам, попавшим в ловушку, но этого не произошло. Что-то не складывалось. Александр это чувствовал. Противник получил нокдаун, но это ничуть не смутило его. Нокдаун – это не нокаут, не чистая победа. Спокоен противник. Продолжает давить и выжидает. Александр чувствовал это ожидание. Он посмотрел на последние резервы, еще не вступившие в битву. Тысяч тридцать осталось всего. Шесть полков застыли неподвижно. Три на правом фланге, два в центре и полк пехоты с отрядом двуручников, бойцов с двуручными мечами, на левом.