Преступники и преступления с древности до наших дней. Маньяки, убийцы - Мамичев Дмитрий Анатольевич - Страница 83

Следующий случай произвел на всех особенно тяжелое впечатление. 20 августа 1946 г. рабочие-железнодорожники товарной станции в Хофе, придя рано утром на работу, заметили яркие пятна крови и дамскую туфельку. След привел к семиметровому колодцу, на дне которого лежал труп молодой женщины 20–25 лет. Врачи пришли к выводу, что она умерла лишь несколько часов тому назад. Причиной смерти были тяжелое повреждение черепа, нанесенное тупым предметом, и большая потеря крови. Глубокая резаная рана горла доходила до самого позвоночника.

Комиссия по расследованию убийства допросила всех рабочих и служащих товарной станции, организовала розыск в окрестностях города, особенно в близлежащих ресторанах, и вышла на важного свидетеля. Им был официант привокзального ресторана, который вспомнил, что видел эту женщину вечером накануне убийства в обществе двух мужчин. У одного из них было толстое круглое лицо и дешевые очки в никелированной оправе. Другой свидетель утверждал, что уже не раз видел «мордастого» в этом районе. Немедленно был объявлен розыск обоих мужчин, скорее всего спекулянтов, регулярно курсировавших через границу. Никаких результатов. Установить личность изуродованной жертвы также не удалось.

Четвертый случай был вновь зарегистрирован в британской зоне. В подлеске у проселочной дороги, ведущей из Кварцау на Кленце (Нижняя Саксония), недалеко от пограничного пункта Берган, грибники нашли небрежно забросанный землей труп 23-летней Инги X. Врачи констатировали тяжелое повреждение черепа и все следы полового преступления. Здесь же было обнаружено и орудие убийства — булыжник. Смерть наступила более 36 часов назад. Это заключение медицинской экспертизы совпало с заявлением родителей убитой, которые обратились в полицию в связи с исчезновением дочери еще 2 сентября.

Преступника и на этот раз не нашли.

Нераскрытым осталось и пятое убийство, совершенное в лесу под Траппштадтом. 9 ноября 1946 г. рабочие лесхоза обнаружили здесь слегка присыпанный землей и уже разложившийся труп молодой женщины. На месте преступления полиция нашла клочки газеты «Швебише тагесцайтунг» за 9 и 10 сентября. В убитой опознали 25-летнюю спекулянтку X. из Штутгарта. Как показали знакомые, в середине сентября X. отправилась в советскую зону, имея при себе значительное количество товаров «черного рынка». С тех пор о ней не было ни слуху ни духу.

В том же месяце в районе между Валькенридом и Эльрихом была найдена мертвой 25-летняя Криста 3. Судя по всему, ее убили подковой, которая валялась рядом.

Не было никаких признаков ни полового преступления, ни ограбления жертвы. И вновь абсолютно никаких следов преступника, ничего, что помогло бы восстановить обстоятельства дела.

Прошло еще несколько недель. Казалось, что зловеший убийца прекратил наконец свой страшный промысел, как вдруг в полицию сообщили, что 17 января 1947 г. под Аббенроде (Нижняя Саксония) был подобран труп 20-летней Маргот М. Множественные переломы основания черепа от ударов тупым предметом и ряд повреждений на теле убитой не оставляли сомнений: это была рука все того же преступника.

Однако уголовная полиция не обратила на это никакого внимания. Дело рассматривалось как единичный случай. Удалось установить лишь, что днем ранее Маргот М. выехала поездом из Брауншвейга в Виненбург к своим родственникам в советскую зону. Полиция предприняла еще несколько безуспешных попыток напасть на след убийцы, но в конце концов прекратила розыск.

Спустя месяц, в середине февраля 1947 г. в лесах Гудерслебена (опять Нижняя Саксония) лесорубы натолкнулись на спрятанный под штабелем дров труп пожилой женщины.

Как и во многих предыдущих случаях, налицо были тяжелые повреждения черепа и признаки полового преступления. Орудием преступления служил прут около 30 см длиной и 3 см шириной, который лежал рядом. Полиция опознала в жертве 49-летнюю Ш., но найти преступника и на этот раз не удалось.

По показаниям родных, фрау Ш. должна была 6 февраля перейти границу зоны в районе Валькенрида. С того времени ее никто не видел.

