В глубине души - Кренц Джейн Энн - Страница 56

– Раз у нас так много времени, – сказала Изабелла, – может, расскажешь, как обнаружила «диковины» Брайдуэлл?

– Почему бы и нет? – пожала плечами доктор Тремонт. – Я искала их много лет. В какой-то мере удавалось задействовать каналы музея, но это было слишком опасно. Чтобы не привлекать внимание коллег или агентства Джонсонов, я решила начать независимый поиск.

– А для этого тебе были нужны деньги. Много денег.

– Гораздо больше, чем мне платил музей.

– И потому ты организовала тайный, но очень выгодный бизнес – продавала паранормальное оружие из запасников Джулиану и Кейтлин, используя Орвилла Слоуна в качестве посредника.

– Слоун отличный знаток черного рынка. Уверена, ты можешь представить, какое это особенное поле деятельности. Слоун сам предложил мне работать с Гарретом и Филипс. Несколько месяцев дела у нас шли отлично, а потом я отыскала нить, которая привела меня прямо к коллекции «диковин».

– Ты нашла одного из двух мужчин, которые выжили после взрыва в убежище, да? Это был Келсо? Раньше владела мотелем семья с такой фамилией.

– Да, все правильно. Джонатан Келсо был последним в роду, и у него случались приступы психической болезни. Когда я отыскала его, он жил в заведении для душевнобольных. Он и поведал мне увлекательную историю, как они с двумя коллегами наткнулись на механические игрушки Брайдуэлл. Они очень хотели понять принцип их работы, но знали, что предметы смертельно опасны. Келсо вспомнил о старом бомбоубежище позади его дома и решил, что лучшего места для экспериментов им не найти.

– Они принесли туда механизмы, завели, а потом случилось несчастье.

– По словам Келсо, произошел паранормальный взрыв. Один из его коллег погиб на месте, а второй получил слишком большую дозу пси-радиации и через несколько месяцев покончил жизнь самоубийством – вроде из-за ужасных ночных кошмаров. Сам Келсо, как я сказала, очутился в психиатрической лечебнице. Он рассказал мне и о коммуне, которая жила в то время в Скаргилл-Коуве, и я начала поиски с нее.

– И нашла Рейчел Стюарт, – подытожила Изабелла.

– К тому времени, когда я вышла на нее, она умирала от рака и принимала очень сильные болеутоляющие. Ее рассказ был сбивчивым, но мне удалось связать все факты воедино.

– Она была членом коммуны «Искатели», – заметила Изабелла, – и все думали, что сбежала с Гордоном Лашером, их гуру.

– Да, таков был их первоначальный план. Но Рейчел была нужна Лашеру только потому, что на нее не действовала поражающая энергия стекла. Эта женщина не только была защищена от артефактов Брайдуэлл, но каким-то образом понимала принцип их работы. Более того: чувствовала их на расстоянии.

– Потому ей и удалось найти второй вход в бомбоубежище.

– Да, – подтвердила Сильвия. – Лашер хотел, чтобы Рейчел вынесла оттуда все игрушки.

– И одну из них, часы, она действительно достала.

– Точно. Лашер хотел временно спрятать все устройства в том старом доме, пока будет искать возможность их подороже продать, но, спустившись вниз за другими предметами, они сильно поругались. В пылу ссоры Рейчел поняла, что Лашер вовсе не любит ее, а только использует.

– И проломила ему череп железным ломом.

– Нет, – возразила Сильвия. – Там был еще один человек. Рейчел говорила, вроде у него не все в порядке с головой.

– Это сделал я… я ударил его, – раздался вдруг голос Уокера. Беднягу сотрясала дрожь, в глазах блестели слезы. – Л-Лашер ее обидел: ударил и обозвал п-последними словами. С-сказал, что все оружие заберет сам. Рейчел н-начала плакать. Тогда я и ударил. Она з-закричала, побежала к туннелю, и больше я ее не видел.

– Все в порядке, Уокер, – успокаивающе проговорила ему Изабелла и вновь обратилась к Сильвии: – Значит, от Рейчел ты узнала, что часы находятся где-то в том доме и что остальные предметы все еще лежат под землей.

– Точно. Я приехала сюда и, открыв агентство по торговле недвижимостью, смогла обыскать дом. Я чувствовала, что часы все еще лежали где-то там, но не могла их найти.

