Дитя Света. Часть 2. (СИ) - Григорьева Юлия - Страница 133

   - Единственная моя, - заговорил Вечный, и его глубокий обволакивающий голос разлился над нами, вызывая далекие отголоски эха, - та, в ком заключена сама моя жизнь, я даю тебе клятву быть твоей защитой, заботиться о твоем благе. Твое счастье станет для меня превыше моего, потому что твое счастье и есть мое счастье. Я подхвачу каждый твой вздох, мое сердце станет эхом твоего. Мои уста будут говорить твоими словами. Мы едины отныне и до скончания времен. Призываю Вечность стать мне свидетелем.

   - Единственный мой, - отозвалась я, с нежностью глядя на него, - тот, в ком живу я, клянусь стать для тебя верой, ибо нет лжи там, где сердца стучат в унисон. Обещаю быть твоим огнем, чтобы в любой тьме ты нашел дорогу ко мне. По дороге Вечности мы идем вместе, наши жизни связаны. Мы едины отныне и до скончания времен. Призываю Вечность стать мне свидетелем.

   Белоснежный огонь, что плясал под нашими руками, взмыл вверх, охватывая нас, закрепляя наши клятвы, соединяя навсегда. Киан потянулся ко мне, и наши уста слились в нежнейшем из поцелуев. Белое сияние опадало, истончалось, таяло, оставляя нас наедине. Истуканы вновь застыли, слепо глядя перед собой.

   Появилось первое чувство, это был огонь, который зажег уста, разлился по крови, пробуждая второе чувство - страсть. И она охватила нас, делая поцелуй почти жестким, остервенелым, доводящим до изнеможения. Киан провел руками по моей спине, обжигая кожу жаром своих ладоней, скользнул на плечи и провел вниз по рукам. Одеяние из Света послушно опало, словно это была обычная ткань, обнажая меня.

   - Моя желанная, - прошептал мой возлюбленный, жадно прижимая меня к себе.

   Я ощутила прикосновение, лишенной покровов, кожи к его телу и вздрогнула, но не от страха. Какой может быть страх, когда царят только сжигающее в своем огне желание и полное, не имеющее границ, доверие. Пальцы пробежались по плечам любимого, спустились на мускулистую грудь, задержались, чтобы насладиться этим прикосновением и поспешили вниз, разметав Мрак лишь одним движением. Он тихо застонал, вновь прижал меня к себе, впиваясь в губы.

   - Возьми меня, - взмолилась я. - Хочу почувствовать тебя в себе.

   Но он бережно уложил меня на спину и долгими, невозможно опьяняющими ласками доводил до исступления, раз за разом разрывая тишину Вечности моими криками. И когда я уже не могла шевельнуться, истощенная страстью, истерзанная его жадными губами, утопающая в неге непрекращающихся ласк, мой бог ответил на мои мольбы, опускаясь меж бедер.

   Его рука нежно погладила меня по лицу, глаза, заполненные обожанием и восторгом, проследили всю гамму эмоций, отражавшуюся на моем лице, губы с жадностью ловили каждый вздох.

   - Живу тобой, - прошептал он и застонал, заполняя меня собой.

   Я всхлипнула и выгнулась ему навстречу, принимая и благословляя миг нашего долгожданного единения. И только звезды все так же следили за нашим полетом над Вечностью, только они слышали наши признания, только они видели, как смешались Свет и Мрак в бесконечном танце любви и страсти.

   Все, что ожидало нас впереди, было сейчас так далеко, так неважно. И лишь наши объятья были важны, лишь наши ласки и слияния. Вечность оберегала нас, потому что это была наша Вечность.

   Конец.