Спустя несколько недель, в начале марта, приблизительно в 7 километрах от Цорге (Южный Гарц) был найден череп молодой женщины. В височной части зияло отверстие величиной с куриное яйцо. Установить личность жертвы не удалось.

С этой находкой под Цорге внезапно оборвалась цепь зверских убийств.

Число злостных преступлений росло не по дням, а по часам, и постепенно серия убийств на границе стала забываться.

Шел июль 1949 г. Заключенный N 2106/47 нижнесаксонской тюрьмы в Целле доводил своих стражей буквально до отчаяния. Вот уже два года как этот полный человек с круглым опухшим лицом и очками в дешевой никелированной оправе сидел за решеткой. Звали его Рудольф Плейль.

5 декабря 1947 г. Плейля приговорили к 12 годам и 3 месяцам тюрьмы. Дело Плейля рассматривалось первым отделением по уголовным делам дандгерихта (земельного суда) в Брауншвейге. На основании заключения психиатра Барншторфа, Плейль был признан уменыленно вменяемым, и потому суд воздержался от более суровой меры наказания. Что же он совершил?

Это произошло в ночь с 13 на 14 апреля 1947 г. в районе границы недалеко от Цорге. Неизвестный зарубил топором 52-летнего коммерсанта Беннена из Гамбурга, затем ограбил труп и бросил его вместе с орудием убийства в реку.

Когда началось расследование, местные жители обратили внимание полиции на некоего Плейля, спекулянта, то и дело курсирующего из одной зоны в другую. Через четыре дня он был арестован.

Поскольку Плейль был эпилептиком, да к тому же пьян в момент убийства, суд нашел эти обстоятельства смягчающими и ограничился 12 годами тюрьмы.

Однако Плейль не сгинул безвестным и забытым арестантом, как это часто бывает. Он постоянно напоминал о себе. Ни один уголовник не хотел сидеть в камере с «этим чокнутым», который прямо-таки садистски истязал своих сокамерников. Никто не мог объяснить его поведение. Наконец надзирателям это надоело. И по распоряжению прокуратуры Плейля направили на обследование в психиатрическую лечебницу Кенинлюттера.

Здесь он был известной личностью. Главврач клиники, медицинский советник Барншторф, еще в 1947 г., сразу после убийства Беннена, пытался исследовать загадочные извилины мозга в шарообразной голове Плейля. Правда, больше чем хотел сказать сам Плейль, он так и не узнал. К тому же тогда у главврача было слишком мало времени, да и Плейль показался ему заурядным убийцей. Когда же садистские атаки на сокамерников обнаружили скрытые сексуальные наклонности Плейля, случай заинтересовал Барншторфа.

Плейля внимательно обследовали, подвергали его различным тестам.

Во время теста на алкоголь случилось непредвиденное — Плейль, отвыкший за время заключения от шнапса, внезапно заявил что в марте 1946 г. в карьере Роклума он прикончил одну женщину и потом изнасиловал ее.

Врачи глядели на него с недоверием. Разочарованный такой реакцией, Плейль «поколдовал» над своим пиджаком и выташил из-под подкладки листок бумаги. На нем во всех деталях было описано это убийство.

Собственно говоря, он хотел, чтобы это стало известным только после его смерти. Но с другой стороны, на кой это ему тогда нужно? Пусть лучше о его делах узнают сейчас. По крайней мере он своими глазами прочтет, что об этом напишут газеты. И, обращаясь к врачам, Плейль добавил: «И вы, господа, должны в конце концов узнать, кто перед вами. Я, Рудольф Плейль, величайший убийца всех времен!»

Уголовная полиция Брауншвейга пропустила мимо ушей сообщение психиатров и даже не подумала серьезно заняться Плейлем. Его объявили обычным хвастуном, который просто хочет привлечь к себе внимание. Лело Плейля и его признание в убийстве восемь месяцев пересылали от одного чиновника к другому, пока оно в конце концов не затерялось окончательно в бюрократических дебрях полицейского аппарата.

Таким образом, «великому убийце» пришлось слишком долго ждать желанных газетных заголовков. Тем временем в его извращенном уме засела очередная идея: Плейль решил стать профессиональным палачом, и, находясь на государственной службе, за хорошую плату делать то, чего нельзя обычному человеку: убивать!