– Потому что маньяк хранил их под новым полом в подвале, – дополнила ее рассказ Изабелла, – и доставал, когда собирался поиграть с новой жертвой.

– Мне было ясно: даже если удастся отыскать часы, то добраться до остальных «диковин» я не смогу. Их день и ночь охраняют жители Скаргилл-Коува, не говоря уже о тяжелом замке и своре собак. Второй вход в убежище я тоже найти не смогла: у меня нет таланта Рейчел издалека чувствовать параэнергию стекла.

– Поэтому ты позвонила в «Джонс и Джонс». Тебе было понятно, что если Фэллон окажется в том доме, то тоже ощутит эту энергию и не остановится, пока не найдет устройство, которое ее излучает.

– У агентства долгая история взаимоотношений с «диковинами» Брайдуэлл, поэтому я была уверена, что твой босс быстро поймет, что происходит, и захочет отыскать все артефакты. Я собиралась намекнуть ему на то, что случилось в Скаргилл-Коуве двадцать два года назад, но этого не потребовалось. Не прошло и суток, как Джонс уже был в бомбоубежище, а двадцать четыре часа спустя отправлял диковины игрушки в лабораторию Лос-Анджелеса. Да, Джонс – настоящий профессионал.

– Он работал не один, – обиженно заявила Изабелла. И хотя это было не самое подходящее время для подобных заявлений, она как детектив готова была защищать свою профессиональную честь даже под дулом пистолета.

– О твоих сверхспособностях я то же знаю, – успокоила ее Сильвия. – Иначе ты не работала бы у Джонса. Кстати, я и понятия не имела, что в доме орудовал маньяк.

– Странно, что он не поймал тебя.

– Я была в доме всего лишь раз.

– Теперь ты собираешься вернуться якобы из отпуска и присоединиться к команде Рафанелли, – предположила Изабелла. – А потом, выждав некоторое время, сделаешь так, что устройства миссис Брайдуэлл исчезнут из музейного хранилища.

– Боюсь, когда пропажу обнаружат, вся вина падет на бедного доктора Рафанелли. Но тут уж ничего не попишешь – кто-то же должен понести наказание. А я к тому времени уволюсь из музея и исчезну.

– Но, бога ради, почему ты так одержима этими артефактами?

Услышав вопрос, Сильвия удивленно заморгала.

– Ну конечно, совсем забыла, что ты не в курсе! Я прямой потомок Миллисент Брайдуэлл, и ее дар передался мне по наследству. Я могу управлять параэнергией в ее игрушках.

– Ты хотела сказать – надеешься, что можешь управлять. По словам Фэллона, никто не понимает, что именно твоя родственница делала со стеклом и пси-энергией.

Эти слова явно разозлили Сильвию и она раздраженно пояснила:

– Теперь, когда у меня есть доступ к целой коллекции ее изобретений, я смогу заново сконструировать их. Моя цель – научиться создавать современные версии «диковин», которые будут работать лучше, чем оригиналы. Старые часовые механизмы уступят место передовым технологиям.

– Это будет очень дорогой проект.

– Да. – Взгляд Сильвии стал жестким. – И общество «Аркан» ни за что не выделит на него деньги из-за дурацкого запрета на создание оружия. Но у моего нового бизнес-партнера очень глубокие карманы и большое желание создать первоклассную лабораторию.

– Кстати, где ты взяла музыкальную шкатулку?

– Семейная реликвия. Ее создала Миллисент Брайдуэлл.

– Зачем тогда ты искала остальные ее работы? Ведь можно было узнать все, что нужно, просто разобрав шкатулку.

– Все не так просто, – раздраженно ответила Сильвия. – Музыкальная шкатулка – она из самых сложных ее работ. Я трудилась над ней несколько лет, но так и не определила, как прабабушке удалось заключить энергию в стекло.

– Готова поспорить, что с остальными устройствами у тебя тоже ничего не получится. И как отреагирует твой спонсор, когда поймет, что результатов от твоей работы никаких нет?

Лицо Сильвии вспыхнуло от ярости и она воскликнула:

– Все, что мне нужно, – это хорошая лаборатория и время!

– Инопланетные штуки, – вдруг снова заговорил Уокер, и его опять начало трясти. – Очень опасные. Н-нельзя отдавать их п-правительству.